Жизнь, которой не было. Том 7 - Денис Палимов

в этом лабиринте. Но, найдя двухметрового толстого тёмно-рыжего лиса, который с упоением отрывал голову какому-то похожему на кролика существу, она потеряла не то что желание двигаться куда-то, но и желание жить. Поэтому просто вернулась обратно, забившись поглубже в один из больших ящиков. В итоге день летел за днём, но так ничего и не менялось.

Девушка изначально была очень пугливой и замкнутой. Друзей не было, родителей тоже. Она жила с тётей, которая не обращала на неё никакого внимания. Поэтому единственным развлечением для неё была алхимия.

Когда Микелла впервые создала зелье регенерации самостоятельно, то была счастлива просто до безумия. Конечно, поделиться этим было не с кем, но преподаватель оценил её успех. Гением девушка себя назвать не могла, особенно если сравнивать с Зерди Энертилией, у которой, казалось, получалось всё до ужаса легко. Но, когда элитная студентка перешла на последний курс, Микелла стала считаться лучшей студенткой на специальности «алхимия».

Микелла гордилась собой, но счастье было недолгим. Как только она узнала, что придётся отправиться на «магинум», то сразу же хотела отказаться. Но в этом случае пришлось бы отказаться и от звания элитного студента. А если в дальнейшем она будет пытаться связать свою жизнь с алхимией, это было бы отличным способом показать себя с лучшей стороны. Особенно если знать, как люди относятся к выходцам из простолюдинов. Пусть Микелла и была дочерью виконта, но после смерти родителей поместье перешло её дяде, титул ей не полагался, так что в итоге девушка была ничем не лучше простолюдина. Разве что жила в хорошем доме, но тётя уже сказала, что после окончания академии, она должна будет либо уйти, либо выйти замуж. На севере не слишком-то любили все эти зелья и эликсиры, а рыцарем быть девушка определённо не хотела. Так что, решив связать свою жизнь с алхимией, ей требовалось показать себя с выгодной стороны уже сейчас.

Попытка подружиться с кем-то из аристократов ни к чему не привела. Пусть у Микеллы и получилось первой заговорить с Фертисом, но парень одним лишь взглядом уничтожил в ней всю оставшуюся смелость. В тот момент она решила, что даже поднимать взгляд на представителей великих семей не будет. Кто его знает, что они могут с ней сделать. Поэтому изо дня в день девушка просто продолжала изучать алхимию, когда появлялась свободная минутка.

Даже когда Эдиус Мельдия попытался с ней заговорить, она лишь затаила дыхание. Ей было не ясно, чего этот парень от неё хочет. От общения с ней никакой выгоды не было. Да и он был в хороших отношениях с императорской принцессой. Неизвестно, что произойдёт, если каким-то образом расстроить такого человека. Мало того, что её саму могут казнить, так ещё и дядя с тётей тоже вполне могут пострадать. Поэтому, когда этот парень отошёл в сторону — она выдохнула, а уверенность в том, что общаться с подобными людьми точно не стоит, только укрепилась. Но всё неожиданно изменилось, когда с ней вдруг заговорил Ритс.

Этот парень молчал практически всё время. Лишь изредка она слышала, как он перекидывался парой фраз с окружающими. В основном со своим братом. Но неожиданно он подошёл к ней, поставил на землю странную бело-чёрную доску с непонятными фигурами, после чего произнёс:

— Сейчас я научу тебя играть в шахматы.

Этот парень буквально поставил её перед фактом, даже не дав возможности отказаться. Ей оставалось лишь кивнуть, хотя уже подступали слёзы. Девушка не понимала, чего стоит ожидать. Как и не понимала, что вообще такое шахматы. Но с каждой минутой эта игра становилась чуть ли не интереснее, чем алхимия.

Первые дни она только и делала, что проигрывала. Да и победить Ритса девушка даже не пыталась. Кто его знает, что может произойти, если выиграть у члена семьи герцога. Но с каждой новой партией желание победы росло всё больше и больше. И когда молчаливый парень, сидящий напротив, вдруг зевнул, будто ему было скучно играть против неё, Микелла впервые за долгое время почувствовала не страх, а раздражение.

После этого она, неожиданно для самой себя, выиграла у Ритса. Да и эмоции, которые девчонка испытала в тот момент, были в новинку. Микелла даже закричала от радости. Хотя и мгновенно замолчала, ведь поняла, что теперь ей могут отомстить. Но вместо злости или раздражённости она увидела на лице своего противника лишь грусть. После чего парень тут же расставил шахматы по местам и приступил к новой партии.

Эта странная игра с каждым днём затягивала всё больше, а количество побед с каждым разом всё увеличивалось. Микелла уже даже прекратила практиковаться в алхимии, и теперь в любую свободную минуту сидела за шахматной доской. Даже когда Ритс спал или занимался чем-то другим, она лишь двигала фигуры.

Поэтому в момент, когда телепорт перенес девушку сюда, шахматная доска находилась в её рюкзаке. И вот уже больше месяца Микелла продолжала играть сама с собой. Она поняла, что уходить от этого места, в котором были и укрытие, и провизия, смысла не было. Так что просто смирилась с тем, что придётся ждать, когда кто-нибудь её найдёт. Хотя и надеялась, что это будет именно Ритс.

«Хочу показать ему, насколько я стала лучше играть», — подумала Микелла, улыбнувшись и совершив рокировку.

* * *

Мне казалось, что с появлением Эстер, можно будет наконец-то наговориться вдоволь, рассказать, чем вообще занимался весь последний месяц. Уж что-что, а слушала она всегда с интересом. Но в итоге весь день я слушал именно её. Девушка не замолкала даже на минуту. Впервые в жизни я видел Эстер настолько разговорчивой. Я даже растерялся от подобного преображения.

— И вот этот шипастый ублюдок неожиданно выпустил из-за угла в меня свою иглу. Ну а дальше… Эй, Эдиус, ты слушаешь? — нахмурилась Эстер, схватив меня за руку.

— Да-да, шипастый ублюдок неожиданно напал, я всё слышу, — покачал я головой, хотя на самом деле действительно последний час уже как-то фильтровал её бесконечный рассказ. Так-то, конечно, мне нравилось подолгу разговаривать, но весь день слушать мельчайшие подробности о всяких сражениях было слегка скучновато. Хотя, если честно, не слегка. Ну и мне даже слово вставить не давали.

— А выглядишь не слишком довольным, — фыркнула девушка-рыцарь. — Неужели совсем не волновался о нашей группе? Или это ты обо мне совсем не беспокоишься?

И правда Эстер немного странная, непохожая на себя. Отчуждение окончательно отошло на второй план. Сейчас она смахивает на обычную девчонку, которой нравится трепаться языком обо всём на свете. Неужели