Стрелочники истории - Вячеслав Александрович Алексеев

нам, убогим… – усмехнулся Саня. – Есть в интернете форумы, обсуждающие эти темы. Так что, моя речь – это, так сказать, коллективное творчество. Но не все так плохо. Есть, по моему, на том же телевидении и другая партия. Обратите внимание, кроме пресловутых развлекательных шоу стали появляться ретро-программы советского периода – новогодние огоньки, песни о главном, фильмы советской эпохи. Да еще новые снимают – со вполне патриотичной тематикой, взять ту же "Бресткую крепость", "Бронепоезд", "Разведку".

– Ну, это исключительно для рейтингов. – возразил Фролов. – Бьют по ностальгии.

– Так это ж хорошо! Как бы специально показывают, смотрите – какие вы были и какие стали.

– Ты еще скажи, для цели возврата к "социалистическим ценностям", а ее явно нет. Не, тут простой коммерческий расчет – привлечь зрителя и, тем самым, срубить денег на рекламе.

– И, тем не менее, Николай Петрович, такие передачи есть.

– Все равно, я бы запретил прямую трансляцию ваших программ. В крайнем случае – посади грамотного человечка, пусть предварительно просматривает и ненужное вырезает.

– Ввести цензуру? – спросил Саня.

– Так, эти ваши внутренние проблемы можно решить в рабочем порядке. подвел итог Берия и поднялся из-за стола. – Александр, мне бы хотелось получить тексты подобных обсуждений вашего телевидения и "Золотого миллиарда". Это реально?

– Не вопрос. Сделаем.

– Тогда всем до свидания. А детали операций обсудите с Павлом Анатольевичем.

Неизвестно где, 5 июля силурийского периода палеозойской эры

Те двое непонятных штатских, оказались агенты-экономисты Лаврентия Павловича, навсегда покидающие свой 1941 год. Они перешли в силур вместе с Фроловым, и, едва придя в себя, стали настаивать на своей скорейшей отправке в будущее. Их следовало пристроить в 21 веке, чтобы лучше понять ход истории и собрать нужную информацию. А потом по сигналу – перевести в 93 год.

– Вот и пригодилась моя квартирка! – сказал Саня. – Как чувствовал!

– Ее, небось, уже арестовали и продали с молотка. Сколько ты банкам должен? – усмехнулся Димон.

– Не, рано еще. Сроки погашения не вышли.

Оба экономиста подтвердили, что обладают достаточной информацией, полученной от хакеров, со скачанных сайтов, форумов, плюс специфическими навыками, чтобы за неделю-две освоиться в новой для себя реальности, разобраться и погасить долги Сани, без ущерба от основной работы. Соответственно, квартира, после их ухода, останется на усмотрение хозяина.

Обсудив варианты основной и запасной связи, Саня переправил агентов по месту назначения – в свою квартиру.

После полуночи попаданцы 93 года вновь собрались у портала 41 года. Обследуя продуктовый склад, обсуждали итоги прошедшего совещания.

– А лихо нас Лаврентий Павлович раскрутил. – усмехался Серега. Уважаю!

– В смысле? На счет поездов, что ли? – переспросил Саня.

– Сань! Причем тут поезд? Считай сам, своих одномоментно повысил в звании. Теперь Шибалин и Афанасьев – ровня! И Серпилин с Викторовым – ровня! Кто кому чего приказывать будет? А? Второй момент, письма пишите… Я сомневаюсь, что кто-нибудь из родственников наших пленных получит хоть одну весточку… Хотя нет, получат. Должны же быть ответные письма. Но все равно, зато сам Берия будет знать все о нашей базе. И не с наших слов, а от красноармейцев. О какой-то мелочи ни ты, ни я, ни даже Шибалин знать не будут, а Лаврентий Павлович будет! И, главное, возразить нечего. А люди? Берите всех на оккупированной зоне. То есть, те, кто вольно или невольно работали на благо Германии, теперь будут работать против нее! Причем, самому Лаврентию Павловичу, для этого не нужно даже пальцем шевелить. И здесь вывернул ситуацию в свою пользу. Да и составы тоже. Не удивлюсь, если все богатства СССР, разворованные в твоей и моей реальностях, окажутся там, в 1941 году. И за что? За набор цифр, которые через пару-тройку месяцев могут оказаться пустышкой! Блин, ну ум! Снимаю шляпу.

– Серег, пусть уж в 41 году богатства будут, чем в лондонах и парижах.

– Сань, я ж не против, наоборот. Просто мне завидно – вот так, походя, разрешить, казалось бы, неразрешимые проблемы.

– Вот потому, Серега, ты простой лейтенант, а он нарком. – усмехнулся Шибалин. – Ты, чем глобальные проблемы решать, лучше примеривайся, какой мешок хватать будешь. И чтоб тихо, на цыпочках! Караул всего в двух шагах, за дверью гуляет.

– Ну что, пошли?

– Пошли. Саня, открывай ворота!

Склад почистили основательно. Саня подводил портал впритык к товарам. Оставалось лишь схватить мешок или ящик и закинуть его в кузов очередного грузовика. Иногда для этого можно было даже не заходить внутрь помещения. А в кузове работали красноармейцы

После заполнения четырех машин, на складе оставалось еще много чего полезного. Но народ решил, что на первых порах достаточно. Потому внутрь опрокинули канистру бензина, Серега кинул горящую спичку и в этот момент Саня закрыл портал. Отогнав окно немного назад, компания полюбовалась разгорающимся пожаром, засуетившимися немцами и разошлась спать. Завтра будет новый день и новые приключения.

Неизвестно где, 6 июля силурийского периода палеозойской эры

Утром, после завтрака, совещание проходило в расширенном составе, помимо попаданцев из 93 года присутствовали свежеиспеченные подполковник Афанасьев, младший лейтенант НКГБ Викторов, сменивший не только треугольники на три кубика, но и сами петлицы с ярко-зеленых на васильковые, четверо ротных – трое пришли с Афанасьевым, четвертый из первоначальной колонны освобожденных пленных, преобразованной в роту. Им был лейтенант Казанцев из той же колонны, не совсем вылеченный после ранения, но уже свободно гуляющий по лагерю. Позвали даже Гельмута Штаудера, обер-офицера механиков-трофейщиков. Поскольку Гельмут понимал русский язык, Шибалин назначил его командиром всех пленных немцев в силуре.

– И так, установка Москвы – боевые действия на время прекратить, а пока форсировать строительство железной дороги. – начал Шибалин. – Среди нас есть железнодорожные строители?

Шибалин почему-то уставился на немца. Тот поднялся и покачал головой.

– Найн. Механики есть, строители – найн. Нет.

В этот момент поднял руку один из новичков-ротных.

– Представьтесь. – сказал Шибалин.

– Лейтенант Семецкий. В моей роте есть красноармеец, который до призыва строил железные дороги.

Димон и Саня чуть слышно хихикнули, толкнув друг друга локтями. Шибалин перевел на них взгляд и те сразу приняли подобающий серьезный вид.

– Это красноармеец Кузнецов. – продолжил Семецкий. – Позвать?

– Сидите, сидите. Его сейчас позовет мой вестовой. Григорий, слышишь? Красноармейца Кузнецова сюда, быстро. Одна нога здесь, другая там. А вы чего хихикали, молодые люди? – Шибалин обратился к Сане с Димоном.

– Да не, ничего. Просто ассоциации. Товарищ Семецкий, вас ведь Юрий Михайлович зовут?

– Так точно. Мы знакомы?