Клондайк - Андрей Васильевич Саломатов

Александр осмотрелся, нет ли поблизости свидетелей его неуместного любопытства. Улица по-прежнему была пустынна, и Фабер поспешил выбраться на тротуар. Когда он отошел от клона метров на двадцать, из-за угла вырулил старенький крытый грузовик и остановился напротив тех самых кустов. Из машины выскочили два человека в синих комбинезонах и нырнули в кусты. Не мешкая, они выволокли труп на дорогу, швырнули его в кузов, и грузовик быстро скрылся в одном из переулков. От неожиданности Александр даже не успел прочитать надпись на кабине автомобиля, которая, очевидно, сообщала, кому принадлежит данная служба.

Он прошел еще несколько шагов, когда из подъезда вышли два человека с каким-то зачехленным инструментом в руках. Они куда-то торопились. Один из них вытянул руку и с укором произнес:

— Вон, уже клоновозка поехала. Считай, опоздали.

— Не опоздаем, — уверенно ответил второй, и парочка припустилась бежать.

Фабер посмотрел в ту сторону, куда показывал спешащий, и рядом с соседним домом увидел еще один крытый грузовик, который подъехал прямо под раскрытое окно первого этажа. Из грузовика выскочили люди в комбинезонах и приняли из окна квартиры большой целлофановый сверток.

Глава третья

Александр проснулся только после полудня в отвратительном настроении. Ему снился кошмар. В детстве он провел много времени за компьютерными играми. За несколько лет он уничтожил столько виртуальных чудовищ, что ими можно было бы заселить небольшую галактику. Это в какой-то степени сформировало его характер. Если во сне на него нападал монстр, маленький Саша не просыпался в холодном поту, не кричал и не вскакивал с кровати. Он выбирал самое убойное оружие и размазывал чудовище по стене. Единственное, что во сне могло его напугать — это мглистая пустота без конца и края. Она наводила на него такой ужас, что Фабер просыпался без сил, как будто на нем всю ночь возили воду.

Александр сел на тахту и оглядел свое убогое безликое жилище. «И зачем я согласился на это задание? — глядя на портрет хозяина, с досадой подумал он. — Я понятия не имею, что делать и где искать Фельдшера. Что я знаю? Только то, что в «Клондайке» открыто торгуют клонами. Уверен, сейчас их можно купить в любом борделе или опиумной курильне, и не только в Медведках. «Свежая», «неиспользованная», — вспомнил Фабер слова официанта. — Значит, привезли недавно. Вряд ли их поставляют в какие-то определенные дни и часы. Слишком легко было бы вычислить. Скорее, хозяин борделя звонит и заказывает, когда появляется необходимость. И для этого у них существует специальная связь». Александр подумал, что можно взять официанта, которого он расколол бы за несколько минут. Но у того мог оказаться маячок или микрофон, и операция провалится в самом начале. Этот рыжий щеголь, как и водилы грузовика, был всего лишь пешкой, не знал, где обосновался Фельдшер, а потому его бесполезно было брать даже голым из постели. «В общем, без крота здесь не обойдешься, — вздохнул Фабер. — Кровь из носа, надо выяснить, кто он. Если чист — поможет, если нет — он та ниточка, которая приведет к Фельдшеру». — Александр достал идентификационную карточку и оплатил подключение к монитору. Адрес мог пригодиться ему в самое ближайшее время.

В следующие два дня Фабер перезнакомился с тремя десятками соседей из обоих домов. Для этого ему пришлось несколько часов проваляться под своим драндулетом, делая вид, что он его чинит. Александр заговаривал со всеми, кто проходил мимо или останавливался поглазеть на допотопный «форд скорпио». Он болтал о чем угодно, нес несусветную чушь, но между внешне бессмысленными вопросами и ответами умудрялся выяснить кое-что полезное. Например, что две недели назад в этом доме появился еще один новый жилец, который выдавал себя за коммерсанта из Новосибирска, но, по словам нетрезвого рассказчика, на коммерсанта не тянул — его вороватый взгляд говорил сам за себя. Фабер решил: с одной стороны, было хорошо, что одновременно с ним в дом въехал еще один человек, — это разбавляло подозрение к нему. Но, с другой стороны, плохо — приезд сразу двух новых жильцов был слишком заметным событием.

Еще он узнал, что милиция заходит в этот тихий двор не чаще одного раза в месяц, зато в городе есть места, где она свирепствует круглосуточно. Попадая туда, лучше не иметь карманов и сумки, чтобы не подбросили наркотики. Фабер выяснил, и где найти эти самые наркотики. Летом на заброшенной стройке стадиона жили несколько десятков бродяг и в конец опустившихся наркоманов, но блюстители порядка редко наведывались туда — у бродяг нечего было взять, зато можно было подцепить какую-нибудь болезнь. Каждый из обитателей стадиона имел в развалинах свой тайник и хранил все свои сокровища там.

Заодно Александр познакомился и со своим ближайшим соседом по квартире. Старик, узнав, что перед ним племянник Бурыгина, насупился и недружелюбно поинтересовался:

— И зачем ты сюда приехал ?

— Да вот вселился в дядькину квартиру, — улыбаясь, ответил Фабер. — Ему еще долго срок мотать. Поближе к Москве перебрался.

Это «поближе к Москве» как будто оскорбило соседа.

— Здесь не поближе, здесь Москва, а не Тверь, — проворчал сосед и в сердцах плюнул на асфальт.

— Ну да, я и говорю, в Москву. Чего жилью зря пропадать?

— Бандюги, — удаляясь, бормотал старик. — Понаехали тут. Одного душегуба посадили, другой приперся.

Скоро весь двор знал, что в квартире Бурыгина поселился его племянник из Тверской области — Саша Фабрин. Что он простой хороший парень, ищет любую работу и готов продать свой антикварный «форд скорпио», но не мальчишкам — покататься и бросить, а солидному коллекционеру за приличное вознаграждение. За это время Александр ни разу не видел крота, и только на третий день ему, наконец, повезло. Сокольский вышел из дома и остановился поболтать с хорошенькой девушкой, которая жила в подъезде Фабера, двумя этажами ниже. Для Медведок крот выглядел слишком респектабельным. Его барский вид немало удивил Александра: из инструктажа Александр знал, что у Сокольского другой имидж.

Судя по всему, внедренный агент имел какие-то виды на девушку. С его губ не сходила приторная улыбка, он все время пристально смотрел ей в глаза и отвечал на вопросы преувеличенно горячо, хотя Фабер мог поклясться, что говорили они о пустяках. Именно на девушку Александр и нацелился. Фаберу необходим был человек,