Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

— Я прощаю тебя на первый раз, но не более. Прошу не забывать о ком ты говоришь. — Она строго поглядела на Софи.

— Извините, Кайране Мелана. — Софи нарочно вставила титул, чтобы подчеркнуть, что она все поняла.

Мелана кивнула и вдруг снова улыбнулась.

— Обычно я… не столь требовательная. К своему титулу я отношусь легкомысленно. Но Кайране Эльтан заслужил почет и уважение всего народа, ему я отдаю дань уважения всегда.

— Я поняла, — поспешила заверить Софи. Джон был прав — во всем, что касается Эльтана, у Меланы были совершенно особые понятия. — Извините еще раз.

— Ничего. Итак, да. Нилан служил Кайране Эльтану до конца войны. В тот день многие осудили его за подписание мира, среди них был и Нилан. В войнах он потерял свою семью и деву, которую хотел бы называть госпожой сердца. В день подписания Согласия о Землях Нилан снял со своего плеча звезду Кайране Эльтана, что навсегда сделало его lin’yarr в глазах всех эльфов. Предложив служение принцу, став его перстом, отказаться нельзя. Никогда. Поэтому служение предлагают только лучшим и очень… осторожно.

Софи пораженно слушала. Нилан служил в перстах Эльтана? Значит среди тех, о ком он ей рассказывал, был и он сам? Вот же жук! И ничего не сказал!

— Я не знала об этом. Он не говорил.

— Сегодня я открываю тебе секреты всех из свиты Шахране и его самого. — Мелана усмехнулась. — Но это ничего. Я могу говорить открыто, не считаю, что им есть чего стыдиться.

— Но… разве вы не осуждаете Нилана за то, что он предал Кайране Эльтана? — Софи очень осторожно произнесла и титул и имя.

— Предать можно лишь скрытно. Нилан был верен ему, пока носил его звезду. То, что он снял ее — бесстрашно и открыто — для меня не есть предательство. Как и для моего супруга. Другие же осуждают его. Он нарушил один из трех главных законов. Служи верно — так требуют lin’ya.

— Но… Кайране Эльтан говорил мне, что он чтит lin’ya. Почему же он не считает Нилана предателем?

— Говорил тебе? — подняла брови Мелана. — Когда же Кайране Эльтан говорил с тобой?

Софи вспыхнула. Боже, ну когда, когда она научиться придерживать свой болтливый язык!

— В… в Доме Решений, — пискнула она.

— В день его празднества? — уточнила Мелана, и Софи нашла в себе силы только понуро кивнуть. — Хм… о чем же он говорил с тобой?

— О… о Джоне.

— Ты тоже используешь эту кличку вместо его имени? — Мелана, казалось, огорчилась.

— Он сам так просил его называть. — Софи чуть не расплакалась от досады. Джон велел не произносить это имя, не говорить с Меланой об Эльтане и всяких семейных делах. Есть хоть одно наставление, которое она умудрится не нарушить!

— Все еще не готов принять себя таким, какой он есть, — вздохнула Мелана. — Печально. Кайране Эльтан в детстве был холоден с ним, и Линар решил, что это из-за него. Из-за того, каков он. Но это не так. Мой супруг очень любит своего брата, просто не может этого показать так, как следовало бы. Мужчины порой бывают очень упрямы, и им тоже не чужды страхи.

Софи глядела на нее с искренним удивлением. Это Эльтану-то, который вынул из живота клинок и не поморщился, не чужды страхи? Это он-то любит Джона? Ну конечно! Похоже, во всем, что касалось дорогого супруга, Мелана пребывала в счастливом неведении.

— Н-наверное, — сковано улыбнулась Софи.

Они поговорили еще около получаса. О Джоне, о погоде в Сиршаллене, о том, что Софи знала из эльфийского и немного о Сигайне, в которой родилась и выросла Мелана. Она пригласила Софи однажды посетить второй эльфийский град, и Софи с кислой улыбкой обещала спросить Шахране, возможно ли это.

— К моему сожалению, я должна идти. — Сказала Мелана. — Время, когда мой супруг возвращается в Сиршаллен, мне особенно дорого, и его так мало. Спасибо, что согласилась на встречу со мной.

— Что вы, это мне следует благодарить вас.

— Тогда я надеюсь продолжить наше знакомство. Я буду рада увидеться вновь. Когда это станет возможным, я уведомлю тебя письмом.

Софи вдруг поняла, что с ее временем и планами никто не считается, даже милая, улыбчивая, не заносчивая Мелана. Софи заставила себя улыбнутся и не принимать это на свой счет. Просто Мелана — Кайране. Важная персона, да к тому же у нее муж, может еще какие дела. А что у Софи? Рояль да книги? М-да, это и в правду всегда можно отложить.

— Хорошо. То есть… благодарю за внимание ко мне, только… Шахране говорил, что мы поедем к Владычице.

Мелана поджала губы и посмотрела в сторону.

— Вот как… Линар решил представить тебя. — Мелана как-то осторожно, почти воровато вздохнула. Явно через силу улыбнулась. — Надеюсь, что ты понимаешь цену слов, и своих, и чужих. Если бы ты спросила моего совета, то я осмелилась бы предложить тебе стать немой и глухой в доме Владычицы.

Софи с трудом удержалась от гримасы непонимания. Что? Она вечно чувствовала себя полной идиоткой среди эльфов и их путанных слов, и чувство это никому не могло быть приятным.

— Я… — протянула Софи. Она припомнила что представлять ее везут только по одной причине — как предлог для визита — и нахмурилась. — Благодарю за совет, — нашлась Софи.

Вдруг у двери, ведущей на улицу, произошло какое-то движение.

Кто-то пытался войти, Софи смутно разглядела сквозь стеклянные двери мужской силуэт, а перст Меланы, не позволял открыть дверь.

— Кайране, — сказал он. — Нам лучше уйти.

Мелана тут же поднялась и посмотрела на Синая. Тот подошел к двери и придержал ее рукой. Софи изумленно смотрела. Мелана тревожно кивнула Софи и ушла через соседнюю комнату со своим перстом. В дверях ее уже встречали сопровождающие женщины.

— Синай, позвольте мне войти, — раздался голос из-за двери. Мужчина говорил с твердо и в тоже время не грубо.

Синай взглянул на Софи.

— Закрой звезду, — сказал он тихо. — И молчи.

Софи тут же запахнула плащ и застегнула крючки.

Синай отпустил дверь. Мужчина открыл ее и вошел в библиотеку.

Софи сразу поняла, что он был человеком, хотя внешность имел довольно эльфийскую. Темные волосы были собраны в косу, лицо гладко выбрито, карие глаза светились спокойствием и достоинством. На вид Софи дала бы ему слегка за тридцать, однако в темных волосах проглядывала первая седина. Одет он был напротив подчеркнуто по-людски. Строгий костюм серого цвета, белоснежная рубашка и ботинки. Но поверх пиджака висел изысканный, явно эльфийской работы, амулет на длинной