Это потому что я чёрный? - AI Caesar

сорваться с места от любого резкого движения, медленно потянулись к корзине. Буквально через пару минут вся пятерка сорванцов оккупировала каменный парапет, яростно уплетая сдобу и размазывая по щекам липкое тесто.

— Наелись, коммерсанты? — поинтересовался попаданец, прислоняясь спиной к стене особняка. — А теперь слушайте меня внимательно, потому что за срезанные кошельки с мелочью вам рано или поздно переломают пальцы, тогда как я предлагаю работу куда более прибыльную.

Самый старший из ватаги шмыгнул носом, хотя жевать при этом не перестал.

— Какую еще работу? — буркнул карманник, исподлобья глядя на странного эльфа. — Учти, мы полы в тавернах за объедки мыть не нанимались!

— Никаких тряпок и швабр, мне нужны исключительно ваши уши, — усмехнулся бывший студент, подбрасывая на ладони мелочь. — Вы постоянно чистите каминные трубы и играете в прятки возле черных ходов особняков. Взрослые лорды совершенно вас не замечают, считая просто частью пейзажа, а потому безнаказанно болтают при вас о своих секретах.

Нереван подался вперед, понизив голос до заговорщицкого полушепота.

— Я буду платить монету за каждую историю, подслушанную у открытых окон. Меня интересует информация о карточных долгах знати или ночных визитах ростовщиков к чиновникам.

Дети переглянулись, и в глазах малолетних авантюристов зажегся огонек интереса, ведь это была работа их мечты: делать то же самое, что и всегда, но получать за это деньги вместо пинков от стражи.

— Ты серьезно будешь платить за сказки, которые болтают кухарки? — недоверчиво переспросил пацан, облизывая липкие пальцы.

— За каждую полезную сплетню даю три медяка, — пообещал лучник, пересыпая мелочь обратно в кошель. — Если же принесете тайну про людей из окружения ярла Элисиф, то получите серебряный септим вместе с новой порцией выпечки.

— По рукам, дядя! — кивнул пацан, пока ватага поддерживала его мычанием. — Завтра в это же время найдешь нас на рынке около лавки кузнеца, уж мы тебе столько интересного натаскаем!

Бывший юрист улыбнулся, понимая, что его информационная паутина начала активно плестись. Самые незаметные шпионы Солитьюда теперь работали на него, причем вербовка этой армии обошлась без единой пролитой капли крови.

Портовые кварталы Солитьюда встречали немногочисленных гостей запахом гниющей рыбы и дешевого кислого эля. Для этой вылазки Рейна благоразумно сменила роскошное платье купчихи на потертую кожаную броню, скрыв волосы под грубым суконным капюшоном. В таком виде она идеально сливалась с толпой обычных наемников, ищущих поденную работу на палубах торговых судов или в охране караванов.

Девушка уверенно шагнула в прокуренный зал таверны «Кривой оскал», которая пользовалась дурной славой даже среди местных портовых грузчиков. В дальнем темном углу она безошибочно вычислила нужную цель. Щуплый клерк Восточной Имперской Компании с покрасневшим от пьянства носом методично глушил дешевую медовуху, периодически бормоча ругательства в свою пустую кружку.

Имперка перехватила у пробегающей мимо подавальщицы кувшин крепкого пойла и бесцеремонно плюхнулась на скрипучий табурет напротив чиновника.

— Тяжелый выдался день, служивый? — поинтересовалась убийца с легкой хрипотцой в голосе, придвигая кувшин поближе к собутыльнику. — Угощаю за свой счет. По твоему лицу сразу видно, что начальство сегодня совсем заездило.

Клерк с трудом сфокусировал мутный взгляд на незваной собеседнице, однако от угощения не отказался и жадно сделал огромный глоток.

