Стрелочники истории - Вячеслав Александрович Алексеев

– Гиспанские? Гэта де такие? – удивился стражник.

– Там, где солнце заходит. – Серега показал рукой. – На самом краю земли.

– Латины це ромеи?

– Латины, в смысле, католики. От католиков идем

– А дом то ваш де?

– В Москве.

– В Москве? Яки такой Москве?

К начальнику подошел еще один стражник, прислушивавшийся к разговору.

– Есть такая веска, – кивнул он. – Недалече от Коломны. На Москва-раце.

– Так пешшу и идеце? От самаго краю святла? – продолжил допрос начальник стражи.

– Где как. По морю плыли, по рекам плыли. Нам же все время на восход солнца надо, да тут реки в нужном направлении кончились. Вот и пришлось пешком немного пройти. А сейчас может кого из купцов сговорим, по Тверце опять поплывем.

– Зразумел. За товары для продаж мыту платить треба.

– Мы ж не купцы. И товаров никаких нету.

– Проходьте, тады. Але кали на базаре злавлю…

– Что, и купить ничего нельзя?

– Не, куплять можна. Продаваць без мыты нельза.

– Ну, бывай, витязь.

– Что-то эти ворота мне показались хлипкими. Вал игрушечный и ров мелкий. Пара выстрелов и проход, считай, открыт. – резюмировал Серега свой взгляд на городские ворота. – Вот улочки узкие, это да. Танки тут, может, и протиснутся, но развернуться не смогут.

Улица, по которой шли разведчики, действительно была узковата. Ширина порой не превышала 3-4 метров, к тому же она то и дело петляла. Справа и слева тянулись высокие то ли заборы, то ли глухие, без окон и дверей, стены хозяйственных построек, а может и жилых домов. Непонятно, где кончался один двор и начинался второй. Прохожие, которых немало сновало по улице, старались демонстративно не замечать незнакомцев, хотя троица постоянно ловила любопытные взгляды исподтишка. Улица внезапно кончилась небольшой площадью и еще одной крепостью – кремлем. Вот он был не меньше московского километр или полтора в окружности, и укреплен не в пример лучше городской черты. Тут и стены повыше, и вал покруче, и ров с бегущей водой.

– Так до того, значит, и не город был, а пригород? – удивился Серега. Смотрел карту перед походом. Торжок с одной стороны прикрыт Тверцой, с другой его притоком – ручьем Здоровец. Если в этой канаве течет Здоровец, за ним и есть Торжок.

– Не, – поправил его Максим. – Это мы стоим в Торжке, а там, в кремле город Новый Торг. Мне так один местный объяснял, еще там, на лесоповале. Там правит князь, а тут новгородский посадник. И они постоянно цапаются между собой.

– Да, сюда так просто на танке не въедешь. Даже если обвалить выстрелом берега канавы, все равно вода размоет и танк застрянет. Пойдем с другой стороны посмотрим. И потом, где тут базар то?

– Базар должен быть где-то у реки. – предположил Максим.

От площади у кремля в разные стороны расходилось шесть улиц. Троица направилась по той, что вела к реке и действительно вышла к торжищу. Тут было все – и большие магазины, и мелкие лавки, и разносчики, и мастерские кузнечные, портняжные, шорные. Тут же причалы, лабазы, снующие туда-сюда грузчики с мешками на плечах. Чуть дальше – блеют овцы, мычат коровы, визжат свиньи.

– Теперь понятны наши непонятки. – сказал Серега. – Мы через черный ход зашли. Ну, а куда еще может вести дорога из безлюдного леса? С этого направления только свои же жители дрова возят, да сено. Зачем там магазины строить? А парадный вход для покупателей – вот он.

Прошлись по рядам. Каждый продавец тут же показывал свой товар, кое-кто хватал за одежду, стараясь затащить в лавку. В оружейном ряду Серега не удержался и позволил увлечь себя внутрь. Максим с Лешей зашли вслед за ним. Продавец начал демонстрировать мечи, ножи, кольчуги. Островерхие шлемы попытался напялить на голову Максиму и Леше, сняв с них кепи. Максим не дался, а Леша с удовольствием напялил шлем и осмотрелся в поисках зеркала. Серега усмехнулся и достал карманное.

– На, смотрись, лыцарь!

Леша поглядел на себя и остался доволен. А продавец попросил показать зеркальце. Четкость изображения и прозрачность поразили его. Продавец предложил сменять зеркальце на любой товар из его лавки. И можно даже не один, а несколько. Но Максим покачал головой:

– У тебя нет достойного товара. Смотри! – с этими словами он вынул свой нож и острием провел глубокую царапину на клинке первого попавшегося меча. Видишь? А мой нож даже не затупился!

А продавец теперь заинтересовался ножом. Осмотрел, пощелкал ногтем по клинку, слушая звук. Вернул со словами:

– Да, вельми доброе железо. Могу дать у обмен узористый. Железо горая, зато з каменьями самоцветными.

И действительно, рукоятка ножа была вся усыпана мелким бисером и крупными округлыми голубыми прозрачными камнями – кабошонами. Камешки складывались в незатейливый геометрический узор, а на полированном клинке тот же узор продолжала золотая филигрань.

– Похоже на сапфиры, только не ограненные. – заметил Максим, рассматривая рукоятку ножа.

– Ты откуда знаешь? – удивился Серега.

– Учили. Мы ж, пограничники, не только шпионов должны ловить, но и контрабандистов. Потому про камешки, серебро-золото, про монеты разные нам рассказывали и показывали. В том числе – как отличить драгоценный камень от стекла или обычного булыжника.

– Даже не знаю. Вещь красивая, дорогая, но совершенно бесполезная. Если только на стенку повесить и любоваться. Но у меня пока и стенки своей нету.

– Бери. – развеял сомнения Максим. – Вернемся на базу, себе новый ножик подберешь. А этот для подарка кому-нибудь – самое то. Или, давай я возьму.

– Разве что в подарок… Как говорил один умный человек – подарок должен быть очень дорогим и совершенно бесполезным, чтоб использовать не могли и выкинуть жалко – тогда он долго храниться будет. Уговорил, беру. Будем меняться. Ножны к ножу прилагаются? Я свой с ножнами отдаю.

Судя по кислой физиономии продавца, ножны тоже были изукрашены камешками и золотым тиснением, но их то продавец хотел зажилить. Он еще раз взял в руки нож, оцарапал пару клинков из своих ножей, задумался.

– Эх, темнота! – Серега решил сломить продавца.

Отобрав свой нож, вытащил из кармана лимонку и переложил ее в другой, а затем вынул небольшой гвоздь семидесятку, положил его на деревянный чурбан, придавил лезвием, ударил сверху лежавшей на прилавке палицей. Гвоздь, толщиной 3 мм, развалился на две части, причем одна половинка улетела куда-то вглубь лавки. После показал продавцу лезвие – ни зазубрин, ни вмятин. Отдал и вторую половинку гвоздя, чтоб тот убедился