Колдовской вереск - Анна Лерн

– И тебя, Питер, – я подмигнула Осле, и она довольно зарделась. – Когда свадьба?

– Под Рождество, леди. – Парень все-таки поднял глаза. – Благодарю вас за то, что дали Осле денег на платье.

– Надеюсь, я приглашена? – поинтересовалась я, и его лицо изумленно вытянулось.

– Вы придете к нам на свадьбу?

– А почему нет? – весело ответила я. – Мне хочется посмотреть на невесту в подвенечном платье, подарить вам подарок, а может, и сплясать!

– Это такая честь для нас! – Парень посмотрел на свою невесту. – Осла, у нас на свадьбе будет ведьма из Гэлбрейта! Все с ума сойдут!

– Замолчи! – Осла покраснела и быстро взглянула на меня. – Прошу прощения, леди! Он такой… такой дурак!

Питер тоже понял, что ляпнул лишнего, побледнел и взмолился:

– Леди Арабелла, не обижайтесь на меня! Я… я… дурак.

– Постарайся не давать своему языку воли. – Я многозначительно посмотрела на него. – А сейчас мне нужно поговорить с Ослой.

Девушка исподтишка показала ему кулак, и мы отошли в сторону.

– Я слушаю вас, леди.

– Мне нужен плащ. Я что-то продрогла. Ты не могла бы мне найти что-нибудь?

– Сейчас принесу! – Девушка бросилась было к замку, но потом вернулась. – Леди Арабелла, не держите зла на моего Питера.

– Не буду, – пообещала я, и, приподняв юбку, она помчалась выполнять мою просьбу.

Вернулась девушка достаточно быстро. Я с удивлением увидела в ее руках тонкий бархатный плащ, предназначенный именно для таких вот вечеров. Легкий, с капюшоном, край которого был украшен кружевом, он явно принадлежал леди.

– Откуда ты взяла этот плащ? – Я нахмурилась. – Осла, если ты…

– Я распорядился, чтобы она принесла вам плащ моей сестры, – услышала за своей спиной голос графа и замолчала.

Он подошел к служанке, взял из ее рук плащ и накинул мне на плечи.

– Но откуда вы узнали? – Мне был приятен этот жест с его стороны.

– Услышал, как вы говорите, что продрогли. – Он улыбнулся, поправляя капюшон. – Пошел следом за Ослой, и теперь вы не мерзнете. Разве мог я позволить, чтобы леди ходила в плаще прислуги?

– Благодарю вас. – Я даже не знала, как реагировать на это проявление заботы. Обычно Мак-Колкахун язвителен и раздражен в моем присутствии.

– Не стоит. Это моя обязанность как хозяина дома. – Торнтон как-то странно посмотрел на меня. – Вы задержитесь в замке до рассвета?

– Вряд ли тетушки захотят праздновать до утра. – Я была так изумлена, что даже начала подозревать, что граф переборщил с вином.

– Я настаиваю на этом, – Торнтон хищно усмехнулся. – Так и передайте им.

Он поклонился мне и пошел к столу, а я еще несколько секунд смотрела на его удаляющуюся спину. Что происходит?

Тетушки тоже удивились, но потом нашли всему объяснение.

– Я точно говорю, что граф злится на нас и хочет сделать хоть какую-то пакость! – фыркнула Маири. – Мол, сидите здесь до самого рассвета, и никого не интересует, хотите ли вы спать, а может, у вас болит спина?!

– Да, Мак-Колкахун мстит нам, – согласилась Эдана, разглядывая плащ. – Но он щедр, что сказать… Такая вещь стоит больших денег… За такое кружево можно душу дьяволу продать…

– Дамы, все идет как надо, – ювелир всунул нос в наш разговор. – Мы успеем побывать в аббатстве, потом вернемся обратно, и никто не заметит нашего отсутствия!

– Теперь мы не сможем пойти туда все вместе! – прошипела Эдана. – Граф глаз с нас не спустит! А если мы уйдем, то попадем в его немилость! Конечно, милорд нам ничего такого не сделает, но жизнь подпортить может запросто! Я вообще удивлена, почему он до сих пор этого не устроил!

– Как? – Я действительно не понимала, каким образом Торнтон может подпортить нам жизнь. – Из дома он нас точно не выгонит!

– Например, он может расположить под окнами замка свой гарнизон, и воины станут устраивать ристалища! Их кони, псы и они сами обгадят все кусты в округе, а каждую ночь возле гарнизона будут крутиться распутные девицы! – горячо заговорила тетушка. – А еще он может…

– Он может много чего, – прервала ее Маири и поманила пальцем ювелира, чтобы он придвинулся ближе. – Но сейчас не об этом. В аббатство пойдем мы втроем, а Арабелла останется в замке. Здесь ей точно ничего не угрожает. Граф будет видеть, что Белла здесь, а про нас он и не вспомнит!

– Хорошо, я останусь здесь, но и вы постарайтесь все сделать как можно быстрее! – Я полностью доверяла тетушкам и знала, что Кевин Друммонд с ними не забалует. Тем более что его охрана уже находилась в пьяном угаре, благодаря Джинни и Бронксу. – Хорошо?

– Конечно! Я спрятал лопаты в кустах поблизости еще вчера, – зашептал ювелир. – Нам нет резона торчать в аббатстве всю ночь. Мало ли кого занесет в его разрушенные стены?

Веселье набирало обороты, и вскоре хмельные гости заполонили весь двор замка, отплясывая под быструю музыку. Тетушки с Кевином Друммондом растворились в толпе, а я поискала глазами Гвен. Девушка сидела возле своей матушки и, подперев голову кулачком, смотрела мечтательным взглядом на Рэналфа Ларнаха. Мужчины же пили вино, совершенно не обращая внимания на окружающих. Они о чем-то разговаривали, склонившись друг к другу, и периодически громко смеялись, похожие в этот момент на подростков, а не на грозных воителей.

Я поднялась, обошла стол, успев заметить угрюмую Эвелинду с подругами. Они стояли своей высокомерной кучкой у стола со сладостями и с грустным видом поедали пироги.

– Гвен! – тихо позвала я подругу, стараясь, чтобы не услышала ее матушка. – Гвен!

Девушка обернулась и показала мне глазами на «стену» из бочек, намекая, чтобы я шла туда.

Нырнув в темноту, я стала наблюдать за происходящим в пространство между бочками. Гвен что-то говорила своей родительнице, Айлин сидела как на иголках, вертя головой в разные стороны, но тут я заметила, что из-за стола выходит Кайден. Неужели пора?

Мужчина стал пробираться между танцующими к воротам, и я поняла, что время пришло.

– Кайден уходит! – Гвен появилась так неожиданно, что я охнула. – Нужно идти за ним!

– Ничего, он подождет, – прошептала, испытывая прилив адреналина. – Приведи сюда Айлин.

– Хорошо. – Девушка ушла, а я, закусив губу, стала молить Бога, чтобы вся наша афера не вскрылась раньше времени или не привела к еще более худшим последствиям.

Минут через десять в мое убежище проскользнули подруги. Айлин вся тряслась от страха, но в ее глазах горела решимость.

– А если он поймет, что это не ты? Твоя фигура стройнее, Белла!

– Не поймет! Плащ широкий и легко скроет все твои прелести. – Я сняла плащ и накинула его