Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Кармель кротко кивнул, подхватил обе сумки и испарился также быстро, как и появился. Макс почувствовал внутри себя жгучую ярость и злобу, которую, казалось, копил годами. Все те пять лет, что он даже не думал о войне, исчезли из его жизни в одно мгновение – теперь лишь холодный и расчетливый ум, прошедший десятки самых разных битв, взял под контроль его тело. Больше медлить было нельзя – не дай они отпор сейчас, то весь город за считанные минуты оказался бы наводнён Церковниками.

Три десятка людей в блестящих чёрных латах пронеслись по крышам восточного района города. Стоило только первым Церковникам сунуть нос сквозь огромный взорванный проход в стене, как сиюсекундно в их сторону полетели колбы, заполненные мутной, грязной жидкостью цвета жжёного сахара. Перед проходом поднялось целое облако из мелкой пыли, голубоватого тумана и снега. Мгновение – и облако стало чернее ночи, а ошеломлённые служители завопили от боли. Целая дорожка из острейших ледяных игл развернулась под ногами врага, буквально наживив их словно червей на крючок. Часть пространства перед проходом всё также оставалась окутана туманом – брошенные склянки с "Теневыми иглами" должны были затормозить подоспевающих служителей. Пока чернейшее облако всё также пронзало нападающих обжигающе ледяными кольями, Вороны вскочили на растрескавшуюся стену и, позаимствовав у Серых Лиц несколько воздушных гранат, подбросили их в небо над головами сотен и тысяч Церковников, шествующих к городу.

Разом опустошив сумку, Вороны забросали служителей колбами с уже ярко-янтарной густой смесью, что слегка светилась на солнце. Быстрыми и меткими выстрелами дротиков они разбили все колбы ещё в воздухе, на подлёте к Церковникам – и в ту же секунду прогремели взрывы гранат, которые воздушной волной разбрызгали смесь словно мелкий-мелкий дождь. Получившееся облако измороси накрыло огромную часть войск – Церковники, ощутив на себе крохотные капли, воздели головы к небу и с ужасом стали пятиться назад, падая на спины.

"Муравейник", что разбросали Вороны, был галлюциногенным отваром на основе десяти ядов и крайне едкой кислоты. Стоило только отвару попасть на кожу Церковников, как в их умах тут же возникали бредовые видения, будто тысячи адских муравьёв падают с небес, расползаясь по их коже и вгрызаясь в плоть. Кислота стала разъедать кожу и мышцы, тонкими ходами как бы прожигая тела насквозь. В результате огромное количество людей сейчас лежало на земле, вопило от нестерпимой боли и стряхивало несуществующих насекомых, растирая "Муравейник" по всему телу, чем делали себе только хуже. Воспалённая, плывущая разжиженная кожа оставляла на белых одеяниях Церковников отвратительные грязные пятна крови и слизи. Те из них, на кого не попал "Муравейник", в небывалом ужасе стали убегать с поля боя. Чистый Зарем, как бы не хотели того Церковники, карал нападающих самым грязным и ужасающим оружием, подобным Каре Создателя.

Многие из них, узрев настолько жестокий ответ заремцев, бросились в рассыпную. Совсем неспроста, как казалось им, город в мгновение ока убил столько верных Богу-Создателю людей. В их головах, от столь непостижимой суровости наказания за столь дерзкий выпад на столицу Государства, всё перевернулось – учение Калеба, направленное против этих "еретиков", дало трещину, настолько глубокую и широкую, что откололо от себя значительную часть армии. Им говорили, что Бог-Создатель ни за что не позволит Его последователям пасть от руки неверных, слабых отщепенцев, которые противятся Его силе. И в этот же момент ужасным янтарным ливнем нисходят небеса на их головы и сводят Его людей с ума, сжигают, превращают в кучу мяса. Если это не Его гнев – как иначе это можно понять?

Прорыв на востоке мог бы считаться провальным, если бы и не обратный эффект – рьяно верующие в силы Бога-Создателя наоборот восприняли противящийся город и кару, насланную с небес, как лишнее подтверждение словам Калеба. Уж он то заранее знал о том, что ничтожный городишко будет пылать и плеваться собственной яростью и желчью, сопротивляясь силе веры Церковников. Их мысли были заняты лишь тем, что они видели истину – и истина эта была в словах Калеба Мальферия. И после такого события никаких сомнений быть и не могло. Изуродованные лицами и телами последователи подхватили вялыми, испещрёнными мелкими дорожками кислотных «Слёз» руками своё оружие и понеслись вперёд, оббегая подкашивающимися ногами разжиженную массу из плоти и крови, бросая вперёд себя камешки, чтобы сработали «Теневые иглы». Эти поистине безумные люди, испытав ужасающие страдания, по-прежнему волочили свои тела под одобрительные крики живых и здоровых подкреплений, что выжидали возможность войти в город. Но стоило первым из них войти в город в окружении леденящего дух мороза и высоченных, с человеческий рост, ледяных кольев, за которыми укрылись полчища Бежевых Щитов, Морских Ловчих, обычных стражников, ополченцев, как их дух тут же угас и былые раны, боль которых была скрытой пеленой Дурмана, дали о себе знать – сотни людей, что словно ожившие мертвецы лезли в провал, разом упали без чувств.

– Это вам от всего города Сута, ублюдки. – процедил капитан Берро и бросил в валяющихся на мёрзлой земле служителей совсем крохотную бутылочку, которая легко помещалась в портсигар. Стоило ей разбиться, как язык живого пламени растёкся по земле, охватив жарким и ярким огнём весь провал в стене. – «Слеза Нетеры». От старого друга Пирея Ланкаса.

«Слёзы Нетеры» было одним из тех сложнейших зелий запретной алхимии, которым не нужна была поддержка – они могли работать бесконечно долго, подпитывая себя компонентами из окружающей среды. В данном случае, это бесконечное жаркое пламя горело бы до тех пор, пока не закончился бы воздух в пространстве.

Теневые иглы, рассыпавшись на мелкие кристаллики, забрали с собой и могильный холод. Войска Пятого вышли из своих укрытий и стали быстро возводить небольшую заставу, чтобы должным образом встретить врага. Пока горит Слеза Нетеры, то им ничего не угрожает, но...

– Надеюсь, что Лица держат их достойно... – тихо, почти шёпотом произнёс Берро.

У северных ворот битва не сбавляла своих темпов. Всё новые и новые ряды одурманенных Бежевых Щитов двигались плотным строем на Серых Лиц, которых больше, увы, не становилось. Огня во всё это добавляли Сатум и Фатум, которые словно разъярённые бестии сбивали Лиц, «клевали» их со всех сторон, не в состоянии нанести латам из сухой стали должного вреда. Одни они напакостничали так жестоко, что весь первый ряд войск Зарема, который почти в