Побег - Виктор Викторович Зайцев

роняя оружие из рук. Не дожидаясь реакции других своих коллег, я взял из руки Шило пистолет, простой ПМ. Сходил с ним к лежавшим на краю поляны уголовникам, сделав аккуратный выстрел каждому между глаз. Подобрал лежавший рядом с одним из трупов старый ТТ, вложил его в руку покойника и сделал выстрел в небо.

После чего подобрал работающий, несмотря на год производства, пистолет ТТ, подошёл к остолбеневшему Олегу и всадил по пуле в лбы наших покойных переговорщиков.

— Олег, пошли кого-нибудь к машинам, только с оружием. Пусть застрелят водителей, да быстрее. Нам лишние свидетели ни к чему. — Сам я вернулся к трупам у деревьев и вложил уже мёртвому стрелку ТТ в руку. С этим всё нормально, следы пороховых газов на руке и рукаве у него есть, сомнений, кто стрелял, у экспертов не будет. Потом остановил двоих парней с оружием в руках, бежавших к машинам наших противников.

— Возьмите вот этот обрез, потом оботрёте его и бросите у машины. Понятно? — Парни кивнули и прихватили обрез. Я обломал пару еловых веток и принялся заметать наши следы в грязи, в прямом смысле этого слова. Всё ещё стоявшему Олегу буркну:

— Чего встал, следы заметай, да быстрее, минут через десять менты могут приехать.

Наши парни показали себя на высоте. Без всякой команды обзавелись вениками и в темпе замели все наши следы до самой дорожки, где всё ещё не растаял утоптанный снег. Парни, что бегали к водителям, честно доложились и замели за собой следы, но обрез протянули мне.

— Ну, что с вами делать? Принимай оружие. — Протянул я Олегу кастрированное ружьё и добавил: — Ты в следующий раз уголовников к себе не бери, видишь, какие паскуды?

— Как же узнать, что они уголовники? Где их проверю? — расстроено ответил парень, видимо, понявший всё произошедшее только сейчас.

— Меня приглашай на смотрины, я любого уголовника увижу, даже со спины. Только на метке добавь решётку, буду знать и приду в девять вечера в вашу качалку. Договорились? — Парень кивнул и спросил:

— Вы действительно в милиции работали?

— Примерно в милиции, только в военной. Потому и видят во мне мента уголовники. А я их в любом виде узнАю.

После заметания следов мы организованной группой дошли до гаражей, где расстались. При прощании я несколько раз напомнил всем, чтобы сегодня же постирали одежду и вымылись в душе. А мы с Олегом отправились вдвоём в его подвал, по пути припрятали обрез, не в подвале же его хранить? Уже в городе, оставшись с подельником вдвоём, я снял с лица маску. Вскоре увидели милицейскую дежурку, явно спешившую на место нашей стрелки.

— Отлично, пацаны не успеют пистолеты утащить. Наша имитация имеет шансы стать достоверной. Шестой отдел легко спишет всё на внутреннюю разборку между уголовниками, официально. А не официально, начнут нас искать сильнее. Особенно будут проверять после того, как наша охрана захватит территорию убитых уголовников. Может, придумать отвлекающий ход? — размышлял я, пока Олег поставил кипятиться воду под чай.

Парень тоже понимал опасность, реально возникшую после первых трупов. До этого нашей группировкой никто не занимался ввиду отсутствия криминала в наших кругах. Теперь, после десятка трупов, копать будут сильно, и не только шестой отдел, созданный для борьбы против организованной преступности, но и местная милиция до участковых включительно.

— Надо навести всех на ложный след, только какой? — Бросив заварку в кипяток, Олег уселся рядом за стол.

— Давай объявим, что уголовники были убиты по указанию воровских авторитетов, приехавших на похороны Гиви? А я был тем самым представителем уголовников. И лично убил всех уголовников за то, что те стучали ментам. Как покойный Стас. Поэтому территорию убитых занимать не надо до отъезда из города уголовных авторитетов. Пусть твои парни всё сваливают на приезжих, что-то не поделивших с бандой, как их звали?

— Заводские, они почти все в районе кирпичного завода жили. — Кивнул Олег.

— Решено, завтра собираешь всех своих парней и сообщаешь, что стрелку забили по указанию воров в законе, приехавших на похороны Гиви, которые велели убить всю банду «заводских». А мужик в маске был прислан от авторитетов. Поэтому до отъезда уголовников из города территорию «заводских» велено не трогать. Всё равно часть твоих ребят проговорится, пусть такой слух до милиции дойдёт. Будут к тебе вопросы от других рэкетиров, так и отвечай. Мол, слышал, что «заводские» не понравились приехавшим на похороны Гиви ворам. Потому их территорию никто не трогает.

— Так мы зря, что ли, столько людей перебили? — вспыхнул Олег.

— Нет, их территорию мы начнём занимать, но через пару недель, не раньше. И постепенно. Потому как тех дурачков, что кинутся завтра-послезавтра на освободившуюся землю, начнут проверять шестой отдел и милиция на причастность к убийству. Одну-две группировки проверят, пару человек посадят, посидят особо борзые в камерах, другие умнее станут, — успокоил я своего подельника. После чего мы долго пили крепкий чай, обсуждая рабочие мелочи. И даже крепкий чай на ночь не помешал мне сразу уснуть, как только я пришёл домой. Вот что значит молодой организм — никакой бессонницы, я стал засыпать в любом удобном месте и времени, как в прошлые годы службы в милиции.

Весна уже полностью вступила в свои права, на работу я ходил по чистому, вымытому апрельскими дождями асфальту. К троллейбусной остановке не приближался, надеясь в ближайшие месяцы с Аней не встречаться. А потом, как я полагал, вся моя влюблённость исчезнет. Ну, не хотелось мне разводиться после трёх-четырёх лет семейной жизни. Да оставлять своих детей на воспитание чужим людям не хотелось, той же Валентине Петровне. Чтобы мой сын или дочь выросли с мыслями о коварстве и негодяйстве своего отца? Лучше лишний год походить холостяком, чем стать подонком для своих детей. А несостоявшаяся тёща именно так и будет меня характеризовать, не сомневаюсь.

Мои дела в поликлинике, где я арендовал помещение для массажа, шли в гору. Любопытный женский коллектив доподлинно установил мою официальную биографию, вычислил примерный заработок. Поэтому желающих затащить меня в койку с последующим переходом в ЗАГС были предостаточно. Начиная от симпатичных и не очень санитарок и медсестёр до дипломированных врачей, вплоть до тридцати пятилетнего возраста. Мне уже делали откровенные намёки, что надо сливаться с коллективом в массовых мероприятиях, вроде Восьмого Марта и других праздников. К моему счастью, большинство праздников прошли, кроме