Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

объединяющая коридоры, какие ведут из шпилей в подземелье. Естественный центр, своеобразный, если хотите, пуп замка. Все остальное и впрямь напоминает лабиринт, кажущийся чрезвычайно запутанным. На деле, любой, проживший в замке хоть год, прекрасно ориентируется здесь. Это совсем несложно. Мудрец кивнул.

— Позволь задать тебе вопрос.

— Пожалуйста! — мгновенно отреагировал Фрес.

— Меня удивляет, почему в замке так мало окон, а естественный свет заменяют факелы. В горах не так легко найти дерево, пригодное для приготовления факела, а этих факелов в замке, полагаю, не одна тысяча.

— Примерно три. Однажды — я тогда только проступил на службу к князю — я спросил о том же. Он ответил мне: Фрес, разве в мире есть что-нибудь прекраснее игры пламени, этого бесконечного сплетения огня и наступающей на него тьмы. Я не нашелся, что возразить. Если князь считает нужным использовать для освещения факелы, это его дело. Он достаточно богат, чтобы позволить себе такую прихоть.

— Богат… — задумчиво протянул Мудрец. — Князь Вульго и впрямь богат. Я не заметил, чтоб ваши края отличались изобилием, меж тем князь не отказывает себе ни в чем. Внутреннее убранство замка поражает роскошью, яства, какими угощали на пиру, были отменного качества, посуде, стоявшей на столе, могли б позавидовать самые могущественные владыки.

Мудрец покосился на Фреса, ожидая его реакции. Однако тот предпочел отшутиться.

— Я не интересовался содержимым сундуков князя, — сказал он. — Единственное, что мне известно, так это то, что князь Вульго — обладатель несметных сокровищ. У князя много влиятельных друзей, которые осыпают его щедрыми дарами. Время от времени в замок приходят караваны, груженные золотом, драгоценной посудой, дорогими тканями, редкими яствами. Многие иноземные владыки ищут расположения князя.

— Но почему? Чем может князь Вульго, властелин далекой земли, не владеющий ни сильным войском, ни богатой казной, интересовать их? Ведь ничто в этом мире не делается бескорыстно.

На этот раз толстяк не ответил. Толкнув рукой дверь, он сообщил:

— А вот и библиотека. — Потом он воровато огляделся по сторонам и шепотом прибавил:

— А что касается источника власти князя… В мире много тайн, это — одна из них.

Что оставалось Мудрецу? Изобразив понимание, он кивнул и вошел внутрь.

Библиотека производила солидное впечатление. Ее, конечно, нельзя было сравнить с книгохранилищами владык Египта или Пергама, но для небольшого княжества это было более чем прилично. Вдоль стен тянулись высокие, похожие на соты стеллажи, до отказа заполненные намотанными на палочки папирусами и листами пергаментов. Между стеллажами стояли несколько весьма искусно изваянных статуй, а посреди комнаты располагался небольшой, удобный для работы стол с перьями, кистями, баночками с красками и прочими письменными принадлежностями.

Фрес внимательно посмотрел на гостя, желая понять, какое впечатление на него произвело увиденное. Мудрец не стал скрывать своих чувств.

— Действительно превосходная библиотека!

Толстяк улыбнулся. Его лицо приняло самодовольное выражение.

— Я прилагаю немало сил, чтоб содержать ее в образцовом порядке. Желаешь посмотреть манускрипты?

— Если хозяин не против.

— Что ты! Сделай одолжение!

Мудрец подошел к первому из стеллажей и осмотрел его. Он не мог не отметить, что хранение книг организовано великолепно. Размешенные в хронологическом и географическом порядке, манускрипты лежали в ячеях, к каждой из которых был прикреплен силлиб — кусочек папируса с названием труда и именем автора.

— Это эллины, — сообщил Фрес, став рядом с гостем. Мудрец пробежал взглядом по надписям. Кроме Гомера, Гесиода и великих трагиков здесь были труды Пифагора, Эмпедокла, Платона и многих других философов, математиков и мифографов. Некоторые имена, особенно из последних, не были известны Мудрецу, что означало, что библиотека активно пополняется.

Фрес позволит гостю удовлетворить любопытство, после чего продолжил объяснение.

— А теперь обрати внимание на следующий стеллаж. В нем помешены труды иудеев, вавилонян, сирийцев и египтян. — Мудрец наугад взял один из трактатов и прочел название — «Откровение Моисея». — Необычайно поучительная вещь, — прокомментировал Фрес.

— Да, — согласился Мудрец, тая усмешку. Ему доводилось встречаться с автором сего труда. Он был парсом, выдававшим себя за иудея, порядочным жуликом и плохо кончил. Но Фресу вовсе незачем было знать об этом.

Вошел слуга. Мудрец, скосив глаза, проследил, как тот поставил на стол поднос и вышел. «Откровение Моисея» заняло свое место.

— А вот это — предмет особой гордости князя — сочинения народов, исчезнувших с лика земли. Скажу тебе по секрету, — Фрес понизил голос до шепота. — У нас есть даже манускрипт, оставшийся от атлантов. Но никто не может прочесть его. Может быть, ты, наверняка знающий не один язык, попробуешь?

Мудрец пожал плечами.

— Мне ведомы многие языки, но не уверен, что сталкивался с языком атлантов. Впрочем, возможно, один из языков, что я знаю, похож на тот, каким пользовались атланты. Я должен посмотреть.

Фрес подошел к небольшому, отдельно стоящему стеллажу и извлек из ячеи завернутый в шелк предмет. Бережно развернув материю, толстяк достал золотистую коробочку. Затем Фрес отвернулся от Мудреца, дабы тот не видел, что делает, и нажал на потайную пружинку. Раздался мелодичный звон, Фрес повернулся к гостю. В руке его был небольшой, чрезвычайно тонкий лист.

— Только умоляю, будь осторожен, — попросил Фрес. — Это чудесный, но очень непрочный материал.

Мудрец утвердительно кивнул. Он взял лист и принялся изучать написанные на нем знаки — ломкие, изящно изогнутые черточки, сплетенные в строки. Всего восемь строк. И подпись — короткая, в шесть знаков. Мудрец долго морщил лоб, пытаясь прочесть, но, в конце концов, безнадежно покачал головой.

— Нет, я не знаю этих слов.

— Как жаль! — Фрес со вздохом принял листок из рук гостя и убрал его обратно в коробочку. — У князя есть еще несколько редких манускриптов, но они хранятся в его башне.

— Какие-нибудь магические формулы?

— Не знаю. Князь не позволил мне прочесть их. — Толстяк развел руки в стороны, словно желая сказать — ну вот и все. Мудрец счел необходимым поблагодарить своего гида. Он кое-что узнал и это кое-что было весьма полезным.

— Спасибо тебе, Фрес, за то, что ты уделил мне свое драгоценное время.

— Что ты! — Фрес протестующе махнул рукой. — Я даже не могу выразить словами, сколь приятно мне твое общество. Теперь, после того как ты осмотрел библиотеку, думаю, мы можем спокойно выпить вина. Присаживайся к столу, гость. Не скрою, я надеюсь услышать от тебя какую-нибудь занимательную историю о людях, с какими тебе доводилось встречаться, или о землях, в которых ты побывал.

Мудрец слегка насторожился, но наивное лицо Фреса не выражало ничего, кроме любопытства. Похоже, толстяк и впрямь тешил себя собиранием диковинных историй.

— Ну хорошо, — сказал Мудрец, садясь и беря в руки протянутую