Стрелочники истории - Вячеслав Александрович Алексеев

прежнему остаются нашими гражданами. И, в конце концов, если нельзя перейти вживую, то письмами обмениваться физические законы не препятствуют. Обратный адрес… Павел Анатольевич, решишь вопрос с обратным адресом?

– Так точно, товарищ нарком.

– Как вам уже сказал Павел Анатольевич, боевые действия пока следует прекратить. – увидев возмущенное лицо Сереги, продолжил. – Сергей Константинович, если не ошибаюсь?

– Так точно. – ответил Серега.

– Отдельные акции будут, не переживайте. Но только те, где риск сведен к минимуму или вовсе отсутствует.

– Чем же мы тогда будем заниматься? – спросил недоумевающий Шибалин.

Фролов, сидящий по другую сторону от Берии, ухмыльнулся, но промолчал.

– Строить дорогу. – ответил Берия.

– Дорогу? Какую дорогу?

– Железную. От портала 1941 года к порталу 1993 года. Очень скоро по этой дороге пойдут грузы. Приличные объемы.

– Откуда эти грузы возьмутся?

– Это забота Николая Петровича. – Берия кивнул головой в сторону Фролова. – Правда, на начальном этапе его друзьям в 93 году нужно немного помочь. Наши специалисты просмотрели содержимое переданных компьютеров. Там есть очень любопытная информация, вроде бы совершенно бесполезная для нас, но очень дорогая в Вашем 1993 году. Курсы валют. Но там лишь малая часть, а хотелось бы получить полную и подробную историю колебаний цен на всех зарубежных товарно-сырьевых и валютных биржах. С 1993 года и до возможного периода.

– Лаврентий Павлович. – вставил Саша. – Мы думали на эту тему и пришли к неутешительному выводу, чтобы заработать на имеющейся инсайдерской информации, нужно время, а у нас его нет. Кроме того, если появится неучтенный крупный игрок – информация быстро протухнет.

– Александр?

– Да.

– Так вот, Александр, Зачем самому играть на бирже? Эту информацию можно продать или обменять. Главное, знать кому. Товарищи Николая Петровича уже озадачены вопросом, список необходимого нам оборудования у них тоже имеется. И даже найдена площадка, где будут формировать составы для перегона в наше время. А с учетом, что оборудование подавляющего числа нужных нам заводов и фабрик распродается в Вашем времени за гроши, по цене металлолома, не будет большой неожиданностью ожидать не один и не два полноценных состава. Да даже если дело ограничится двумя, скажем – оборудованием простой фармацевтической фабрики и одного Зеленоградского завода по выпуску микросхем – уже с лихвой окупит все издержки лихорадочной эвакуации наших заводов на восток, и переплюнет похищения любого другого генерала немецкой армии.

– Лихо! – восхитился Санек.

Остальные, хотя и промолчали, но тоже были изрядно поражены простотой и изящностью идеи – выжать максимум пользы из ерунды.

– Ну а вам, – продолжил Берия. – Дается карт-бланш на привлечение к себе любых граждан СССР, находящихся на временно оккупированной территории. На ваше усмотрение. При этом, весь списочный состав базы будет автоматически проходить – как служба в органах НКВД-НКГБ со всеми вытекающими условиями и по денежному довольствию, и по льготам для родственников, оставшихся на территории СССР. Соответствующие документы вам передаст Николай Петрович. У меня пока все. Вопросы?

Все промолчали.

– Тогда у меня к вам вопрос… – Лаврентий Павлович задумался, не зная как сформулировать, потом решился. – Я слышал, у вас там телевизионные программы транслируют для наших современников и народ удивляется – как низко у вас там в будущем мораль упала. Жестокость, насилие, содомия, мракобесие. Тут и убийства в прямом эфире, и колдуны с магами, и гей-парады. Причем, даже в передачах для детей. Это что, отсутствие цензуры так сказалось? Или общая деградация общества?

– А это, Лаврентий Павлович, прямое следствие отсутствия указующей и направляющей роли партии! – ответил Фролов. – Как только иуда Горбачев и предатель Ельцин отменили коммунистическую идеологию, так и понеслось сначала прожектора перестройки, "Куклы" – где открыто высмеивали руководителей партии и правительства, а потом и вовсе широким потоком на экраны хлынула низкопробная продукция загнивающего запада. Хотя то, что я увидел в трансляциях из 21 века – даже для меня было шоком. Нужно это дело запретить! Слышишь, Александр?

– Да причем здесь партия и идеология? – встрял Саня. – Все намного сложнее.

– Ну так, сформулируй, в чем дело! – сказал Берия. – С распадом Союза мы, с помощью Николая Петровича, разберемся, а по дальнейшему капиталистическому развитию, точнее – упадку, кроме вас двоих, у нас никаких источников нет.

Саня задумался.

– С одной стороны, любое изменение привычного уклада жизни огромной страны всегда приводит к некоторому упадку морали в обществе. Ведь тоже самое было и в ваших двадцатых-тридцатых годах. Вспомните, Лаврентий Павлович, какой сумбур творился в головах большинства людей в те годы. Мы тот декаданс только по стихам тогдашних поэтов знаем. Даже великие Блок, Маяковский, Есенин – засветились, что уж говорить про простых людей. А Вы, как современник, все это видели своими глазами. А с другой стороны, у нас, в конце 20-го века, на этот упадок, наложилась прямая атака запада. Которая так и продолжается до сих пор.

– Так, вот с этого момента попродробнее. – вставил Берия.

Саня задумался, неосознанно вытащил из пачки сигарету, покрутил ее в руке и так и не закурив, начал отвечать.

– На западе с конца восьмидесятых в серьез полагают, что часть планеты перенаселена. По крайней мере, все ведущие "цивилизованные страны" этим основательно озаботились. Природные ресурсы подходят к концу, в небе огромные дыры, в море плавают помойки из пластика и нефтепродуктов, то есть, "золотому миллиарду" стало не хватать жизненного пространства и привычного уровня.

– Что такое "золотой миллиард"? – спросил Берия.

– Население ведущих стран, точнее, расово белое население США и Европы, за исключением России. – ответил Фролов за Саню. – Я про это в своих заметках еще не успел написать, считая второстепенной деталью.

– Так вот, западные эксперты приходят в выводу, что население планеты не мешало бы проредить. Иначе "золотой миллиард" в течение нескольких десятилетий столкнется с проблемами, которые разрешить будет невозможно. Тут помогла бы большая война, но в свете новейших видов оружия прилететь может и своим, а с помощью традиционных способов – много не убьешь. Максимум миллион, при всем желании – два. Это для них крайне мало! Не помешала б какая-нибудь зараза, невиданная чума, но ее быстро развезут по миру, и опять пострадает собственное население – ради которого все и затевалось. Тут нужен какой-то иной способ, пусть более длительный. Ведь время пока терпит. И в свете этого было придумано так называемое "планирование семьи". В Китае эту тему довели до логического завершения: закон приняли, одна семья – один ребенок. Другие страны, в первую очередь Индия и Африканские