Сеть Гефеста - Александр Николаевич Андрюхин

– Не в деньгах счастье, – произнесла она бессмысленную фразу.

«Нет, с ней бесполезно», – вздохнул мужчина и отлепил ее от себя. Он сел к камину и закурил. Двадцать лет вот такой жизни, дебильной и беспросветной. И ради чего?

Неожиданно ему пришло в голову, что у нее началось то же, что и у тещи. «Это у них наследственное, – пронзило его. – Точно!» Но почему он об этом догадался только сейчас, когда хлебнул полную чашу? Вот скотство! Полжизни нет. Зато осталась вторая половина, в которой ее не будет. Это Кирилл решил твердо. Ее место займет другая.

При мысли об Олесе в душе у Кирилла зацвели нарциссы. Если бы не Олеся, то сегодня бы он точно схлопотал инфаркт.

– Значит, говоришь, была кровь, а потом исчезла, – переспросил Кирилл с насмешкой, выпуская дым в камин. – И значит, по-твоему, это оттого, что я тебя оставил одну на два дня?

– Да, – капризно подтвердила Лиана и топнула своей тумбовой ножкой.

Мужчина издевательски усмехнулся. Для семилетней девочки такая выходка простительна, но для сорокатрехлетней тети – не лезет ни в какие ворота. Он сощурил глаза и язвительно произнес:

– Завтра утром я отправляюсь обратно в Казань. А ты на ночь включай сигнализацию и сдавай дом под охрану.

– Ты снова меня бросишь? – с тревогой воскликнула Лиана. – Не покидай меня. У меня дурные предчувствия.

Мужчина смерил ее презрительным взглядом и грубо ответил:

– Плевать я хотел на твои предчувствия. Мне нужно делать дела.

4

Дела у Кирилла всегда шли неважно. Это была какая-то врожденная невезучесть. Хотя нет! До женитьбы Кирилл не чувствовал себя невезучим. Впрочем, какой прок сейчас об этом вспоминать? Он просто служил и не испытывал никаких забот. Квартиру дали сразу. Точнее, почти сразу, через три с половиной года после его прибытия в часть. Зарплату выдавали регулярно. И ее хватало. За два года холостой жизни он накопил на подержанный «жигуль». Для начала неплохо. Проблемы начались после того, как он женился на Лиане.

И надо же ему было жениться именно на Лиане! Как будто не было нормальных девушек. Да-да, нормальных – он не оговорился. Нужно быть остолопом, чтобы не понимать, что с любой другой женщиной его жизнь не сложилась бы так нелепо. Да разве он с ней жил? Он только решал ее проблемы. Сначала ее, потом проблемы с ее мамой, потом проблемы с ее здоровьем, потом проблемы с финансами… Вот гнусность! Когда ему было время заниматься карьерой? Уже сорок пять, а он еще ничего не добился. Если бы Кирилл продолжал служить, то уже бы заработал гарантированную пенсию. А так он опять на той же исходной точке, с которой начинал.

Самолет оторвался от земли. Сидящий в нем мужчина с тяжелой складкой на лбу устало закрыл глаза. Ничего, скоро все это закончится. Если выгорит дело, он в тот же день распрощается со своей благоверной и соединится с Олесей. При мысли об Олесе губы тронула улыбка. Кирилл всегда любил женщин такого типа, как Олеся. С чего он взял, что его идеал – эти беспомощные бабочки слоноподобного типа?

Хотя это не совсем правда. Мужчина лукавил сам перед собой. Лиану он любил. И любил до беспамятства. Но это было настолько давно, что казалось сном.

Со своей будущей женой Кирилл познакомился в походе двадцать лет назад. Произошло это следующим образом: на третьем году службы в одном из военных гарнизонов Подмосковья Кирилл случайно встретил своего одноклассника Володю Харитонова, который возглавлял московский турклуб «Бумеранг». Володя сразу начал агитировать в поход.

– Не беспокойся! Мы не особенно надрываемся в походах, – пояснил Харитонов. – Нас называют матрасниками, но нам на это наплевать. Наша цель не как можно больше груза подальше отволочь, а как можно больше насладиться природой. Так что присоединяйся!

Кирилл не знал всех тонкостей отечественного туризма. Слово «матрасники» слегка его покоробило, но не вызвало смертельной антипатии. В наслаждении природой лейтенант также не узрел ничего зазорного.

– Красивые девушки у вас есть? – поинтересовался он.

– Других не держим! – подмигнул руководитель клуба.

Вопрос для Кирилла был отнюдь не праздным. Можно сказать, насущным был вопрос. За пять лет учебы в военном училище и за два года служения в части мужские физиономии так примелькались, что возникали порывы жениться на первой попавшейся. Но даже первых попавшихся в гарнизоне ощущалась острейшая нехватка. Словом, можно сказать, только исключительно из-за девчонок Кирилл согласился отправиться в тот роковой поход.

Одноклассник не обманул. Турье «Бумеранга» действительно не очень напрягалось в походе. Не пройдя по лесу и пяти километров, группа остановилась на двухдневный привал на какой-то обжитой поляне, на которой уже располагался в расслабленном состоянии основной состав клуба. Подавляющее большинство лежало на солнышке у своих палаток, две туристки копошились у костра, а один бородач играл на гитаре.

Кирилл сразу окинул взглядом женскую половину компании и понял, что у него с одноклассником совершенно разные представления о женской красоте. Это были грубые, бесформенные бабенции с прокуренными голосами и сальными волосами. Их лица были суровы и обветрены. Они были одеты в вылинявшие штормовки, трико и туристические ботинки.

Но это на первый взгляд. Приглядевшись внимательнее, лейтенант сквозь дым, котелки и грубую брезентуху разглядел две смазливые мордочки. Он тут же положил глаз на обе, но одну из них вскоре отмел. Девушка в штормовке села на бревно, по-мужицки раскорячила ноги и закурила «Беломор». Курящих женщин Кирилл терпеть не мог. Вот в ту самую минуту, когда новенький перекинул все внимание на ее некурящую подружку, из леса в обнимку с каким-то небритым гавриком и вышла Лиана.

Ее щебечущий смех сразу огласил поляну. Все, кто был на ней, подняли головы. У мужской половины потеплело в глазах, у женской на устах появилась усмешка. Кирилл, как и все, всмотрелся в сладкую парочку и подумал: «О времена, о нравы…»

А что мог подумать еще молодой военный, когда их вид был утомленным, а лица – пунцовыми?

Нельзя сказать, что девушка сразу понравилась новенькому, но она отличалась от всех хотя бы тем, что не была одета в штормовку и туристические ботинки. Девушка была в красной футболке, черном трико, довольно выразительно обтягивающем бедра, и пляжных сланцах. Ее черные волосы были распущены, губы горели, глаза озорно бегали, а на голове покоился венок из ромашек. Девушка задержала долгий взгляд на военном, однако, пройдя мимо него, не произнесла ни звука.

После этого Кирилл заметил, что она бросает на