Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник - Николай Дронт

– Да уж. Ничего. Совсем ничего. У кого он определился и кто определял, сам догадаешься?

– Почём я знаю!

– Ничего-то ты не знаешь. Я его Эле для случая дал. Думал, может, определит потенциал Стаха. Ночью она ко мне прибежала. Эрна беременна. Сын матери напророчил, что будет мальчик и братик уже одарённый. На кого Кристалл сработал, ты теперь понимаешь?

– Да.

– И скажи, чего стоят все гильдейские прогнозы на детей? Живота ещё не видно! Сама не поняла баба, что беременна! А плод уже одарённый! Подряд второй магистр, а то и архимаг в одной семье родится! Гнать надо ваших прогнозистов! Все планы меняем. Ната! Берёшь Яну и… Кто у нас самый сильный боец из женщин? Сала? И Салу. Делай что хочешь, уговаривай, в ногах валяйся, но познакомьтесь с Эрной. Ей тяжело будет вынашивать одарённого. Помоги ей советом, сведи с лекарем, достань лекарства, если будут нужны.

Гильдия

– И ведь что самое плохое, огромный потенциал в школе Тени, а мы ему ничего по ней толком и дать-то не можем!

– Я нашёл кое-что в запасниках библиотеки. Манипуляции со светом, показ картинок на стене, совсем простенький скрыт в темноте. Представляешь, Неста! Скрыт в темноте! Кому он нужен? И свет, и картинки, и тот же скрыт в школе Иллюзий на два… да что там!.. на три порядка лучше, мощнее и применимее.

– Не посылать же его учиться на Острова?!

– Да уж! Принять его там примут. И точную специализацию установят, и по ней обучат! Оближут всего, золотом засыплют и девок в постель подложат. Да только беда – обратно не выпустят, да он и сам не захочет из золотой клетки уходить.

– Значит, договорились? Про Тень упоминаем совсем вскользь?

– Да. Но если кто заинтересуется именно Тенью, перекрываем доступ к мальчику.

– На что затачиваем? Жизнь или Огонь?

– Неста, сама понимаешь, аус Хансалы уже землю роют, надо и им кусок бросить. Но их усиление в совете никому не нужно. Опять же боевиков у нас пруд пруди, даже магистров. А с целителями совсем грустно.

– Ты доклад читал? Как Тихий на голой силе пальцы приживил?

– Вот и я про то. Сволочь Густав! Представляешь, кем бы был сейчас мальчик, если бы за него взялись лет в пять?!

– Боевиком?

– Твоя правда. Лучше не надо. Кого учителем ставим? Бертиоса? Он его вылечил, авторитет какой-никакой у Тихого должен иметь.

– Ни в коем случае! У него же есть дочь!

– Ты за свою племянницу, маленькую Терезу, хлопочешь?

– Нет!.. Да!.. Терезочка лучше других.

– Ладно. Твоё дело. Мешать тебе не буду, но и помогать тоже. Хватит того, что вызвал мальчика в гильдию. Государь будет весьма недоволен.

– Как обычно, спихнём на секретаря. В крайнем случае, выгоним его со службы. Ведь повод для вызова железный – испытание на звание магистра.

– Кто кроме тебя в комиссии?

– Симон, как родственника его нельзя было проигнорировать. Меор – он по лЕкарству не очень, зато наш человек, подпишет, что скажу. От дворцовых – Бертиос, с ним понятно, и от боевиков Диваза.

– Её нельзя было отодвинуть? Она полностью под короной.

– Зато подруга Симона, валить родича приятеля не будет.

– Ладно. Утверждаю.

– Если всё пойдёт хорошо, должность для мальчика найдём?

– Сама знаешь, как у нас с финансами и сколько желающих получить. Но для целителя одну ставку найду.

– Ставку магистра!

– Ладно, ставку магистра.

Утро

Ночь прошла в гимнастическом зале. Затем пара часов сна и ранняя побудка. Его величество велел мне прибыть на утренний приём.

Белый двор – это не наш спокойный Зелёный. Вызова в совещательный кабинет ждали человек пять. Все при орденах и в полных регалиях. Двое бросали на меня недовольные взгляды. Главное, портреты ожидающих лежали в белой колоде. Через четверть часа двери растворились, и ливрейный позвал нас заходить. Один генерал чуть задержался, и лакей что-то шепнул ему на ухо.

В кабинете его величество уже обсуждал дела со своими сыновьями. Причём все трое были с пышными усами, ухоженными бакенбардами и коками на голове. Однако подстрижены и завиты каждый на свой манер. Вид у них весьма важный и представительный. Придворным никак не удалось скрыть своего восхищения такой новой модой.

После поклонов и почтительных приветствий вошедших государь милостиво поздоровался со всеми и обратился ко мне:

– Тихий, я тобой доволен. Весьма. Поди сюда.

Подошёл, и его величество лично приколол мне орден «За заслуги перед короной», сразу второй ступени, пояснив:

– За службу лично мне и моей семье. Да ты и сам знаешь, за что.

Придворные с пониманием закивали. Но я понял намёк: это и за услугу Лауре тоже.

– Рассмотрев твоё зелье, я пришёл к выводу, что его применение может вызвать нездоровое брожение в умах. Потому предписываю изготовлять его только тебе и не более полудюжины доз в год, из коих одну можешь использовать для испытаний по своему разумению, а остальные обязан сдавать в аптеку дворца. Взамен можешь получать в придворной алхимической лаборатории раз в год любые потребные ингредиенты, хотя бы и самые дорогие, общим весом до трёх унций. А за сданное зелье тебе будут платить сообразно стоимости.

На три унции особо не разгуляешься, зато можно взять что-то крайне редкое и дорогое. Но вот «платить сообразно стоимости» – непонятно. Это сколько? Хотя бы приблизительно? Не даю выхода своим сомнениям, а благодарю самым почтительным образом. Заодно, пользуясь случаем, показываю вызов в гильдию. Самодержец даже в лице переменился:

– А ты не спросил у верховного, на каком основании он моим придворным предписывает? – Вопрос явно риторический, потому молчу и почтительно внимаю. – Может, он ещё и страной командовать собирается? Забылся?! Надо поправить! Эй, кто там?! Разберись!

Один из придворных выхватил бумагу и моментально скрылся за дверями.

– Ладно, Тихий. Не твоя вина. Тут к тебе другой вопрос имеется. На совете принято начинать обсуждение с молодых, потому к тебе вопрос. Ты вот на последнем приёме был, слышал доклад по границе. Как придворный моей внучки скажи своё мнение – стоит отодвигать границу или лучше оставить как есть?

Вот я попал! Откуда мне это знать?! Да и не слушал я доклад. Но что-то сказать надо. Вилять не буду, скажу как есть. Отругает… Пусть… Откуда я знал, что меня спрашивать будут?

– Ваше величество, покорнейше прошу прощения! По молодости и слабоумию никак не помогу решить такой вопрос. Виноват. Приму любое наказание, но обязан признаться, что не слушал докладов. Ещё раз винюсь в