Его Сиятельство Вовчик. Часть 3 - Тимур Машуков

Оглядев руины, понял — местных тут нет. Вообще никого. Только песок, камни и я.

Я побрел по улице, волоча сундук за собой. Он оставлял забавный след на песке — глубокую борозду, как от плуга. Если кто-то тут ходит, он меня быстро вычислит.

— Надо двигаться в сторону, — решил я. — И подальше.

Свернул в проулок между двумя полуразрушенными стенами. Здесь песок был помельче, и камни торчали из него, как надгробия. Я прошел дальше, к тому, что когда-то было площадью. В центре стоял фонтан — сухой, засыпанный, с разбитой чашей. Рядом — остатки колоннады.

— Красивое место, — кивнул я. — Прямо курорт. Только моря не хватает.

Потом присмотрелся к зданиям. Одно из них выглядело более-менее целым — стены стояли, крыша провалилась, но углы держались. Я подошел, заглянул внутрь. Темно, пыльно, пахнет вековой затхлостью. Пол — каменные плиты, кое-где провалившиеся.

— Не, тут копать — замучаешься, — задумчиво протянул я. — Плиты эти долбить. И магией нельзя — вспышка будет, как маяк.

Я вспомнил, что говорили старые маги — любой выплеск эфира оставляет след. Если здесь есть кто-то, кто умеет чувствовать магию, он обязательно заглянет на такой огонек. А мне гости не нужны. Значит, придется копать руками.

Выйдя из здания, я поискал место помягче. Между двумя стенами, в тени, песок выглядел рыхлым, почти без камней. Я подошел, поставил сундук, присел на корточки и запустил руки в песок.

Горячо. Песок был обжигающим, но я привык к худшему. Начал копать, отбрасывая его в стороны, как собака, которая роет яму. Руки уходили вглубь, песок сыпался обратно, и я матерился сквозь зубы.

— Ну и работенка, — пыхтел, смаргивая капли пота. — Прямо стройка века. Бригада из одного человека.

Я копал и копал, яма становилась глубже, но края осыпались. Я попробовал утрамбовывать их, но песок был слишком сухим. Придется копать шире, чтобы стенки держались.

— Ладно, — я расширил яму, продолжая выбрасывать песок. — Сделаем бассейн. Для сундука.

Где-то на глубине в полметра мои пальцы уперлись в камень. Я пошарил — плита. Большая, плоская, явно часть какой-то древней постройки.

— Твою ж… — выдохнул и вылез из ямы. — Не прокатило.

Я засыпал яму обратно, притоптал и пошел искать новое место. Теперь подальше от возможных фундаментов. Выбрал участок у стены, где песок выглядел однородным, и начал заново.

Второй раз копать было тяжелее — руки уже устали, пальцы стерлись до мозолей. Но я упрямо долбил песок, выбрасывал его, углублялся. Яма росла, и я уже залезал в нее по пояс.

— Так, — бормотал я. — Еще немного. Еще чуть-чуть.

На этот раз камни не попались. Только песок, плотный, слежавшийся внизу. Я расширил яму, чтобы сундук влез, и вылез на поверхность.

— Порядок.

Я подтащил сундук к краю ямы, примерился. Он был тяжелым, но я кое-как спихнул его внутрь. Сундук упал на дно с глухим стуком. Я заглянул — лежит ровно, не перевернулся.

Потом я снял с пояса кинжал, снял с шеи амулет, снял меч со спины. В сундуке уже лежали корона и маска фараона, которые я забрал. Я добавил оружие и амулет. Оставил только рваную одежду и пустые руки.

— Прощайте, ребята, — сказал я, глядя в сундук. — Вы были хорошим оружием. Но сейчас вы будете лежать тут. В тайнике. Скоро, надеюсь, я за вами вернусь.

Я задумался: может, оставить что-то для защиты? Но идти с мечом по пустыне — это привлекать излишнее внимание. Лучше уж голым, но незаметным.

Я закрыл крышку и начал закапывать.

Песок сыпался в яму, засыпал сундук, скрывал его от мира. Я работал быстро, утрамбовывая каждый слой. Когда яма сравнялась с поверхностью, я притоптал ее ногами и разровнял, чтобы не выделялась.

— Готово, — выдохнул я. — Теперь надо запомнить, где это.

Я отошел к ближайшей стене — той, что стояла рядом с местом захоронения. Достал кинжал (последний раз, потом спрячу) и нацарапал на камне небольшую черточку. Незаметную, если специально не искать.

Потом огляделся. Две стены, между ними яма. С одной стороны — остатки арки. С другой — груда камней. Я запечатлел это в памяти, стараясь запомнить каждую деталь.

— Хорошо, — кивнул я. — Теперь можно идти.

Спрятал кинжал за пояс — всё-таки без оружия совсем нельзя — и побрел дальше по руинам. Солнце пекло немилосердно, и я пожалел, что не оставил себе головной убор фараона. Но таскать корону в пустыне — это слишком.

Впереди возвышалась башня.

Она была выше остальных зданий, частично разрушенная, но все еще гордая. Я направился к ней, надеясь, что смогу забраться наверх и оглядеться. А заодно — поймать сеть.

Да, я помнил про мобильник. Он лежал в кольце, давно готовый к работе, которой все никак не было. Вдруг здесь есть какой-то сигнал? Вдруг я смогу позвонить и меня спасут?

— Глупо, — сказал я себе. — Очень глупо. Но попробовать стоит.

Башня приближалась. Я шел по улице, мимо развалин домов, мимо статуй без голов, мимо колодца, засыпанного песком. Город был мертв, окончательно и бесповоротно.

Я подошел к башне. Она была круглой, сложенной из крупных каменных блоков. Вход — арка, заваленная наполовину. Пролез внутрь.

Внутри было темно и прохладно. Винтовая лестница уходила вверх, но первые ступени обвалились. Я посмотрел вверх — там, высоко, виднелся кусочек неба. Если бы я мог залезть…

— Лестницы нет, — констатировал я. — Значит, придется лезть по стене.

Я попробовал. Каменные блоки выступали, за них можно было цепляться. Подпрыгнул, ухватился за первый выступ, подтянулся. Руки держали, ноги нашли опору. Я полез.

Третий блок — нормально. Пятый — уже тяжелее. На седьмом я понял, что дальше некуда — выступы кончились, стена стала гладкой. Я повис, пытаясь нашарить опору, но тщетно.

— Черт, — выдохнул я и спрыгнул вниз.

Приземлился на кучу песка, подняв тучу пыли. Откашлялся, вытер лицо.

— Не вариант. Но попытаться стоило.

Я обошел башню снаружи. Может, с другой стороны есть вход повыше? Но нет — стены были ровными, гладкими, без единой щели. Древние строители знали свое дело.

Я достал магофон. Экран был темным, мертвым. Я нажал кнопку включения — вызова. Даже писка не было.

— Дохло, — сказал я. — Как и всё здесь.

Я спрятал его обратно в кольцо. Надежда на спасение растаяла, как утренний туман. Придется рассчитывать только на себя.

Посмотрел на солнце. Оно стояло высоко, ближе к зениту, но я примерно знал, где север. По крайней мере, мне так казалось.

— Нил, — сказал я. — Где-то там, на севере, должен быть Нил.