"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

— Чего найти? Комнату?— вытаращился на меня мелкий.

— Да чтоб тебя… Сиротина где найти?

— А-а-а, дык он все время в библиотеке пропадает. У него это… — пацан покрутил пальцем у виска. — Сдвиг по фазе. С приветом он. Книжки читает с утра до ночи. В библиотеке ищи.

Я разжал пальцы, выпустил рукав малолетнего придурка и сделал шаг назад. Мелкий тут же, как ненормальный, сорвался с места и кинулся в противоположную сторону. Бежал так, что любой спринтер позавидует.

Проводил его взгоядом, а потом двинул в библиотеку, которая располагалась в учебном корпусе, в отдельном крыле. Обычно я туда не совался. Раньше, в прошлой доинтернатовской жизни, читал много, теперь нет.

Толкнул створку, вошел внутрь. На характерный скрип открывшейся двери тут же из-за стойки библиотекаря вынырнула голова.

— Здрасьте, приплыли!

Голос принадлежал Мумии, или Тамаре Ильиничне. Сухой, маленькой старушке с седым пучком на затылке, в очках с толстыми линзами и в вязаном сером жилете поверх блузки. О ее реальном возрасте ходили байки. Кто-то утверждал, что Мумии уже перевалило за семьдесят, кто-то добавлял к этой цифре еще тридцатник. Отсюда и прозвище.

— Виктор Рубин? — Библиотекарша поднялась с табурета, вышла из-за стойки. — Виктор Рубин…

«Она тупая». — оживился Голос. — «И старая. Добей ее, чтобы не мучилась».

«Заткнулся бы ты».

«Ой, да что ты. Типа, самостоятельный? Ну как хочешь».

Это было максимально странно. Я впервые заговорил с Голосом напрямую. Конкретно с ним.

Зашибись. Мое состояние прогрессирует. Теперь веду полноценные диалоги с самим собой или с существом внутри меня.

Подошел ближе к библиотекарю, остановился рядом.

— Не помню, чтобы за три года ты хоть раз к нам заходил, — Мумия пристально изучала меня сквозь линзы. — Чем обязаны?

— Да ищу кое-кого. Люк Сиротин тут?

Старушка помолчала, продолжая сверить меня недовольным взглядом, потом все же соизволила ответить.

— Иди в читальный зал. Люк за последним столом. И смотри мне! — Тамара Ильинична резко выкинула руку вперед, потрясла перед моим носом скрюченным указательным пальцем. — Если пришел шкодничать, голову оторву.

«Шкодничать? Она что, попутала, где находится? Ты ей скажи, институты благородных девиц отменили еще…»

Голос осекся, замолчал. Видимо, пытался сообразить, какое сейчас время. Или просто побоялся ляпнуть лишнего. По крайней мере, мне так показалось.

Я поблагодарил Мумию и двинулся к соседней комнате. Прошел вдоль высоких стеллажей с книгами, открыл дверь и проскользнул в читальный зал.

Здесь было сумрачно — тяжелые шторы закрывали окна, не позволяя солнечному свету в полной мере проникать в помещение. На каждом столе имелась лампа, но работали они через одну.

Люка обнаружил в дальнем углу, за самым последним столом, как и говорила Мумия. Мелкий с сосредоточенным видом листал толстую книгу. Рыжие вихры торчали во все стороны, шапка лежала тут же на столе. Куртку он бросил на соседнее место.

Я подошел ближе, взял свободный стул, подтянул его к Сиротину. Сел рядом, развернув стул спинкой вперед.

Пацан оторвался от чтения, посмотрел на меня спокойным взглядом без малейших признаков волнения. Он будто ждал моего появления, если не сейчас, то позже. Знал, что разговор между нами состоится в любом случае.

— Ты нахрена соврал? — спросил я сразу в лоб.

— Не врал, — пожал он плечами. — Сказал, как есть. Штык схватился за голову и упал. А больше ничего не видел, если что. Мне двенадцать, я маленький, могу ошибиться. Только кто докажет?

Мы снова уставились друг на друга. Пацан по-прежнему не волновался. Вообще.

— Штык всегда был мудаком, — заявил вдруг Сиротин. — Он младших бил часто. И еду отнимал. Сдохнет — никто плакать не станет.

От такой циничной прямоты я слегка завис.

Дверь в читальный зал приоткрылась. В щель просунулась седая голова Мумии. Старуха зыркнула сквозь толстые линзы очков, убедилась, что все хорошо, и молча прикрыла створку обратно.

— Смотри, — Люк сделал закладку, закрыл книгу и пододвинул ее ко мне.

На темно-синей обложке виднелись тисненые буквы: «ИСТОРИЯ ОДАРЁННЫХ. Академическое издание».

— Тут много интересного. Случайно нашел. Думаю, это единственное в своем роде издание. Видимо, затерялась среди прочих книг. Нам такое на уроках не дают, — пояснил пацан. — Наши учебники другие. А тут подробнее. Читай.

Он открыл заложенную страницу, ткнул грязным пальцем в середину текста.

Я подался вперед, пробежал глазами по строчкам.

'В первое десятилетие после массового проявления Дара исследовательские группы фиксировали не менее двенадцати самостоятельных ветвей, каждая из которых отличалась своей природой воздействия. Со временем номенклатура сократилась. Некоторые ветви перестали проявляться"

Палец Люка сместился ниже.

«Наиболее известной из утраченных ветвей считается категория, в ранней литературе обозначавшаяся термином „ментальные одарённые“ или, в народной традиции, „телепаты“. Согласно свидетельствам первых исследователей, представители данной ветви обладали способностью восприятия эмоциональных состояний окружающих через несвойственные здоровому человеку сенсорные каналы (в источниках упоминаются „оттенки“, „цветовые следы“, „запахи чувств“). Кроме того, в ряде задокументированных случаев фиксировалась способность к дистанционному воздействию на болевые центры коры головного мозга оппонента, а также, в отдельных инцидентах, — на сосудистую систему объекта».

В затылке глухо застучало. Буквы начали расплываться.

Цветовые следы. Запахи чувств. Воздействие на сосудистую систему. Всё, что творилось со мной последние сутки, черным по белому описывалось в старом справочнике.

Никаких инопланетян. Никакой шизофрении.

Телепатия.

Да ну на хрен! Быть того не может.

— Здесь ещё, — мелкий указал в самый низ листа.

Мой взгляд опустился вслед за его пальцем.

«Одной из ключевых особенностей данной ветви исследователи отмечали её