Песнь Ариадны - Guiltythree

Однако Санни и Кэсси отговорили её.

Потому что это сыграло бы только на руку Астериону.

Попытка сохранить иллюзию цивилизованности, конечно, тоже помогала ему, но в гораздо меньшей степени. Поэтому у них не было выбора, кроме как сплести паутину обмана, чтобы поймать в неё человечество… пока что.

Но Санни всё ещё чувствовал, что с самого начала инициатива всегда принадлежала их врагу. Всё, что они могли, — это реагировать на его действия, и если идеологические войны хоть чем-то похожи на настоящий бой, то упустить инициативу — один из вернейших способов погибнуть.

Тем не менее, если и был кто-то, кто справлялся с обманом лучше Санни… так это Кэсси. И пока они работали вместе, у человечества, вероятно, не оставалось выбора, кроме как быть обманутым.

«Нефис должна убедить их».

Если ей это удастся, Астериону и его жуткому Домену будет нанесён серьёзный удар.

Внутри поместья гости собрались в просторном зале.

Глава 2784

Приёмный зал поместья Бессмертного Пламени был несколько маловат, чтобы разместить всех собравшихся на первом этаже высокопоставленных лиц. Самые видные фигуры восседали за огромным круглым столом. Их доверенные подчинённые стояли позади, в то время как наименее значимые среди чрезвычайно именитых гостей занимали галерею, наблюдая за собранием сверху.

Слишком уж много людей собралось в зале, чтобы сохранить в тайне то, что будет сказано здесь сегодня.

Ранее Нефис обратилась к населению Домена Человечества, подтвердив возвращение нового Верховного.

Они предпочли укрепить нарратив, впервые изобретённый изначальными Суверенами — нарратив, намекавший, что Анвил и Ки Сонг бросили вызов Четвёртому Кошмару в ответ на Цепь Кошмаров и лишь чудом сумели покорить его вовремя, чтобы предотвратить полную катастрофу в Антарктиде.

Только теперь к этой старой сказке добавили ещё один кусочек информации. А именно — что из Кошмара вышел Верховным и третий претендент, ещё один член когорты Сломанного Меча, Порождение Снов Астерион. Затем они добавили в историю ложку правды, объяснив, как Анвил и Ки Сонг сговорились против него и десятилетиями держали его в заточении.

У тех двоих и без того была ужасная репутация из-за братоубийственной войны, которую они развязали, чтобы оставить стоять лишь один Домен. Так что не составило труда нагрузить их новыми преступлениями, убедив людей, что они предали и заточили своего товарища, чтобы устранить его из борьбы.

Однако теперь, когда Порождение Снов вернулся…

Нефис выступила с мастерски составленной речью перед публикой, одновременно выставив себя благожелательной правительницей, радующейся возвращению ещё одного Верховного в лоно человечества, и тонко подчеркнув связь между Анвилом, Ки Сонг и Астерионом.

Первая половина её заявления была потрачена на то, чтобы напомнить людям, сколь ненавистны изначальные Суверены. Вторая же, хоть внешне и великодушная, позаботилась поставить Астериона рядом с теми двумя, даровав ему таким образом благо казаться чудовищем по ассоциации.

В конце концов, если те двое были его ближайшими соратниками… то каков же он сам?

Что важнее всего, после заявления Нефис не выглядела так, будто пыталась дискредитировать нового Верховного. Это лишь заставило бы её выглядеть обеспокоенной, завистливой к его силе или жестокой.

Ни одна из этих предполагаемых черт не пошла бы ей на пользу в идеологической войне с Порождением Снов, где моральное превосходство и оправдание столь же бесценны, как и неприступная крепость в ходе обычного военного конфликта.

В зависимости от того, как пройдёт этот совет, её послание к людям либо укрепится и утвердится, либо, напротив, будет подорвано и разрушено.

…Стоя перед дверями, ведущими в приёмный зал, Нефис смотрела в пол, собираясь с силами и готовясь встретиться с почтёнными гостями. Санни и Кэсси стояли позади неё, прислонившись к стенам узкого коридора.

Казалось бы, готовая, Нефис подняла голову, затем замешкалась на несколько секунд и сказала отстранённым тоном:

«Я… никогда не ожидала этого».

Санни приподнял бровь.

«Чего именно?»

Она слегка повернулась и посмотрела на него с нечитаемым выражением лица, помолчав некоторое время.

В конце концов Нефис вздохнула.

«Что мне однажды придётся стать политиком».

Санни слабо улыбнулся.

Он вспомнил, какой она была на Забытом Берегу — болезненно неловкой и едва способной выражать свои мысли, упражнявшейся в навыках общения и дружелюбных улыбках, пока он учился владеть мечом.

Кто бы мог подумать, что той неловкой девушке однажды придётся склонять умы самых ярких людей на свете безупречным красноречием и изощрённым обманом?

«Ты, наверное, представляла себе тогда, что просто разрубишь каждый мешающий тебе барьер мечом, да?»

Нефис задержалась на мгновение, затем медленно покачала головой.

«Нет. Я всегда знала, что мне нужно научиться завоёвывать человеческие сердца, если я хочу достичь своих целей. Я просто… никогда не представляла, что придётся делать это таким образом».

Она сделала небольшую паузу, прежде чем добавить:

«Я всегда считала правду самым острым клинком».

Но сегодня ей предстояло лгать.

Сказав это, Нефис подняла подбородок и распахнула дверь.

Когда она шагнула в свет, Санни и Кэсси остались в тени, плечом к плечу наблюдая, как дверь закрывается.

В зале Нефис уверенными шагами подошла к своему месту и остановилась за ним, положив руки на спинку высокого стула. Спокойным, но тяжёлым взглядом она окинула собравшихся людей, а затем произнесла чётким голосом:

«Многие из вас уже слышали слухи. Сегодня я намерена положить этим слухам конец и проинформировать вас о том, что произошло на самом деле, а также о том, как эти события повлияют на Домен Человечества в дальнейшем».

В приёмном зале воцарилась мёртвая тишина, сотни глаз с заворожённым вниманием следили за ней.

Нефис твёрдо выдержала эти взгляды и продолжила тем же властным тоном:

«Это правда. Порождение Снов, Астерион, вернулся из места, где его держали в заточении Великие Кланы Сонг и Валор…»

Теперь, когда все услышали имя Астериона, было мало смысла пытаться избегать его — правда, произнесение этого имени всё равно означало, что он услышит ваши слова и подслушает разговор.

«Он — Верховный. Он был Верховным уже давно и обладает огромной силой — силой, пожалуй, куда большей, чем та, что была у Короля Мечей и Королевы Червей. И в отличие от Короля Ничего, Астерион не собирается отступать от мира и заточать себя в удалённом регионе Царства Снов».

Среди величайших чемпионов человечества, собравшихся в зале, болезненно очевидным было отсутствие одного конкретного человека. Мордрета из Ниоткуда, Короля Ничего, который был куда могущественнее любого другого человека здесь — за исключением самой Меняющей Звезды.