Игра клеток - Гарри Конолли

Я выругался в их адрес и вывернул руль. Мимо проехал последний пикап с клумбой, полной пуансеттий, и я выехал вслед за ним.

Мне показалось, что вереница машин двигалась медленно, как на параде. Я попытался выглянуть из-за них, но не смог разглядеть переднюю машину, не говоря уже о Тату. В конце концов, они все въехали на территорию ярмарки. Тату вырвался вперед и исчез за следующим поворотом дороги, или он был на территории ярмарки?

Я развернулся вместе с другими машинами и последовал за ними.

Они подъехали к низкому углу парковки и выехали на поле. Ни один из них не застрял в грязи, но парочка была на грани срыва. Я припарковался на краю лужайки и оглядел территорию. Люди сновали туда-сюда, устанавливая прилавки в предрассветных сумерках. Там уже продавали рождественские украшения, крошечные баночки с чем-то похожим на варенье, теплую одежду, рождественские поленья и наборы моделей поездов.

Пикап с пуансеттиями остановился у палатки, и женщина с длинными седыми волосами начала заносить растения внутрь. За ней вошли трое мужчин с большим газовым обогревателем.

Снегоуборочная машина работала бесшумно, а земля возле манежа была покрыта снегом. Я подумал, что было бы, если бы я выбежал туда и попрыгал на ней.

Люди улыбались. Не было ни открыток, ни радостных поздравлений, но я видел, как они пожимали друг другу руки и обнимались. Уошавей, их община, пережила пару трудных дней, но эти люди были полны решимости продолжать праздновать. Если объятия, казалось, были скорее утешительными, чем радостными, и если пара людей вытирала щеки руками в перчатках во время разговора, это просто показывало их силу и связь друг с другом.

И я не вникал ни во что из этого.

Я не увидел Тату нигде поблизости, так что мне здесь было не место. Я сдал назад и направился по боковой дороге к церкви. Она была плотно закрыта, а окна в доме Долана были темными. Окно на втором этаже было все еще открыто. Пастор сюда не вернулся.

Я поехал в сторону города. Небо наконец-то стало достаточно светлым, чтобы я мог выключить фары. Меня было бы легко узнать в неоновом свете, но, кроме как угнать новую машину, я ничего не мог с этим поделать.

В городе меня никто не остановил, и я не встретил ни одного заграждения на дороге. Я проехал мимо пансионата "Сансет" и свернул на небольшую гравийную дорогу. За деревьями было свободное место, и я припарковался там. Это не слишком хорошо скрывало неоновую рекламу, но все же это было лучше, чем парковаться на улице.

Я нырнул между деревьями. Закат был окружен аккуратно подстриженной лужайкой, но за ней виднелся густой подлесок. Я протискивался сквозь него, маленькие кусочки льда отламывались от веток и таяли на моей одежде, пока я не добрался до задней части здания. Черт, как же было холодно.

В ближайшем окне на первом этаже, на кухне, горел свет, но все окна на верхнем этаже были по-прежнему темны. Немного поразмыслив, я решил, что моя комната находится в дальнем левом углу. Кэтрин должна быть там, я надеялся, что она там.

Движение в освещенном окне первого этажа заставило меня пригнуться. В комнату вошла Надя с мешком муки в руках. Она посмотрела на окно, и на мгновение мне показалось, что она смотрит прямо на меня. Затем она заправила за уши несколько выбившихся волос, и я понял, что она смотрит на свое отражение.

Она вздохнула, взяла миску с верхней полки и отошла.

Я вздохнул с облегчением и, дрожа, пополз вдоль края участка. Я не смог найти камень, чтобы бросить в окно, но зато нашел маленький кусочек коры. Этого было бы достаточно.

Когда я занес руку, чтобы бросить его, кухонное окно потемнело. Я снова пригнулся, но свет заслонила не Надя. Это были брызги красной жидкости неправильной формы.

Кровь. На окне была кровь.

Я швырнул щепку в окно Кэтрин и побежал к дому. Я не мог видеть, что происходит на кухне, но видел тени, двигающиеся взад и вперед по траве. Я не мог сказать, сколько человек лепили эти фигурки, но их было больше одного.

Окно наверху открылось.

— Кэтрин! — позвал я.

Она высунула голову и посмотрела вниз.

— Рэй, что за...

— Враг в здании — сказал я. Возможно, это был не лучший способ сказать это, но по выражению её лица было видно, что она поняла. Она откинулась назад и через несколько секунд снова высунула голову.

— Поднимайся сюда! — Она выбросила из окна тяжелое стеганое одеяло, оставив его свисать на меня.

По крайней мере, действие призрачного ножа прошло. Это потому, что заклинание через некоторое время сняло силу, или сон изменил её характер?

— Это шутка? Спускайся, пока тебя не убили.

— Рэй — сказала она резким голосом — Тащи сюда свою тощую задницу.

Отлично. Я отошел от здания, пробежал два шага и подпрыгнул. Я уперся ногой в подоконник и схватился за одеяло.

Я знал, что у Кэтрин не было времени привязать его к чему-нибудь прочному, и вообще, как бы вы завязали одеяло? Так что я ожидал, что оно отвалится и я упаду обратно на лужайку. Этого не произошло. Я начал подтягиваться, перебирая руками.

Внезапно одеяло начало вытягиваться через окно, как будто его тянули лебедкой. Я был так поражена, что чуть не выпустил его из рук. Вместо этого, подойдя к открытому окну, я отпустил ткань и схватился за подоконник.

— Господи, что это, черт возьми, было?

Кэтрин вышла из темноты и потянула меня за рукав куртки. Это не помогло, но мысль была приятной. Я протиснулся в проем и ввалился в темную комнату со всей грацией пьяницы, пробирающегося в свой дом.

— Пошли — сказал я, поднимаясь на ноги.

— Пошли отсюда.

Краем глаза я заметил, как одеяло упало на кровать. Я вскрикнул от неожиданности и резко обернулся. В темноте, на приличном расстоянии от окна, стояла еще одна фигура. В моей голове пронесся вихрь мыслей. Сначала я подумал, что Кэтрин привела к себе в комнату парня, потом, увидев, какой маленькой была фигура, я предположил, что это был мальчик, за что было бы глупо отправляться в тюрьму, а прошлой ночью она была под воздействием моего призрачного ножа, так что это было бы еще одной ужасной вещью, за которую я несу ответственность.

Фигура заговорила.

— Рэй, какого черта ты