Это потому что я чёрный? - AI Caesar

Обойдя шумный зал по широкой дуге, лже-Фендал оказался у приоткрытой двери, ведущей в дальнюю, полузакрытую комнату для особо важных гостей. Оттуда тянуло дорогим сиродильским табаком, крепким коньяком, но главное — из-за створки раздавался характерный, ни с чем не сравнимый сухой стук игральных костей о деревянную столешницу.

Эльф осторожно заглянул в щель, продолжая активно жевать остатки рулета и глуповато хлопать ресницами. За круглым столом, буквально заваленным стопками золотых септимов и долговыми векселями, собралась крайне перспективная публика. Тучный имперский торговец в расшитом золотыми нитями камзоле азартно тряс кожаный стаканчик, ругаясь на просевшую удачу. Напротив него сидел загорелый капитан крупного торгового судна, небрежно поигрывая тяжелым перстнем, а компанию им составляла парочка молодых, скучающих местных дворян в дорогих шелках, которым явно было совершенно некуда девать отцовские деньги.

Цель была найдена. Нацепив на лицо маску абсолютной, щенячьей подобострастности, босмер засеменил обратно к столику своей строгой госпожи.

— О, великая и сиятельная! — пропищал он на весь трактир, с размаху падая на колени прямо возле ее стула и делая вид, что старательно сметает несуществующие крошки с подола дорогого платья. — Этот рулет был просто божественен, сладкий как первый весенний нектар из лесов Валенвуда! А еще я тут слышал, как злые высокие эльфы в страшных черных мантиях ищут какого-то седого преступника, так и рыщут по всему городу, так и рыщут!

— Меня совершенно не интересуют грязные сплетни городской стражи, Фендал, — ледяным тоном оборвала его имперка, брезгливо отодвигая край юбки от перепачканных рук слуги. — Если ты набил свое бездонное брюхо, то немедленно отправляйся наверх чистить мои сапоги.

— Конечно, конечно, о светлейшая, всё сделаю в лучшем виде! — часто закивал попаданец, незаметно подмигнув напарнице и понизив голос до торопливого, едва слышного шепота, искусно скрытого за суетливыми публичными извинениями. — В дальней комнате идет очень крупная игра. Местные мажоры и портовые купцы швыряются золотом так, словно оно само растет у них на грядках. Это наш билет в безбедную жизнь, радость моя. Пора начинать стрижку овец.

Нереван резко сменил свою суетливую подобострастность на самую жалкую, умоляющую позу, на которую только был способен. Он сложил перепачканные грязью руки на груди, преданно заглядывая в глаза своей «госпоже».

— О, милосердная, сиятельная госпожа! — заканючил босмер так громко, чтобы его услышала добрая половина зала. — Ваша доброта воистину не знает границ! Позвольте вашему ничтожному, недостойному слуге скоротать часок-другой за костями! Всего пара жалких медяков, клянусь священными дубами Валенвуда, я только посмотрю одним глазком, брошу разок и сразу вернусь к вашим сапогам!

Рейна презрительно фыркнула, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень брезгливости. Она медленно достала из кошеля три медные монеты и небрежно, словно объедки собаке, швырнула их прямо на заплеванный пол.

— Подбери и проваливай с глаз моих, животное, — процедила имперка ледяным тоном, заставив парочку сидевших неподалеку крестьян испуганно вжать головы в плечи. — Но клянусь богами, если ты снова проиграешь свое жалованье за месяц и будешь выть у меня под дверью, я велю конюхам высечь тебя плетьми до самых костей!

Эльф радостно, почти истерично взвизгнул, проворно подобрал монетки с грязных досок и семенящими, мелкими шажками юркнул в полузакрытую дверь игровой комнаты, пока хозяйка не передумала.

Внутри стоял густой, почти осязаемый сизый туман от дорогого трубочного зелья. Как только скрипнула дверь, за круглым столом повисла тяжелая тишина. Четверо игроков с откровенным, не скрываемым недоумением уставились на сутулого, перепачканного в пыли лесного эльфа, осмелившегося нарушить их элитный досуг.

