Город, которого нет 9: Власть Мотылька - Артемис Мантикор

в сторону двери напротив — О, этот грубиян занял квартиру прямо напротив моей. Сказал, что ему нужно личное пространство для размышлений о бренности бытия, и просто заперся там.

Я мысленно выругался. Сварливый старик снова устроил самодеятельность без предварительного согласования. Впрочем, раздражение быстро уступило место трезвому прагматизму. Время утекало сквозь пальцы, на горизонте маячил неизбежный апокалипсис. Если полтергейст удовлетворил амбиции захватом одной пустующей квартиры и не стал отравлять своим присутствием весь дом — пускай обживается.

Локальное размещение Ника в конкретных границах значительно упрощало контроль над его действиями.

— Настя, — я обернулся к блондинке, которая с любопытством рассматривала темный коридор за нашими спинами. — Достань-ка из своих запасов бутылку святой воды. Самую большую.

— Сейчас, — Настя быстро скинула рюкзак и зашуршала пластиком. Через секунду в моих руках оказалась увесистая полторашка с церковной наклейкой.

Вооружившись водой, я решительно шагнул к двери Никифора. Сбоку от косяка висел допотопный звонок. Я нажал на него — кнопка ушла внутрь с глухим щелчком, но из глубины квартиры не донеслось ни звука. Звонок, естественно, не работал. Тогда я просто забарабанил кулаком по рассохшемуся дереву.

Требовалось приложить приличные усилия, прежде чем старик по ту сторону пошевелится. Замок нехотя щёлкнул, створка приоткрылась на длину металлической цепочки, и в образовавшемся зазоре возникла сердитая физиономия деда со всклокоченными волосами.

— Вы кто такие? Я вас не звал! Идите к черту! — зловеще проскрипел он и сразу же попытался захлопнуть дверь.

Я быстро выставил ногу вперед, не давая ей закрыться.

— Спокойно, Ник. Я здесь на правах твоего старого друга и арендодателя. Зашел предупредить, что по нашему новому жилищному кодексу в подъезде проводится санитарная обработка. Сейчас весь дом будем освящать святой водой.

Никифор недоверчиво прищурился, высунул нос чуть дальше в холодный подъезд и демонстративно втянул воздух.

— Врешь, колдун. Нет тут никаких попов. Ладаном не пахнет.

— Конечно нет, — легко согласился я и с тихим шорохом открутил крышку на пластиковой бутылке. — Потому что главный священник сегодня — это я. Пришло время освятить твою новую берлогу, Ник. Выходи на водные процедуры.

Старик испуганно уставился на горлышко бутылки, в которой плескалась чистая вода, затем перевел взгляд на мое абсолютно серьезное лицо. Его плечи понуро опустились, а на губах появилась кислая гримаса.

— Ладно, твоя взяла, — поморщился он, со скрипом снимая цепочку и отступая вглубь прихожей. — Но у нас уговор, помнишь? Этот дом — мой. По крайней мере пока.

— Да, уговор, — я вошел следом, осматривая запыленные углы. — Но ты, я смотрю, обустроился без разрешения.

— Ты мне дом должен был! — сварливо напомнил Никифор, усаживаясь на единственный уцелевший стул. — А я вынужден жить в этой конуре, как собака последняя. Никакого величия, одни ободранные обои!

— Да ладно тебе, сейчас все нормальные люди так живут, — я пожал плечами.

— Значит, все ваши «нормальные люди» живут, как собаки! — отрезал старик и брезгливо сплюнул на пол. — Нет, даже хуже, чем собаки. Муравьи в муравейнике, тьфу! Никакого простора для души.

— Слушай, не я этот мир придумывал, да и конура тебя, как я погляжу, вполне устраивает. Кстати, на первом этаже сегодня чисто. Подъезд, смотрю, пощадил?

— Угу, дверь-то в дом закрыта, — недовольно буркнул Ник, потирая костлявые пальцы. — Пока моего проклятия слишком мало в этих стенах, чтобы какой-нибудь местный дурак почувствовал непреодолимую тягу пойти на взлом ради пары надписей на стенах. Но ты не расслабляйся, колдун. От моего присутствия и этот ваш ремонт паршивый страдать будет, и всё остальное тоже. Дай только сроку…

— Ясно, — помрачнел я. Уж лучше бы стены расписывали, чем дом просто рухнет нам на голову… надо с этим что-то будет делать, но уже не сейчас. — Шокер где?

— Молниемёт твой со мной, не волнуйся…

Я молча протянул руку, и старик не стал препираться, протянув оружие хозяину.

Мы разместились на тесной кухоньке Ааэа. Из всех помещений в этом доме только здесь теплилась хоть какая-то жизнь и всё было обычно, если не брать в расчёт полное отсутствие лица у нашей гостеприимной хозяйки.

Настя, Вася, сама безликая воительница, нехотя притащившийся из своего свежего убежища Никифор и я уселись вокруг стола, застеленного скатертью с анимешными принтами. Расположились, как раньше — Никифор в тёмной части кухоньки, Вася с Настей — в луче яркого света из коридора.

Пришло время решать, как поступить с проклятой квартирой на верхнем ярусе.

Услышав сжатый отчёт о наших недавних приключениях — от визита подвального кота, до изгнания лярвы с первого этажа, — Настя без лишних предисловий решительно положила на стол сиреневый блокнот своего таинственного брата и требовательно постучала пальцем по обложке.

— Подвал однозначно опаснее четвертого этажа, — авторитетно заявила она. — Теневики — это просто малые конструкты. Они зависят исключительно от силы мага, который их создал. А вот подвальный ужас напрямую связан с Подвальным Владыкой. Брат писал о нем. Это древняя, очень тяжелая сущность темного астрала. Если мы разворошим его логово неподготовленными, от нас даже мокрого места не останется. Так что сначала четвертый.

— Но там ведь этот… цепной пес? — спросил Полоскун. — Ноктюрнальный сервитор. Как будем его ээ… убирать?

— Нам нужно уничтожить предмет-якорь, — Настя придвинула блокнот поближе. — Брат писал, что сервитор привязан к вещи. Проблема в том, что этой вещью может быть вообще всё что угодно. Зажигалка в кармане старых штанов, ржавый гвоздь в стене или календарь с котенком. Нам придется перерыть всю квартиру во мраке под ударами этой твари. У меня нет дара видеть такие вещи и я не знаю, увидишь ли ты, Полярис, какую-то особую ауру.

— И какой план? — спросил Вася.

Я нахмурился, чувствуя, как под ребрами неприятно ноет ушибленное место. Вот же странность, утром ещё не болело, а тут, рядом с местом, где я получил те раны, вернулось.

— Будем пробовать все вещи на ощупь? — хмыкнул я. — Пока оно будет нас пытаться убить?

— Есть решение лучше, — Настя заговорщицки улыбнулась. — Мы освятим всю квартиру целиком! Тогда будет абсолютно неважно, где именно лежит этот чертов якорь. Мы обкурим помещение благовониями, опрыскаем святой водой и запустим по кругу церковное пение. А сами закроемся в круге из соли.

— А соль зачем? — не понял Полоскун.

— Соль вытягивает негативную энергию и не дает духам подойти близко. Правда… — она немного смутилась и отвела взгляд, — духи и призраки не были главным профилем моего брата. В его записях об этом совсем немного информации.

— Погоди, — я подался вперед, упершись локтями в стол. — Если он не специализировался на них, то откуда вообще эти методы? Расскажи подробнее, что там