— Заездило — это даже не то слово, милая, — пожаловался конторщик, вытирая мокрые губы рукавом форменного камзола. — Эти чванливые столичные снобы сидят в Синем Дворце на бархатных подушках, пока мы тут в доках спины гнем за жалкие медяки! Налоги постоянно растут, торговые тарифы меняются каждый месяц, а вся реальная прибыль оседает в карманах лордов.

Ассасин не стала строить из себя роковую соблазнительницу или лезть к собеседнику с прямыми допросами. Она мастерски играла роль благодарного слушателя, сочувственно кивая жалобам уставшего работяги и незаметно подливая алкоголь в его кружку.

— И не говори, в столице сплошная несправедливость творится, — понимающе поддакнула шпионка, подпирая щеку рукой. — Наверняка эти благородные господа еще и пошлины в обход имперской казны платят, пока честные люди отдают сборщикам последний септим.

Чиновник пьяно хохотнул, подавшись вперед и едва не опрокинув на себя остатки выпивки.

— Пошлины? Ха! Ты бы только видела накладные лорда Бриксуса! Этот напыщенный индюк официально отвечает за списки гостей у самой ярла Элисиф, а на деле тайком провозит через наши доки контрабандное сиродильское вино. У него же карточных долгов перед местными теневыми дельцами накопилось столько, что впору закладывать собственную жену!

Рейна внутренне подобралась, услышав конкретное имя среди пьяного бреда, но внешне осталась абсолютно невозмутимой.

— Да ладно тебе заливать, — притворно усомнилась напарница Неревана, пренебрежительно отмахиваясь. — Такой важный человек во дворце, и вдруг по уши в долгах? Наверняка просто сочиняешь от обиды на свое руководство.

— Я сочиняю?! — искренне возмутился портовый работник, со стуком опустив кружку на липкую столешницу. — Да к нему вышибалы ходят выбивать деньги прямо средь бела дня! Вся портовая контора знает, что Бриксус держится на волоске от долговой тюрьмы!

Девушка едва заметно улыбнулась уголками губ и махнула трактирщику, заказывая еще один кувшин лучшей медовухи. Нужная информация сама плыла в руки, оставалось лишь аккуратно выловить ее на дне грязного трактирного кубка.

Пока Рейна спаивала портового клерка, Садрас направился в противоположную часть Солитьюда, где величественные шпили Храма Богов пронзали холодное северное небо. Широкая каменная лестница перед святилищем традиционно служила пристанищем для тех, кому столичная роскошь оказалась не по карману. Нищие и калеки плотно оккупировали мраморные ступени, прося милостыню у спешащих на службу горожан.

Данмер безошибочно определил в этой пестрой толпе нужного человека. Негласный лидер местной паперти сидел на самом козырном месте, надежно укрытом от пронизывающего ветра массивной каменной колонной. Это был сухой жилистый старик с темной повязкой на левом глазу. Его лохмотья выглядели отвратительно, однако взгляд единственного здорового глаза оставался цепким и пугающе трезвым.

Бывший юрист не стал брезгливо морщить нос или бросать монеты издалека. Парень спокойно опустился на ледяной камень прямо рядом с бродягой, выудил из-за пазухи две пузатые бутылки отличного сиродильского вина и поставил их между собой и стариком.

— Мое почтение коллегам по цеху, — непринужденно поздоровался эльф, подбросив на ладони горсть серебряных септимов. Металл издал приятный мелодичный звон.

Одноглазый неспешно перевел взгляд с серебра на выпивку, после чего внимательно посмотрел на незваного гостя.

— Хорошее вино, остроухий, — проскрипел нищий, проворно пряча бутылки под свой необъятный дырявый плащ. — Пахнет явно лучше твоих намерений. Приличные господа не садятся рядом с такой рванью ради светской беседы. Выкладывай, чего хочешь.

— Хочу купить то, чего в столице полно, но никто не умеет этим пользоваться, — хищно улыбнулся стрелок, смахнув пылинку с колена. — Ваше зрение. Вы сидите