Моя фиалковая ведьма - Марина Адлер

с таким облегчением, что на глаза навернулись слезы, а сердце с силой ударилось в груди, возобновляя на секунду замерший ритм. Эрбос сидел на широкой кровати совершенно один, повернувшись ко мне спиной, и что-то вертел в руках. Я на всякий случай оглядела всю комнату, после чего окончательно поверила, что больше в ней никого не было.

Спальня выглядела, как и большинство комнат в хороших домах Санктоса: зеленые тона ковра, покрывала на кровати и обои хорошо оттенялись коричневыми полами и темным деревом мебели. Посреди этого красивого убранства находился и Эрбос. Плечи его были ссутулены, а локти упирались в колени. В эту самую секунду, казалось, одиночество, витавшее в воздухе, можно пощупать, оно сгущало пространство. Ощутить на вкус горькие зерна душевной боли тоже не составило бы труда. Я сделала шаг, не выдержав расстояния между нами, и пол под моей ногой тихо скрипнул.

Я еще не успела поднять глаз, а Эрбос, подобно темному вихрю, в одно мгновение оказался рядом, преодолев половину комнаты почти незаметно. Казалось, он ждал нападения, ведь зеленые глаза смотрели на меня слишком сурово. Я не до конца знала обо всех способностях фейцев, но то, что такая скорость движений была редкостью, поняла сразу. Однако в эту самую минуту меня совсем это не волновало.

– Что ты тут делаешь? – недоуменно спросил он, поняв, что перед ним стою действительно я.

– Этот же вопрос хочу задать и тебе. Я думала, что с тобой что-то случилось, а ты просто отсиживаешься в чужом доме.

Мимика фейца резко смягчилась, уголок рта дернулся в подобии улыбки, которую можно было бы и не заметить вовсе, не смотри я на него так внимательно.

– С каких пор ты стала переживать за меня, дорогая жена? Кажется, кое-кто заверял, что чувств мне от нее не получить.

Я отвела глаза, подбирая ответ и пряча растерянность.

– Мне в равной степени важны все, кто меня окружает. Я почти могу переживать даже за Йена, если хочешь знать.

Тихий мужской смех разрезал тишину пространства.

– Я передам Йену твои слова. Уверен, он будет растроган и даже пустит скупую слезу.

Феец старался развеять тяжелую атмосферу, еще совсем недавно обитающую в этой комнате, но я быстро поняла его замысел и задала вопрос, на который ответ мне уже практически не требовался. Лишь подтверждение догадки.

– Чей это дом, Эрбос?

Мужчина пристально на меня посмотрел, а затем развернулся и медленно прошествовал к большому окну, спрятав руки в карманы черных брюк. Я осталась стоять на месте у входа, словно ноги налились свинцом. Красивый, бархатистый тембр голоса стал спокойно повествовать о событиях прошлого:

– Это наш с Авалардом дом. В нем мы выросли и многое пережили. Моя мать была простой человеческой женщиной из хорошей семьи, которую родители были вынуждены отдать чистокровному фейцу. Вскоре они поженились. Знакомая ситуация, не так ли?

Ухмыльнувшись, Эрбос ненадолго обернулся ко мне. Я молчала, боясь даже пошевелиться, чтобы ненароком не спугнуть его порыв откровенности. И он продолжил свой рассказ:

– Только вот в то время это считалось еще более страшным приговором, чем сейчас. Ведь, если даже полукровки обладают столь мощной магией, силу и влияние чистокровных просто сложно представить. И первое время все у них было достаточно хорошо, так, по крайней мере, говорила мне мама. Ситуация поменялась, когда власть Градоса стала крепнуть. Самоназванный король уже начал строить планы, как остаться в мире людей и упиваться своей властью здесь, ведь разрушительная война между народами бильвизи и фейри практически подошла к концу. Те же, кто был вынужден спасаться в человеческом мире, по приказу своего фейского правителя должны были вскоре вернуться обратно, в мир холмов.

Мне на ум сразу пришли строки из книги, которые я успела прочесть:

«Мир фейри для людей привлекателен настолько же, как и опасен. И дело не только в фейцах, которые запретили появляться в землях Королевства Мидер любому человеку, будь он даже полукровным фейцем. В Мидере, Королевстве, где правит истинный фейский король, началось длительное опасное противостояние с древним древесным народом. И если изначально фейри не воспринимали бильвизи всерьез, ссылаясь на их скудный интеллект и природную жестокость, то когда твари собрали непомерную армию и напали на их земли, ущерб, нанесенный высшим существам магического мира, оказался настолько велик, что часть фейцев, имеющих детей и жен на сносях, отправлялись целыми семьями в безопасное место.

Местом этим стал мир людей. Конечно, не только семьи с детьми нашли убежище среди низших созданий, отток трусов и подлецов, желающих спасти свою шкуру от участия в противостоянии с отвратительным древесным народом, стал неимоверно велик. Пока в мире волшебства царили хаос и насилие, порожденные нападением бильвизи, мир людей задыхался от наплыва сильных магических существ, взявших власть над более слабыми. А третий и младший сын истинного фейского короля, Градос Сактин, самый бесчестный из принцев, отбыл в мир людей, а затем занял человеческий трон Королевства Нортс, узрев в этом свое непосредственное предназначение».

Пока мои воспоминания смешивались со словами Эрбоса, образуя полную и ясную картину, мой муж продолжал говорить, монотонно излагая события его прошлого.

– Мой отец был изначально приставлен королем следить за нерадивым принцем Градосом и пытался убедить его вернуться назад в магические земли, но тот и слышать об этом не желал. Градос унижал моего отца и заставлял делать ужасные вещи. А отец, в свою очередь, ожесточился и взрастил такую злобу внутри, что стал срывать ее на нашей с Авалардом матери. Он бил ее. Нет. Избивал. Калечил, не исцеляя потом ее страшных ран, оставляя мучиться. В какой-то момент ее тело, лишенное иллюзии фейри, стало напоминать сплошную историю пыток… – Эрбос замолчал и склонил голову ниже, собираясь с мыслями. Было видно, как тяжело ему рассказывать об ужасающих событиях прошлого. – Прожив долгую жизнь, уже сейчас могу сказать, что не видел никогда человека, который сумел бы выдержать подобное. А пытать мне приходилось многих, уж поверь…

– Что с ней стало? – хрипло спросила я. Голос совсем сел от переживаний.

– Она носила третьего ребенка, когда пришел день отбытия моего чистокровного отца в мир фейри. Градос дал выбор чистокровным фейцам – либо они остаются, либо уходят навсегда, ведь врата в мир фейри он собирался разрушить, чтобы отец и правитель Мидера лично не явился по его душу. Больше никто из фейри не смог бы пройти сквозь проходы между мирами. Он очень хитро это организовал. И конечно, чистокровные, у многих из которых появились даже дети от союза с людьми, бросили