Алхимики - Владимир Петрович Батаев

— Лис! Прекрати! Мне нужна магия! Сейчас! Твоя!

Даниэлла перекатилась через Лиса и поднялась, вновь хватая обугленную палку.

Рейнард, ничего не понимая, уставился на обнажённую спину. Изо всех сил стараясь удерживать взгляд не ниже поясницы. И всё еще ровным счётом ничего не понимая.

Даниэлла снова принялась чертить символы, на этот раз прямо у меховой кромки. И только Лис собрался вновь попытать судьбу и выяснить, в чем причина такого странного поведения, как истошный вопль пронзил пространство.

— Вот же дрянь, — застонал Рейнард, зажимая ладонями уши. Ему показалось, что еще немного и барабанные перепонки лопнут.

— Магия, Лис! Сейчас!

Рейнард кое-как дотянулся до девушки и схватил её за руку, щедро делясь магической энергией. Символы на полу тут же налились огнем и ярко вспыхнули. Пламя взметнулось до потолка и тут же осело. А знаки на полу заалели на несколько ударов сердца и погасли, будто бы впитались в пол.

Вой на улице повторился. Но давление на уши будто бы уменьшилось. Или это Лис успел привыкнуть к инородному звуку? И что это был за звук?

— Что за дрянь? — потирая правое ухо поинтересовался Лис.

— Демон, — напряженно вглядываясь вперёд, ответила девушка.

— Де… кто? — не понял Лис.

— Демон. Вероятно, местный. Или тот, кто захватил эти земли. Сейчас узнаем, — не оборачиваясь ответила Даниэлла.

— А, ну ясно, — кивнул Лис. — В смысле, сейчас?

В ответ на его вопрос дверь слетела с петель. И новая волна визга вместе со снежной бурей влетела в их теплый, уютный домик.

Глава 38

— Чудище! — прохрипел Лис, отплевываясь от снега.

— Странно это слышать от охотника за частями всяких чудищ! — напряженно проговорила Даниэлла.

Уже какое-то время она с трудом удерживала монстра у входа, не давая ему прорваться внутрь комнаты. И на этот раз не могла не согласиться с Лисом. Демон действительно выглядел как та ещё образина. Огромный, льдисто-шипастый, окружённый стайкой снежных вихрей, он стоял в дверном проёме и молотил ледяными ручищами по стене. Там, куда попадали ледяные кулаки, тут же образовывался уже знакомый парочке матовый панцирь.

— Это он заморозил всё здесь, — прокричала девушка, стараясь перекричать вой монстра. Тот, словно соглашаясь с её словами, взревел ещё громче.

— Да что ж так выть, то, — Лис снова зажал уши руками.

— Я не смогу его долго удерживать. Он слишком силён, твоего магического резерва не хватит, чтобы одолеть его.

— О! Прекрасно! И тогда он прорвется внутрь. И сожрёт нас? Или сделает сосульками и будет долго рассасывать, как…

— Идиот, — не смогла сдержать усмешки Даниэлла, едва представив картину, нарисованную Лисом.

Монстр снова взревел, и волна силы качнула девушку назад. Лис тут же подскочил, вставая за спиной.

— Надеюсь, у тебя есть план, кудряшка! — он тоже чувствовал, что поток магической силы скоро иссякнет. И тогда им обоим явно придется не сладко.

Даниэлла не ответила. Раскинула руки в стороны и снова затараторила непонятные слова на странном языке. Лис поначалу пытался вслушиваться, но вскоре понял, какое это бесполезное занятие. Слушать демона и то было понятнее. В завываниях монстра слышалась хоть какая-то логика.

— У-у-ы-ы-ы, — порыв ветра из ледяного горла врывался в комнату.

— Пу-у-у-у, — вслед за ветром снежное крошево разлеталось во все стороны.

— Ти-и-и-и, — временное затишье перед следующим порывом.