— Эй, остроухий, ты ошибся дверью, — пробасил тучный имперский торговец, сдвигая густые брови. — Кухня и помойное ведро в другой стороне, здесь играют серьезные люди.

— О, достопочтенные господа! Великие купцы и славные воины! — заверещал лже-Фендал, сгибаясь в нелепом, ломаном поклоне. — Позвольте бедному, несчастному эльфу присоединиться к вашему великолепию! У меня есть целых три монетки, а госпожа сегодня так жестока! Мои бедные мозолистые пальцы просто изнывают от тоски по гладким костям!

Капитан корабля усмехнулся, многозначительно переглянувшись с молодыми дворянами. Легкая нажива, пусть и смехотворно мелкая, всегда приятно греет душу, а возможность поиздеваться над жалким слугой — отличный способ скоротать вечер.

— Садись, лесное чучело, — снисходительно хмыкнул один из столичных аристократов, небрежно пододвигая ногой свободный табурет. — Но если начнешь вонять псиной, вылетишь в окно быстрее, чем успеешь пискнуть.

Началась игра. Попаданец трясущимися руками взял потертый кожаный стаканчик. Он тряс его нелепо, с невероятно глупыми, раздражающими приговорками, а затем неуклюже вывалил кости на зеленое сукно стола. Двойка и тройка. Смехотворный результат.

Торговец лениво, одним привычным движением кисти швырнул свой стакан — две пятерки. Первый медяк перекочевал к имперцу.

— Ой-ёй-ёй! — картинно схватился за голову бывший юрист, округлив глаза от неподдельного ужаса. — Как же так! Зеленые Боги отвернулись от Фендала в самый темный час!

Вторая раздача прошла по тому же предсказуемому сценарию. Эльф выставил на кон еще одну монету, поплевал на кости, пробормотал длинную, абсолютно бессвязную молитву и снова с треском проиграл капитанскому броску.

— Моя спина! — завыл стрелок, раскачиваясь на табурете и комично, с надрывом заламывая руки. — Она же снимет с меня шкуру заживо! Госпожа выпорет меня кнутом с железными шипами, а потом заставит жрать сырую брюкву целую неделю! О, горе моему кошельку, горе моей несчастной пояснице!

Игроки грохнули от дружного, раскатистого смеха. Напряжение за столом, висевшее до появления незваного гостя, мгновенно испарилось. Богатеи окончательно расслабились, откинувшись на спинки стульев. Этот суетливый, истеричный дурачок оказался идеальным шутом, скрасившим их рутинную партию.

— Не реви, убогий, — добродушно хохотнул капитан, пододвигая к причитающему босмеру тяжелую кружку с пенным элем. — Выпей лучше, успокой нервы, пока не обмочился от страха. Давай, ставь свою последнюю монету. Может, в этот раз повезет, а?

Местные каталы уже полностью, бесповоротно списали его со счетов. Никто из завсегдатаев, упивающихся собственным превосходством, не заметил, как за маской паникующего, жалкого неудачника скрывается холодный, расчетливый взгляд профессионального хищника. Взгляд человека, который за эти две партии успел досконально изучить вес и баланс кубиков, проверить текстуру сукна и высчитать идеальную амплитуду броска.

Капкан захлопнулся. Овцы были готовы к стрижке.

Последний медяк сиротливо звякнул о столешницу. Садрас сгреб игральные кости в стаканчик, и в этот самый миг его внутренний настрой неуловимо изменился. Внешне он оставался всё тем же сутулым, трясущимся босмером, но внутри включился безжалостный калькулятор и мышечная память элитного снайпера.

Никакой магии или дешевых фокусов с телекинезом, которые любой мало-мальски грамотный чародей спалит за секунду. Только чистая, бескомпромиссная прикладная физика. Пальцы, привыкшие чувствовать натяжение тетивы бронебойного лука с точностью до