Сеть Гефеста - Александр Николаевич Андрюхин

Даже операторша в ту минуту чуть не воскликнула: «Да не тяни ты резину, в самом деле! Дальше!»

– Лиана! Цигель-цигель, ай лю-лю. Я слушаю! Итак, вошел черный человек и перерезал тебе горло. Что дальше?

– Откуда ты знаешь, что он перерезал мне горло? – изумилась женщина.

– По твоей интонации. У всех женщин с перерезанными горлами почему-то одинаковые интонации.

Лиана недоуменно замолчала, а Карганова вытаращила глаза. Потом, когда до нее дошел юмор, она, закрыв микрофон ладонью, покатилась со смеху. Напарница удивленно подняла голову:

– Ты че, Гальк?

– Тише! Не отвлекай.

Недорезанная женщина, наконец, обрела дар речи:

– Да ты издеваешься надо мной! Я все поняла! Я давно тебя раскусила!

– Извини, Лиана, мне просто сейчас надо уматывать. Понимаешь? У меня сейчас важные переговоры. Пожалуйста, в двух словах: проснулась ты с нормальным горлом?

– Горло-то у меня нормально, а вот на бедре синяк…

– Я понял! Метил в горло, а попал в бедро. Бывает! Очень рад за тебя. Целую. Извини, я побежал! Я тебе перезвоню.

– Подожди! Ты что, не собираешься прилетать? – с отчаяньем закричала женщина.

– Как все сделаю, так сразу прилечу. Мысленно я уже в полете. Пока, Лиана, пока! Если боишься, вызови милицию.

Мужчина бросил трубку, а женщина еще долго не могла успокоиться и все продолжала взывать к совести своего мерзавца-супруга. Наконец она угомонилась и яростно бросила трубку. Карганова облегченно вздохнула. «Ну и придурошная у него баба, – покачала головой работница. – Как он только ее терпит?»

Галина поднялась со скамеечки и оглядела цех. В нем по-прежнему было безмятежно. Напарница положила голову на рукав и уже, кажется, слегка похрапывала. Операторша не снимала наушники, предчувствуя, что будет продолжение. Тут никакая женщина не успокоится, если метят в горло, а попадают в ляжку. И точно. На этом номере снова защелкало реле. Через три секунды раздались позывные гудки.

– Да! Я слушаю! – раздраженно произнес мужчина.

Однако на этот раз звонила не жена. Густой мужской бас, вежливо поздоровавшись, поинтересовался:

– Вы Кирилл Семенович?

– Да, это я! – отозвался мужчина, придав голосу деловитость.

– Это секретарь. Звоню вам из Москвы. Мне поручено передать, что ваша встреча с президентом компании переносится на завтра. Руководство срочно вылетело по делам.

– Я понял! – упавшим голосом ответил мужчина. – Спасибо. Всего доброго.

Карганова тяжело вздохнула, приняв близко к сердцу сорвавшиеся переговоры бедолаги, и уже собралась отключиться, как в ту же секунду на этом номере снова раздался звонок. «Ну никак не оставят мужичка в покое», – подумала она и услышала знакомый голос девушки:

– Кирилл, привет! Это я, Олеся.

– Могла бы и не говорить, что это ты, – ответил мужчина бесконечно нежным голосом. – Я тебя узнаю по одному гудку. Я очень соскучился. Ты когда прилетишь?

– Ты же знаешь когда. К чему пустые вопросы?

– Да-да, конечно, прости!

– Как твои сегодняшние переговоры? Ты к ним готов?

– Я к ним давно готов. Только президент перенес их на завтра. Снова звонила Лиана. А если она звонит, то все летит к черту. Это уже как правило. Завтра я отключу все телефоны.

– Значит, завтра мне не звонить?

– Нет, конечно звони. Ты мне приносишь удачу!

«Фу ты, ну ты, – сморщила нос Карганова. – Распушил хвост как павлин. Тьфу! До чего же противные эти мужики».

Галина еще позавчера заметила, что этот мужчина со своей законной разговаривает как с малым дитем, все больше утешая да успокаивая. А этой молоденькой свиристелке только жалуется и напрашивается на утешения. «Так она быстро его бросит», – сделала вывод Карганова.

– А зачем звонила жена? – поинтересовалась девушка из Женевы.

– Требовала, чтобы я опять вернулся в Москву, – с раздражением ответил мужчина. – Ее опять во сне резали. Хоть бы зарезали окончательно. И наяву!

Мужчина коварно рассмеялся, а девушка ужаснулась:

– Что ты такое говоришь, Кирилл?

– Шучу! – поправился Кирилл.

– Ну, если переговоры завтра, ты можешь сегодня слетать к жене и успокоить.

– Ну уж дудки! – усмехнулся мужчина.

8

После звонка Олеси Кирилл отключил телефон и лег на диван. От неожиданного безделья сделалось уныло. Скорее бы приехала Олеся. Без нее невыносимо.

Мужчина ослабил на рубашке галстук и закурил. Зазвонил мобильный телефон. По определителю Кирилл увидел, что снова домогается жена. Он с раздражением отключил сотовый и закрыл глаза.

– Как ты мне настоиграла, – прошептал он сквозь зубы. – Как я тебя ненавижу…

А ведь когда-то любил и жить без нее не мог. Это факт. Мужчина вдавил сигарету в пепельницу и подошел к окну. Жарит как в Ташкенте. А ведь всего только десять часов. «Может быть, смотаться на пляж, чтобы убить время? – подумал Кирилл. – Нет. Что-то не хочется».

Он зашторил окна, включил вентилятор и снова пластом рухнул на диван. «Как получилось, что совершенно ненужная женщина оказалась рядом?» – спросил кто-то изнутри.

Нет, он не лукавил перед собой. Она действительно ему поначалу не нравилась: такая рыхловатая, с толстыми слоновьими ногами и неразвитой грудью. Природа как будто заранее знала, что этой женщине не суждено кормить детей.

Ее походка была несколько косолапой, лицо – самое что ни на есть обыкновенное, карие глаза, вполне заурядный нос, губы чуть припухлые, волосы черные. Однако когда она начинала щебетать, ее облик преображался. Она словно превращалась в бабочку.

Положа руку на сердце Кирилл совсем не хотел клеиться к ней. Он хотел клеиться к Светлане, которая с каждой минутой нравилась ему все больше и больше. Но в ту роковую минуту Светланы поблизости не оказалось. Она гибко и красиво перепрыгнула через ручей и пошла дальше, не обратив ни малейшего внимания на беспомощный визг туристки. Светлану Кирилл перенес бы более охотно, чем Лиану. Может быть, от прикосновения к ней в солдатской душе пробудились бы более возвышенные чувства. «Хотя кто его знает?» – поморщился Кирилл и закурил новую сигарету.

Итак, еще до того, как он опустил Лиану на землю, Кирилл уже был дико воспламенен. Что в нем сразу проснулась любовь к этому чуду с венком – сказать нельзя. Но животная страсть самца к самке была разбужена. Весь оставшийся день его несусветно тянуло к ней, хотя лейтенант не мог не заметить, что на него с интересом поглядывала не только Светлана, но и та курящая Лариса. На него весь женский пол посматривал с интересом. И впоследствии Кирилл понял, почему.

Да потому, что из всех имеющихся там орлов только он один имел профессию. Остальные были либо ночные сторожа, либо дворники, либо что-то в этом роде. Вероятно, еще сыграл и такой факт, что он единственный из всех прибыл