Воевода - Владимир Сергеевич Василенко

кустарнике и даже по пути снесла напрочь пару молодых деревьев толщиной в бедро. Это точно не лось, а кто-то гораздо крупнее. Изменённый зверь, причём чудовищной мощи — в магическом спектре сияет, как комета.

Я не удержался и переключился на другой Аспект. Мой древесный экзоскелет не распался сразу, просто застыл, а я тем временем через Аспект Ткача быстро пробежался по сети своих «камер наблюдения», которые я развешивал по всем окрестностям. Привычка, которую я перенял у Албыс.

Источник новой опасности засек быстро — он удачно попал под Око, дающее обзор на довольно обширную проплешину в тайге рядом с замёрзшим ручьем.

Индрик!

Даже издалека, и через мутноватое изменённое зрение, даваемое Оком, зверюга производила впечатление. Мощная косматая туша размером с локомотив. Пропорциями напоминает скорее быка, чем оленя. Но морда и рога — скорее оленьи, только соответствующих размеров.

Здоровенный, зараза! В избе Демьяна в Томске висела трофейная башка индрика, и тоже впечатляющая. Но сейчас та казалась нежной трепетной ланью по сравнению с этим монстром. Кажется, земля вздрагивает от каждого его скачка.

Зверь ненадолго остановился — резко, будто налетев на невидимую стену. Взвились целые облака снега, так что фигуру его заволокло белой пеленой. Но это пауза помогла мне разглядеть его получше. А заодно и двух седоков за его спиной — таких маленьких по сравнению со зверем, что показались детьми.

— А вот и она… — нервно пробормотал я сквозь ком в горле.

Шаманка держалась на спине зверя прямо и свободно, даже царственно. Корона из оленьих рогов и массивные золотые украшения на груди лишь дополняли это впечатление. Особенно сверкала здоровенная круглая бляха на животе, размером с тарелку. Второй же седок, позади неё, наоборот, сгорбился, безвольно склонив голову и держась обеими руками за выступ седла. Или он к нему привязан?

Пленник этот почти сразу же отвлёк моё внимание от всадницы. Он не был похож на Стылого — не оборванец, полностью в меховой одежде, причём не каком-нибудь овчинном тулупе. Вон, воротник пушистый, из дорогого меха. Без шапки, светлые волосы припорошены снегом…

Это что… Феликс? Феликс, мать его, Орлов⁈

Я не мог быть в этом уверен — Око было за полсотни метров от индрика, лиц всадников было не разглядеть. И к тому же зверюга не задержалась надолго — снова пустилась вскачь, разметая сугробы, так что в поднятой ею круговерти снега и вовсе было ни черта не разобрать. Но я и не пытался — вместо этого потянулся по цепочке связанных между собой Очей на запад, к острогу. Промелькнула предательская мысль, что пока мы тут шли к Ин-Хазыру, другая часть орды расхлестала оборону Тегульдета. Вот и шаманка уже прискакала сюда с пленным…

От увиденного у меня ёкнуло сердце.

Крепость, конечно, была на месте, но в ней вовсю кипела драка. Причём именно внутри, за стенами, а не на подступах к ним. Подробностей я разглядеть не успел — тело Яг-Морта всё-таки начало расползаться, и мне пришлось вернуть нужный Аспект, чтобы древесный доспех снова ожил и плотно обхватил меня.

Все эти манипуляции с Аспектами не заняли, наверное, и пары минут. Но настрой, и так-то не очень оптимистичный, окончательно испортили.

— У меня что-то хреновое предчувствие, князь, — подлил масла в огонь Кречет, скрывающийся неподалёку, буквально у меня под ногами.

— И не зря. Предводительница орды явилась, собственной персоной. А ещё — Тегульдет под ударом. Надо срочно возвращаться!

— Алтана здесь? — встрепенулся он. — Близко?

— Ты только это услышал из сказанного? — огрызнулся я.

Стылые после появления предводительницы начали перестраиваться — засуетились, будто пинка получили под зад. Правда, к моему удивлению, почти половина из них откатилась назад, к глыбе Резонатора. Туда же поскакал и индрик.

— Ну так где она?

— Возле этой их глыбы. И, похоже, что-то намечается.

— Последний рывок?

— Скорее всего.

Я переступил с ноги на ногу, похрустывая корнями и ветками. Сжал и разжал лапищи, уже здорово изгвазданные в чёрной крови Стылых. Облик лесовика уже не давал такого ощущения мощи, как в самом начале — я здорово вымотался, и усталость сковывала тело, отзывалась неприятной дрожью в мышцах. Тот участок барьера, что мы удерживали, за это время стал похож не просто на место побоища, а на поле после бомбёжки — смятые кусты, обломанные стволы тонких деревьев, перебуровленная Даром Кречета земля с промёрзлыми седыми проплешинами. Трупов Стылых вокруг валялось прилично — не меньше двух десятков. Но гораздо меньше, чем хотелось бы.

— Но это не конец… — процедил я вслух. — Ещё побарахтаемся!

— Мне, конечно, нравится твой настрой, — ехидно отозвался Кречет. — Но что, у тебя появился какой-то план? Старый-то точно не годится.

Я едва сдержался, чтобы не дать ему под дых — в этом облике пришиб бы ненароком. Резал он по-живому. Мы пробрались в Ин-Хазыр, чтобы устроить тут ловушку для предводительницы Орды. Но в итоге сами угодили в западню, из которой не видно выхода.

Как я не крепился, чувство отчаяния и надвигающейся катастрофы подползало всё ближе.

Ещё очень здорово отвлекало влияние извне. Албыс всё это время билась в тихой истерике, не показываясь наружу. Присутствие духа священной берёзы чувствовалось ещё сильнее — будто за всем происходящим присматривает сверху некто невидимый, но очень могущественный. В целом-то это даже помогало — дух подбадривал меня, придавал сил. А сейчас, когда прискакала верховная шаманка орды и ситуация накалилась до предела — сознание Матери-Берёзы ещё плотнее соприкоснулось с моим. Я чувствовал её тревогу, её боль, её мольбу.

Даже услышал голос — не такой внятный, как у Албыс, однако передаваемая мысль отпечаталась у меня в мозгу очень чётко.

«Освободи её!».

Это был не приказ, даже не просьба. Скорее крик о помощи.

— Они снова идут! — бросила Карагай, чутко вслушиваясь в звуки, доносящиеся из чащи. — Оттуда!

Судя по тому, что я чуял через корни, все силы Стылых стянулись к южному проходу. Защитника там убили, второй Яг-Морт, что на северо-восточном склоне холма, был жив, но его так потрепали, что он почти не мог передвигаться. И сейчас, по прошествии времени, я понял их замысел. Кто бы ни придумал этот план — он явно знал об Ин-Хазыре гораздо больше, чем я или любой другой человек со стороны.

Сейчас стало понятно, зачем Стылые атаковали сразу со всех сторон. Множественные омертвевшие зоны в кольцеобразной «полосе препятствий» вокруг урочища не просто