— У-ы-ы-ы… пу-у-у-у… ти-и-и-и…

В какой-то момент Лис понял, что мысленно повторяет вслед за монстром.

— Кудряшка! Оно говорящее! — радостно вскричал Лис.

— Defendere fortiter au… Что? — Даниэлла прервала чтение формулы, и демон взревел с новой силой.

— Слушай! Внимательно! Слышишь? — Лис, покачнувшись, ткнул в сторону входа. — Уыпути, выпусти, слышишь? Он хочет, чтобы мы его выпустили!

Вместо того, чтобы последовать совету Лиса, Даниэлла вскрикнула:

— Лис! У тебя кровь! — девушка качнулась к Лису, и защитный контур тут же заискрил.

— Неважно. Потом. Он хочет нам что-то сказать, понимаешь? Не сожрет нас, по крайней мере, сразу. Ты можешь понять, что ему от нас нужно?

Из носа Лиса к подбородку стекала струйка крови. Даниэлла не выдержала и шагнула к Рейнарду, вытирая кровь с лица. Созданный впопыхах силовой барьер затрещал. Знаки на полу вспыхнули, и новый вой тут же заложил уши.

— Хватит! Ты не выдержишь! Брось!

Даниэлла попыталась разорвать магический канал, что создал Лис. Но вместо этого новая волна магии — в несколько раз мощнее и дольше предыдущей нахлынула на неё. А в следующий миг Лис рухнул на пол, словно его кто-то подбил под ноги.

— Рейнард! — девушка кинулась было к нему.

На посеревшем лице Лиса застыло такое довольное выражение:

— Держись, кудряшка! Я сейчас передохну и встану!

Глаза Рейнарда закатились, и он отключился.

Даниэллу обуяла такая злость, что она была готова голыми руками разорвать это льдистое чудище, что спутало все их планы. Вобрав всю силу, что отдал Лис, девушка зачерпнула согревающего зелья из котелка, стоящего рядом, и медленно развернулась. В глазах демона вспыхнул синий огонь. Точно такой же отразился в глазах Даниэллы.

— А теперь мы поговорим, — недобро протянула Даниэлла. Демон взревел и кинулся вперед, ломая сырые доски в полу. Девушка вскинула руку. Комнату озарила бледно-синяя вспышка. И глухой, утробный голос, усиленный магией, загремел в пространстве:

— Diffugere nives, flumina praetereunt, mutat terra vices, — огненный хлыст вырвался из ладони алхимички.

— Diffugere nives, flumina praetereunt, mutat terra vices — сломанные доски рванули вверх, окружив монстра дощатой стеной.

— Diffugere nives, flumina praetereunt, mutat terra vices, — демон забился в стороны, пытаясь разломать неожиданную преграду.

Но голос всё гремел и гремел в комнате, заглушая вой ветра и снежных вихрей.

Найди сильное место врага. Источник его энергии. Найди и создай противовес. Двигайся в эту сторону, и найдешь точку слабости. И когда отыщешь её — направь туда всю свою мощь. Всю ярость и боль. Лишь в этот миг демон признает тебя. Лишь тогда повинуется.

Слова мёртвого нынче графа всплывали в голове сами собой. Многочисленные уроки, часы, проведённые в катакомбах на тренировках, не прошли даром. Сейчас Даниэлла действовала больше на рефлексах. Перед ней был ледяной демон, повелитель холода и снега. Значит, противовесом мог быть только огонь. Согревающее зелье и собственная ярость стали прекрасным источником истинного пламени, из которого Даниэлла трансформировала цепь. Едва пылающие звенья коснулись монстра, тот взревел. Попытался вырваться, разорвать ручищами цепь. Но вместо этого символы на полу вспыхнули алым цветом, и такие же пылающие кандалы защелкнулись на руках.

— Га-ди-на, — проревел демон, и Даниэлла не сдержала усмешки, продолжая читать формулу.

Сейчас нельзя было останавливаться. Нельзя было поддаваться на уговоры и