Не триумфатор - Артем Каменистый

ведь мои Игнорирования против него и трёх секунд не продержатся, а поставить стихийный щит под непрекращающимся уроном не получится, не настолько я с защитными навыками освоился.

Да и толку от него? При всей специфичности такого оружия, как удавка, она почти идеальна для неожиданного убийства много о себе возомнивших альф.

Краем глаза я видел, как Бяка, что-то вереща про страшное зло, отчаянно отбивается сразу от нескольких тёмных фигур, пытаясь ни одну из них не подпустить ко мне.

Увы, и одной той, что уже возле меня, более чем достаточно, чтобы начинать волноваться. Я попытался извернуться и достать душителя ударом локтя, но тот своё дело знал хорошо, врезать не получилось.

Последнее Игнорирование перезарядилось. Всё — дальше придётся ждать откат.

Срабатывание.

Защита отключилась.

Нить рванула к шее, разрезая кожу и мясо с той же лёгкостью, с какой это делает Жнец. И вдруг резко остановилась, вновь натянувшись. «Алмазная кость» оправдала вложенный в неё мешок трофеев, не пропустила орудие бесшумного убийства дальше.

Но это ненадолго, ведь даже она поддавалась. Не знаю, из чего эта удавка сделана, не удивлюсь, если это древний артефакт с рунными технологиями. Секунда, две или три, вряд ли больше, и нить, оставив меня без левого предплечья, дотянется до шеи. А под рукой нет ничего, что может мне сейчас помочь.

Интуиция

Идиот! Жнец!

Точно! Только сонливостью вперемешку с глупостью можно объяснить то, что я забыл о Скрытом вместилище.

Миг, и в ладонь легла рукоять рунного оружия. Крутануть его пришлось без заминок, тут же, не теряя ни мгновения. Острие при этом чиркнуло по бедру, развалив мясо почти до сустава, но я на это даже не поморщился.

Лёгкое движение кистью, и за спиной кто-то взвизгнул, а давление между лопаток исчезло.

Тут же подавшись назад, я снова повёл кистью с таким расчётом, чтобы острие Жнеца прошло снизу вверх как можно дальше.

Визг сменился хрипом, что-то мокрое шлёпнуло меня по ногам, в нос ударила тёплая волна того особого смрада, который ощущается, когда из распоротого брюха вываливаются внутренности.

Скрежеща зубами, я сбросил с почти перепиленной руки выпущенную несостоявшимся убийцей удавку и бросился к Бяке. Того как раз сбили с ног, и он, крутясь по полу взбесившимся волчком, ухитрялся избегать ударов и даже пытался давать сдачу кинжалом. Причём одного нападающего уже подрезал, тот, подвывая, отползал к стене шатра, подволакивая ноги. Судя по тому, что я вижу, их основательно рассекли под коленями.

Налетев на первого из двух нападавших, что ещё сражались, я небрежно принял удар на Игнорирование и в ответ чиркнул Жнецом по шее. Противник в этот момент удачно подался вперёд и почти лишился головы, та запрокинулась назад, повиснув на остатках кожи и мяса.

Этот точно больше в драку не полезет.

Обернувшись ко второму, услышал резкий звук срабатывания спускового механизма и увидел, как что-то неуловимо стремительное пролетело сквозь голову ночного убийцы, выбив из черепа осколки костей и кровавые ошмётки мозга.

Гуинплен, окровавленный с ног до головы, злобно скалясь, разрядил оружие прямо с порога, отбросил арбалет, неправдоподобно длинным прыжком преодолел половину шатра и обрушился на последнего живого убийцу. Того самого, у которого связки под коленями пострадали. Покалеченный как раз пытался отбиться от Бяки, то и дело вскрикивая от ударов кинжалами, которыми тот осыпал его и без того пострадавшие ноги, и короткий меч стрелка попытался отбить особенно громким криком.

Естественно, безуспешно.

— Болваны! Живьём надо было брать! — рявкнул я.

Наивно оглянулся на душителя, что оставался у входа в мой «спальный закуток».

Ох и зрелище…

Лучше бы не смотрел, этот точно нам ничего не расскажет. Разве что поднять его по-быстрому некромантией и допросить в мёртвом виде. Но стоит ли оно того? Ночной старец снова взбесится, устроит мне дикий штраф за тёмные дела, а я сейчас в отрыве от Запретной пустыни, и сгладить последствия за счёт особых очков заслуг не получится.

К тому же характерные чёрные одеяния намекают на принадлежность к известной в Раве преступной организации. Печально известной. Эдакий орден тайных убийц, с которыми и мне и Кими доводилось сталкиваться.

Опять за нас взялись? А ведь мне казалось, что хотя бы с их стороны подвоха уже можно не ждать.

Снаружи шумел переполошенный лагерь и слышался торопливый топот многих ног.

В шатёр ворвался Камай. Глаза дикие, вращаются во все стороны, в руках длинный меч для кавалерийской рубки. Вид не сонный, но вот доспехов нет, как и большей части гардероба.

Говоря проще, идзумо примчался в подштанниках.

Да ещё и босиком.

Впрочем, я одет немногим лучше.

— Господин! Вы ранены! Лекаря!!!

— Да помолчи ты! Я сам себе лекарь, причём лучший в лагере.

— Господин, что здесь произошло⁈

— О! Вот это прекрасный вопрос! Произошло то, что мимо твоей охраны прошли убийцы. Вон они. Раз, два, три, четыре. Как по мне, довольно много посторонних без приглашения завились и даже не представились. Ну и что самое скверное, когда они начали меня убивать, на помощь примчался лишь мистер обаятельная улыбка. Бяку я не считаю, он и так был здесь с самого начала.

Камай обернулся к бойцам, толпившимся за его спиной:

— Где эти вонючие покойники, которые охраняли сон господина⁈

— Они здесь! — несмело крикнули снаружи. — Все четверо возле поилки. И да, они покойники. Все мёртвые.

Идзумо спал с лица и, бухнувшись на колени, припал головой к полу:

— Убейте меня, господин! Прошу вас, убейте прямо сейчас!

— А ну бегом вскочил и разобрался, что тут произошло! — рявкнул я. — Бегом тебе сказано!

Спустя несколько минут, смыв кровь с наскоро подлеченных ран и одевшись, как подобает, я выбрался из шатра и, остановившись перед многолюдным «консилиумом», что на корточках изучал тела вырезанных дружинников, покачал головой:

— Надо же… четыре охранника и четыре убийцы. Они будто знали, сколько человек посылать.

— Пять, — угрюмо произнёс Камай. — Господин, убийц было пятеро.

— В шатре лишь четверо.

— Да, господин. Пятый не в шатре. Его вон там Гуинплен прирезал. Ох, простите! Не прирезал. Он его загрыз.

Я вспомнил, что наш «красавчик» был залит кровью с ног до головы, когда ворвался в шатёр. На багровом лице лишь белки глаз да зубы в оскале просматривались.

Теперь понятно, где он так изгваздался.

Кими, скользнув мимо меня в шатёр, тут же доложила:

— Гед, одежды похожие, но это не гильдия.

— Уверена?