Надежда для пришельца - Эмори Мур

потом на ягодицы. Он сжал их, приподнимая Надю, и она машинально обхватила его бёдра ногами, прижимаясь пахом к его животу. Даже через джинсы она чувствовала жар его тела.

— Слишком много ткани, — прошептал Айко, отрываясь от её губ.

— У тебя тоже, — выдохнула Надя.

Он улыбнулся — хищно, довольно — и щёлкнул пальцами. Та ткань, что росла из его тела, буквально стекла вниз, открывая всё целиком. Надя заворожённо смотрела на него.

Он был великолепен.

Широкая грудь, узкие бёдра, рельефный пресс, и член — твёрдый, прижатый к животу, пульсирующий в такт дыханию. Розовый, как и вся кожа, с тёмной полоской вдоль ствола и влажной головкой, блестящей в мерцающем свете.

— Теперь ты, — его пальцы взялись за край её блузки.

Надя кивнула, не в силах говорить.

Айко раздевал её медленно, будто раскрывал драгоценный подарок. Блузка упала на пол. За ней — лифчик, который он расстегнул одним движением, хотя видел такую застёжку впервые. Грудь выскользнула наружу, и Айко замер.

— Красивая, — выдохнул он. — Очень красивая.

Он не касался. Просто смотрел, и от этого взгляда соски затвердели до боли, стали почти чёрными на бледной коже.

— Можно? — спросил он, протягивая руку.

— Да.

Его пальцы коснулись её груди, и Надя выгнулась дугой.

Это было не так, как в прошлый раз. Не взрыв, не потеря контроля. Это было глубже. Тепло разливалось от соска по всей груди, по рёбрам, вниз, к животу, к паху. Он гладил её нежно, изучающе, и каждое прикосновение отдавалось пульсацией между ног.

— Ложись, — прошептал Айко, указывая на моховую нишу.

Надя опустилась на мягкое ложе. Мох был тёплым, живым, он подстраивался под тело, обнимал, укачивал. Айко лёг рядом, приподнялся на локте и продолжил исследовать её тело руками.

Он гладил живот, бёдра, внутреннюю сторону коленей. Когда пальцы коснулись резинки джинсов, он вопросительно посмотрел на Надю.

— Да, — выдохнула она.

Джинсы поползли вниз. Трусы — следом. Надя осталась полностью обнажённой под его взглядом.

Айко смотрел долго, жадно, и от этого взгляда кровь приливала к низу живота так сильно, что кружилась голова.

— Ты уже мокрая, — сказал он, проводя пальцем по складкам. — Очень мокрая.

— Айко... — простонала Надя.

— Что?

— Не дразни. Я хочу...

— Чего ты хочешь?

— Тебя. Внутри.

Он улыбнулся и наклонился поцеловать её в живот. Потом ниже. Ещё ниже. Его язык коснулся клитора, и Надя вцепилась в его волосы, не давая отстраниться.

Он лизал её медленно, смакуя, втягивая в рот складочки, дразня языком чувствительную точку. Надя стонала, не сдерживаясь — хрипло, громко, забыв, что где-то рядом спят подруги, что она на чужой планете, что этот мужчина — инопланетянин с рогами и хвостом.

Было только его горячее дыхание, его язык, его пальцы, скользящие внутрь.

— Айко! — закричала она, когда первая волна накрыла её.

Он не остановился. Он довёл её до второго оргазма, потом до третьего, пока Надя не взмолилась:

— Хватит... пожалуйста... я не могу...

Он поднялся, нависая над ней. Член упирался в живот, влажный, твёрдый, пульсирующий.

— Ты готова? — спросил он.

— Да.

Он вошёл медленно.

Надя ахнула. Он был такой большой, что она чувствовала, как растягиваются ее стенки. Головка скользнула глубже, и Надя выгнулась, ловя ртом воздух.

— Тихо, — прошептал Айко, целуя её в висок. — Я подожду.

— Не надо ждать, — выдохнула она. — Трахай меня.

Он зарычал — низко, гортанно — и начал двигаться.

Сначала медленно, раскачивая бёдрами, входя до конца и почти выходя наружу. Потом быстрее, глубже, жёстче. Надя обхватила его ногами, впилась ногтями в спину, царапая розовую кожу.

— Сильнее, — просила она. — Ещё.

Айко подчинялся. Он трахал её с такой страстью, с такой жаждой, будто умирал от голода и только сейчас дорвался до еды. Его хвост обвил её бедро, прижимая плотнее, рога холодили кожу, когда он наклонялся поцеловать её в шею.

Надя потеряла счёт времени. Был только он, его член внутри, его руки, его запах, его рычание над ухом.

Она кончила ещё раз — резко, сильно, вскрикнув так, что сорвала голос.

Айко догнал её через несколько толчков. Он замер, вжимаясь в неё до упора, и Надя почувствовала, как горячая струя заливает её изнутри. Много. Очень много. Больше, чем у любого земного мужчины.

Он рухнул рядом, тяжело дыша.

Надя лежала, глядя в мерцающий потолок, и чувствовала, как его сперма вытекает из неё, стекает по бедру на мох.

— Ты как? — спросил Айко, поворачивая голову.

— Жива, — выдохнула Надя. — Кажется.

Он улыбнулся и притянул её к себе, укрывая своим телом, будто одеялом.

— Отдохни, — сказал он. — Потом поговорим.

Глава 7. Истинные желания

Они лежали в тишине.

Надя чувствовала, как бьётся его сердце — часто, сильно, в унисон с её собственным. Его рука гладила её спину, хвост лениво покачивался, щекоча ногу.

— Айко? — позвала она.

— М?

— Это было по-настоящему?

Он приподнялся на локте, заглядывая в глаза.

— Ты о чём?

— О том, что я чувствовала. Это была твоя способность или...?

Он покачал головой.

— Я не касался тебя своей силой. Вообще. Я обещал, помнишь? Всё, что ты чувствовала — твоё. Только твоё.

— Но ты же прикасался...

— Прикосновение и передача эмоции — разные вещи. Я могу просто трогать. Как любой другой мужчина. Сила включается, только когда я хочу её включить. Или когда теряю контроль. — Он помолчал. — С тобой я теряю контроль. В первый раз включил случайно. Сейчас — сдержался.

Надя смотрела на него.

— То есть ты хочешь сказать, что я сама так хотела тебя, что готова была раздвинуть ноги перед инопланетным монстром?

Айко усмехнулся.

— Я не монстр. И ты не раздвигала ноги. Ты пришла ко мне сама. Помнишь?

Надя помнила.

— Зачем? — спросила она. — Зачем я тебе? Ты мог выбрать Веру. Она красивее, ярче, она сразу готова была...

— Вера не ты, — перебил Айко. — Вера хочет страсти, острых ощущений, ей подойдёт Риан. Любе нужен тот, кто поймёт её боль — Веир. А ты... — он провёл пальцем по её скуле. — Ты нужна мне.

— Почему?

— Потому что ты не просто хочешь чувствовать. Ты боишься чувствовать.