Пустая. Корона огня и пепла - Мира Салье

жилах бурлил огонь – он словно мурлыкал, соприкасаясь с кровавой магией близнецов. А еще она была возбуждена. Из-за кипящего в ней адского пламени в голове возникали непристойные образы, и теперь Делла понимала, почему ринальцы разделяли чувства и плотские утехи. Если себя сдерживать, действительно можно сгореть изнутри. В прямом смысле слова.

Она посмотрела на левую руку и линию родимого пятна. Отныне та терялась среди нитей ее собственного дара, которые набухли и слабо пульсировали. Помимо этого, в ее внешности изменились только глаза: в черных радужках появились тонкие алые прожилки.

От воспоминаний о случившемся в тронном зале у нее ныло сердце, но Делла не позволяла боли пустить корни и сломить ее, а тем более помешать плану. Сейчас ей было не до эмоций. Как истинный риналец, она спрятала их в недрах души, за потайной дверью, и наглухо заперла замок. Кэл должен был испить ее крови, вот почему она уверенно шла к его покоям, пока Корнель в эту самую минуту отвлекал старшего принца ада.

Весь вечер ее голову занимали мысли о муже. По словам Корнеля, в тот миг, когда она покинула бал, Кэл сорвался и едва не свернул Эмилиану шею. Гребаный псих наверняка не оставит без внимания подобную выходку брата.

Поэтому действовать нужно было быстро. Они с Кэлом и так оказались в шаге от того, чтобы потерять друг друга навсегда.

Хвала Творцам, покои принца не охранялись. Делла не стала медлить и нагло вошла внутрь, оказавшись в центре страшного кровавого пира. Гостевая комната, в которой Кэллам принимал ее в прошлый раз, была покрыта вязкими бордовыми потеками. Искаженные, обескровленные тела смертных распростерлись на полу. На лицах мужчин и женщин застыл неописуемый ужас.

Проклятье.

Острый металлический запах ударил Делле в голову, но она быстро совладала с собой. Возможно, благодаря мирийской сущности ей будет проще справляться с желаниями. По крайней мере, ей хотелось надеяться. Она почувствовала, как от близости крови тонкие алые прожилки в ее черных глазах начали шириться и расти.

Делла прошла в открытую дверь спальни, выполненной в цвете обсидиана. На огромной кровати с матово-красными простынями лежали обнаженные женщины, ублажающие себя в ожидании принца. От ее внимания не укрылась их поистине нечеловеческая красота. Безукоризненные черты лица, тела с нежной кожей и завидными округлостями были способны очаровать любого мужчину.

– Ваше Высочество, мы уже вас заждались… – Демоницы приподнялись на постели, выставив большие, полные груди, но при виде незваной гостьи разочарованно откинулись обратно.

Делла прислонилась к украшенной резьбой двери и холодно процедила:

– Пошли вон.

– Нас к его высочеству прислал старший принц Эмилиан.

– Мне плевать.

Демоницы притворно надули губки, а затем одна из них согнула ногу в колене, отвела ее в сторону и скользнула изящной ладонью по животу, двигаясь все ниже.

– Можете к нам присоединиться. Принца на всех хватит. – Пальцы треклятой потаскухи замерли между ног. – Кэллам обожает игры в постели.

Деллу захлестнула ледяная ярость. Внутри, вторя ударам сердца, предупреждающе забилась магическая сила. Она отчаянно хотела придушить демониц, лежащих в постели мужа, и знала, что это не составит ей особого труда. Мало того, она даже ничего не почувствует, если расправится с ними. Но тут у нее в памяти всплыло лицо недавно убитой девушки, и Делла просто повторила:

– Убирайтесь.

Глаза демониц засверкали злым огнем.

– Ваш приказ не выше приказа принца ада.

Делла нарочито громко рассмеялась и выпустила щупальца кровавого тумана. Они обвились вокруг шеи девиц, и те сдавленно вскрикнули. Она снова на мгновение задумалась, не придушить ли адских подстилок. Сделать это было проще, чем она представляла. Кровавая магия текла через нее, струилась в ней и была ею. Сейчас Делла распоряжалась даром близнецов по своему желанию.

Приблизившись к постели, она прошептала:

– Впредь не смейте даже думать о принце Кэлламе. И это касается каждой демоницы в замке.

Она взмахнула руками, из которых лилась кровавая магия, делая ее кожу переливчато-красного оттенка. Плети сильнее стянули девушкам горло, отчего те беззвучно завопили от боли, но их глаза полыхнули ненавистью. Делла ослабила хватку, а в следующее мгновение щупальца тумана обвились вокруг их лодыжек и потащили к выходу, выставив голых демониц в коридор.

После того как двери шумно захлопнулась, она осмотрелась.

Слух уловил плеск воды. Он был в ванной комнате.

Делла быстро схватила со стола обеденный нож и направилась на звук. В помещении с темной плиткой клубился обжигающий пар и горело несколько ламп, источавших приглушенный алый свет. Кэллам в одном лишь полотенце на бедрах склонился над мраморным тазом для умывания, уперевшись сильными руками на толстые края. Блестящая поверхность была забрызгана алыми подтеками, словно Кэла неоднократно рвало или же он пытался насильно исторгнуть из себя всю выпитую кровь, пока она не затуманила разум.

На стенах висели тела изуродованных стражников, которым, очевидно, старший принц ада приказал проследить за кровавым пиром брата. Эмилиан хоть и вернул Кэлу только малую часть способностей, физическая сила осталась при нем.

Зрелище поистине устрашало.

Кэллам пригвоздил демонов к стене металлическими крючками для полотенец, где и оставил их корчиться от боли и умирать медленной смертью. Их глаза и глотки были вырваны, а окровавленные останки валялись прямо под телами. По гладким мраморным плиткам растекались темно-бордовые сгустки.

Однако Делла при виде этого даже не вздрогнула – давно поняла, кем был ее муж, почему придворные Риналии падали на колени, бояcь взглянуть в глаза демону с огненным мечом в руках, с которого стекала кровь его врагов.

«Меня не просто так прозвали Карателем», – вспомнила она его давние слова. Этот мужчина жил во тьме и крови, но не был им рад.

– Я не ждал тебя, Делла, – прохрипел он, не оборачиваясь.

– Да уж. Зато демоницы в твоей постели ждали.

– Веришь или нет, мне было не до развлечений.

– Хорошо. Я их выставила.

– Просто выставила? Как ты там однажды сказала: «Я придушу всех потаскух, что найду в постели мужа, а потом придушу и его самого»? – процитировал ее Кэл, продолжая смотреть в окровавленный таз. Этот демон обладал многими способностями, и среди них было умение шутить даже в те моменты, когда судьба пыталась свести его с ума.

– Я решила, что смертей на сегодня достаточно.

Делла тяжело сглотнула, желая забыть, каково это – убивать невинную душу. Желая забыть вкус крови. Тот самый вкус, которым она будет грезить на протяжении долгой бессмертной жизни ринальца.

Пугала ли ее мысль жить сотни и сотни лет? Нисколько. Во многом потому, что она наконец чувствовала себя полноценным ринальцем.