Побег - Виктор Викторович Зайцев

Размышляя, что делать с ворами, я машинально отмахнулся от жужжащих комаров. Хоть они меня не могли прокусить, но рефлексы никуда не денешь. А этим летом комаров народилось неожиданно много, видимо, погода поспособствовала. На этом я и решил ограничиться. Пользуясь темнотой, притащил воришек к автобусной остановке, где раздел всех по пояс. После чего привязал к металлическим опорам остановки, кляпы решил не вставлять. А для лучшей памяти перекрыл им мочевые каналы, чтобы помучались с восстановлением, может, поумнеют на больничной койке. Благо лечили пока бесплатно, но кормили в больницах не очень, пожалуй, можно сравнить с колонией.

Глава 25

Неожиданный выход

Едва я разобрался с ворами возле своей квартиры, как моей машиной заинтересовались посетители поликлиники, или их знакомые, а может, вовсе мимо проходившие любители чужого. К этому я был готов, ставил свою копейку под окном кабинета. В одно прекрасное утро сигнализация сработала. Выглянув в окно, я усыпил вора, извинился перед клиенткой, накрыл её простынёй и вышел во двор поликлиники, заросший клёнами и дичками яблони, под которыми густо росли всякие сорняки. Я едва проезжал по ним к месту своей парковки, благо был единственным автолюбителем среди сотрудников поликлиники. Возможно, кто-то владел машинами, но благоразумно держал их по советской привычке в гараже, торжественно выводя своего колёсного друга по большим праздникам или для поездок в сад-огород.

Уверен, с началом сильных дождей, придётся прокапывать дорожку с отводными канавками к месту парковки. Но как раз штыковая лопата не покидала мой багажник, вместе с запаской, насосом и топором. Это обязательные предметы в советское время для каждого водителя, не считая вулканизатора, пары запасных камер и запаса резины на заплаты. У меня даже цепи для колёс были в запасе, монтажка и многое другое. Одним словом, багажник не пустовал. Именно к этому багажнику и воспылал интересом одинокий воришка, судя по татуировкам, дважды судимый за кражи. Бедняга, благоухая крепким перегаром, просто искал доход, чтобы опохмелиться. Как его понимаю! Что не помешало мне оттащить уснувшего мужика за шиворот в сторону, снять с него похмелье, но расслабить некоторые мышцы в районе попы.

Теперь воришке будет чем заняться в густых кустах заднего двора поликлиники до самого вечера. Интересно, расслабление мышц у меня получается на двое-трое суток по желанию, а другое воздействие, вроде сна, всего лишь на четверть часа. Надо потренироваться, может, объединить оба воздействия, или что-то другое придумать? В этом направлении мне ещё учиться да учиться. Вернувшись в кабинет, я закончил массаж пациентки, больше в тот день никто к моей машине не приближался. Но запретный плод сладок. Не прошло и пары дней, как в пятницу, после обеда, опять сработала сигнализация на мой карманный брелок. На сей раз, к машине нагло подошли двое громил и принялись стучать кулаками по крыше копейки.

К этим хамам я решил не выходить, жирно будет бросать клиента из-за любого шума. Я сразу расслабил нужные мышцы у громил, даже не вводя их в сон. Стучать прекратили сами, метнувшись в кусты, где засели прочно, я уверен, что надолго. Сотовых телефонов нет, а пешком они смогут выйти только в потёмках, которые в июне наступают довольно поздно. Больше до праздника желающих приставать к моей машине не было. Ни на работе, ни дома. Увы, это не стало поводом расслабиться, приближался День медика. Если от демонстрации на Первое Мая мне удалось отвертеться, под предлогом, что я не работник поликлиники, то перед Днём медика меня официально предупредили и пригласили. Причём не коллеги медсёстры или врачи, а сам главный врач.

— Понимаете, коллега, нас мужчин в поликлинике довольно мало. Ваше появление отвлечёт внимание от нас, помогите, чисто по-мужски прошу. Тем более, все сотрудники уже знают, что Вы получаете диплом о высшем медицинском образовании. — Поставил меня перед фактом главный врач, порадовав меня полным отсутствием намёка на разрыв аренды помещения, как мог поступить на его месте любой хамистый или практичный начальник. Человек был порядочный и не путал работу с отдыхом. Пришлось пойти ему навстречу и принять участие в праздновании.

Соответственно, внёс свою долю в складчину, впятеро бОльшую, чем скидывались остальные. Хотя мог и оплатить накрытый стол, но это уже лишнее. Выпендриваться не стоило. Удивляло только одно, откуда женщины узнали о моём обучении в мединституте? О нём я сообщил только в налоговую инспекцию, неужели прохиндейки и туда добрались? Впрочем, напугать меня было сложно, после милицейских пьянок и гулянок вместе с педагогами. У нас же совпадали два праздника — День уголовного розыска и День учителя, оба праздника выпадали на пятое октября. А с пьяными учителями могут сравниться лишь пьяные медики.

Именно в этом я убедился в ходе праздника, когда мне пришлось дважды себя протрезвлять. Как держались на ногах мои коллеги, не знаю, видимо, более активно закусывали. За вечер мне пришлось потанцевать со всеми женщинами, даже с заместителем главного врача, почтенной замужней женщиной лет пятидесяти. С лица я едва успевал стирать разноцветную помаду. К счастью, мои коллеги-врачи, оказались не ревнивыми, лишь вздыхали с облегчением. Да и прочих скандалов удалось избежать. Однако, когда поздним вечером пришло время расходиться, меня крепко взяли под руки две мои одинокие ровесницы. Врач-хирург Наталья и медсестра неврологии Ольга, несмотря на опьянение, хором заявили, что поедут ко мне домой, якобы для продолжения банкета.

Спорить с ними я даже не пытался, тем более, что приехала машина, с водителем которой заранее договорился на половину двенадцатого вечера. Знаю все эти корпоративы, долго живу, уже второй раз. Учитывая, что нас трое, поехали в пустующую двухкомнатную квартиру. Она, хотя и пустовала, но порядок в ней был наведён соответствующий, чтобы случайные уголовники или другие гости не подумали о пустующем жилище. Продукты в холодильнике были, как и стандартный набор из бутылки водки и бутылки вина, не было лишь хлеба, что нам совершенно не помешало. Как я и подозревал, после первой же рюмки женщины захотели спать. Обеих я устроил на своей кровати-полуторке в спальне. Сам пристроился на диване, который пришлось расстелить. Иначе простыня там сбивалась, не люблю спать без белья. По опыту милицейских дежурств помню, как утром пахнет в кабинете, кто бы там не спал в одежде.

Даже после дежурства молодых и трезвых следовательш и оперативников, в кабинете витал неприятный запашок. А