Полдень XXI век 2002 №2 - Журнал «Полдень XXI век»

Несколько секунд он по инерции ощущал боль... затем сел, ощупывая тело: он был цел и невредим. Вспомнилось: «Чем боль отличается от других эмоций?» Какая чушь... боль — не эмоция. Эмоции суть электрические процессы в мозгу, а боль — электрические же процессы в нервных окончаниях.

С минуту Александр перебирал события минувших суток, потом встал и зашагал к линии электропередач.

Он остановил дрезину, не доехав метра до злополучной насыпи, спрыгнул на землю и осмотрелся: он стоял в центре круглой площади, на перекрестке нескольких дорог. Впереди, на высоком постаменте, зеленый от времени бронзовый всадник рубил зеленую бронзовую гидру зеленым бронзовым мечом. Ни машин, ни людей видно не было. Из репродуктора на столбе неслась лишенная эмоциональной окраски, стерильная музыка.

И что теперь?..

Внимание Александра привлекло небольшое здание с красной вывеской (надпись была на неизвестном ему языке). Он подошел ко входу и толкнул дверь. Перегороженное барьером помещение было пусто, вдоль стен располагались столы с ручками на веревочках... похоже на почту. На стене позади барьера висела карта в меркаторской проекции — два полушария, разделенные на разноцветные сектора. Александр подошел поближе — сектора были помечены цифрами от -11 до +12; в нулевом секторе недалеко от границы с первым, красовалась жирная точка. «А-а... это часовые пояса, — догадался Александр. — А точка — это, где я нахожусь». Континентов и океанов на карте показано не было.

Он покинул почту и вошел в расположенный рядом бар. Там играла музыка; под потолком вращался, разбрасывая зайчики, зеркальный шар. Александр обошел стойку, взял стакан, налил коньяку и вернулся в зал. Может, заплатить?.. Он похлопал себя по карманам, но бумажника не обнаружил.

Несколько минут он, попивая коньяк, размышлял. Потом поставил пустой стакан на стойку и вышел из бара.

Следующие шесть часов Александр провел, методически осматривая здание за зданием: магазины, рестораны, театры, адвокатские конторы, бюро по продаже недвижимости, стадион, а также заведение, более всего напоминавшее публичный дом. Людей он не обнаружил нигде... впрочем, в жилые дома он пока не заглядывал.

Начинало темнеть. На улицах зажглись фонари. На небе зажглись звезды.

Он вышел из очередного магазина и остановился в раздумье: нужно было менять тактику. Неподалеку маячил высокий дом с балконами — наверное, жилой. Александр вошел в подъезд, поднялся на второй этаж, обзвонил на всякий случай все квартиры, потом стал проверять, заперты ли двери (ломать замок ему не хотелось). Безрезультатно. Он поднялся на третий этаж. Потом на четвертый...

Наконец одна из дверей оказалась незаперта — Александр вошел в крошечную однокомнатную квартирку. Кругом царила безжизненная, стерильная чистота и абсолютный порядок: симметрично расставленная мебель, симметрично развешанные картинки, на кухне — начищенная до блеска раковина, посуда в ровных стопках... Александр открыл холодильник и обнаружил сыр, колбасу, овощи... Ему вспомнилась сказка про Машу и трех медведей; он вернулся в переднюю и тщательно запер дверь. Есть он, собственно, не хотел.

Он умылся и лег спать.

Проснулся он в семь и некоторое время слушал, как на улице кричат птицы — совсем, как в детстве, когда родители вывозили его на дачу («родители», «дача» — странные, ничего не значащие слова). Потом принял душ, оделся и спустился вниз. Что он собирался делать? Александр пересек улицу, вошел в замеченный еще вчера книжный магазин и стал внимательно разглядывать стеллажи. Все книги были на незнакомом языке, но ему повезло: отдел карт располагался прямо у входа... Где здесь карта города? На одной из обложек он заметил знакомую фотографию: зеленый от времени бронзовый всадник рубит бронзовую гидру. Ага, вот эта.

Он полистал карту: город, оказывается, находился на берегу моря. Этот прямоугольник — скорее всего порт, а здесь, наверное, расположен пляж. К морю стоило сходить: вдруг там есть что-нибудь интересное? Или искупаться. Ха. Ха. Ха.

До возвращения в Исходную Точку оставалось четыре часа. Александр посмотрел на карту, пытаясь оценить расстояние до моря. Впрочем, неважно: не успеет сегодня — успеет завтра... Он вышел из магазина.

За четыре часа Александр прошагал лишь половину требуемого расстояния (скорость передвижения по городу оказалась почему-то намного меньше скорости передвижения по степи). Когда стрелки часов стали подбираться к двенадцати, он свернул в какой-то сквер, сел на лавочку, откинулся и закрыл глаза, готовясь к ставшей уже привычной судороге. Нужно расслабиться и непрерывно думать о ней — тогда она не застигнет его врасплох...

Лишь только он сел и перестал слышать звук своих шагов, воцарилась тишина. Воздух находился в состоянии абсолютного покоя, не было слышно ни птиц, ни шороха древесных листьев. Обступившие сквер дома казались фанерными фасадами, какие используют в киносъемках. Понимая, что происходящее необычно и парадоксально, Александр в который раз обратился к себе в тщетных поисках удивления...

Тут-то его и скрутила судорога, будто кто-то подсоединил к его вискам электроды и врубил ток.

5.

Александр открыл глаза и увидел синее, безоблачное небо. Спину колола сухая трава, где-то стрекотал кузнечик. В зените располагалось круглое. будто вырезанное из желтой бумаги солнце. Странно: Александр мог смотреть на небесное светило широко раскрытыми глазами, не прищуриваясь.

Несколько минут он лежал, полностью расслабившись. Торопиться некуда: в его распоряжении целые сутки. Однако трава колола спину — Александр встал. Задумался. В город ехать бесполезно, новых идей у него нет... ну, доберется он до моря, и что?.. Прежде, чем потеть четыре часа на дрезине, следовало подумать.

Не торопясь и не выбирая дороги, Александр побрел в степь. Солнце несильно грело плечи, легкий ветерок шевелил волосы.

Он обернулся: белый валун, расположенный в Исходной Точке, уже скрылся из вида. Точно, как в компьютерной игре: нажимаешь клавишу, и человечек на экране устремляется вперед. Проходит десять секунд — и он оказывается в новой картинке.

Неужели Александр попал в компьютерную игру?

Может ли персонаж игры ощущать себя живым? Способен ли так называемый «искусственный интеллект» на независимую от своего создателя жизнь? Применима ли формула «я мыслю — следовательно, существую» к компьютерной программе?

Из-под ног Александра выскочил кузнечик. Над головой, беспорядочно гомоня, пролетела стайка птиц.

Что отличает игру от жизненной ситуации, пусть даже самой странной?

(Извечный вопрос классической философии: как доказать, что внешний мир не является продуктом твоего воображения? Здесь он был вывернут наизнанку: как доказать, что продуктом чьего-то воображения не являешься ты сам?.)

Например, если персонаж игры гибнет, он возвращается в начало — примерно, как