Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

вчерашнему чуду особого значения, хотя это было невозможно в принципе. Умей он так пиздиться изначально, вся Толикова жизнь сложилась бы иначе. Никак не могло получиться, что он не думает о том постоянно. Хотя со стороны выглядело именно так.

Вызывало это столько недоумения, что Пашка уже к концу второго урока полез к нему в «мысли». И выяснил, что приятель следует выработанному за ночь плану. Полагал Толик, что был боевой машиной всегда, просто не догадывался это дело применять. Но решительно постановил, что мудилой из-за внезапного открытия не станет. Наоборот, выдумал себе Толик за минувшую бессонную ночь что-то вроде карьеры супергероя. Задумал защищать придурков вроде Лебедева и Завихренникова, ставить на место моральных уродов, до тех пор, пока авторитет вчерашней победы будет работать. В то, что подобное получится провернуть заново, Толик верил не до конца и проверять не жаждал, надеясь на славу.

А чтобы слава та закрепилась, следовало, по разумению Толика, делать вид, что ничего особенного не произошло.

Короче, опять его конспирологические теории и другая такая муть.

Историк нарывался на неприятности. На третьем уроке он внушительно напомнил Пашке о единице за свой дебильный марафон дат и о приближении конца года. Велел потратить ночь на то, чтобы напитать свою пустую голову историческими сведеньями из учебника.

За «пустую голову» Пашка не пожалел пятисот баллов и назначил историку в половине десятого вечера высыпать на макушку жены упаковку муки. Пусть себе развлекается. Может, вообще не явится завтра при такой петрушке.

Лидочка решила проводить диктант. Подумал Пашка загрузить себе идеальное знание русского языка, но оно стоило сто пятьдесят тысяч баллов. Потому просто назначил русичке проверить работу Соколова первой сразу после урока и поставить за неё пятёрку. А вместо диктанта с упоением описывал сиськи Мирошиной, хотя приложуха и обозвала за то бараном.

Обещанные за поездку на кладбище пять тысяч сильно пофиксили Пашкину бережливость.

Может, напереводить себе чужих денег и квартиру снять? И вообще надо бы доложить в коробку из-под фена украденное. За поход он умудрился растрынькать десятку (зато чувствовал себя оттого подлинным олигархом). Но, если снять Абдуловские сбережения, можно следы преступления замести. Только вот предки в коробку не лезли, а если полезут, это можно будет подправить. Например, назначить бате сказать, что он все деньги отдал Пашке осознанно, на карманные расходы. И пусть сидит и думает, на фига так сказал, как вон Лидочка, когда будет за порнографический очерк Соколову пятёрку ставить.

Пашка решил, что, разделавшись с кладбищенским квестом до конца (с завершением, понятно же, что ту землю тоже кому-то потребуется подсунуть, и как бы не опять Зинке), займётся приятностями. С Пионовой там куда-то сходит или даже съездит, или что-то такое. Как завещал Лавриков. А предков пока что будет игнорить и вырубать, если те в его новую жизнь лезть начнут. Тратить на них много баллов не станет. Пускай себе там чё хотят, то и вытворяют, лишь бы не трогали. Ну вот почему должен Пашка раскошеливаться на устранение батиного блядства? Ну не по хер ли Пашке? Так-то, даже если отец к этой шалаве уйдёт, теперь своему божественному сыну он тем не повредит. Или почему надо мамку защищать, если она такую жесть позволяет? Тоже, небось, не на ровном месте. Язык у мамки был длинный, характер – сварливый. Вот Пашкино это всё дело? Нормальные родители детей от своих разборок огораживают, вот что.

Лучше замутить что-то вроде Толикового фурора, чтобы и на Пашку окружающие начали смотреть с восхищением.

Но было лениво. И вообще, планировать великие дела мешало текущее задание.

После школы он вызвал мотор и поехал к аэропорту.

Терновское кладбище было огромным. Найти там могилу, координат которой прилога не предложила, казалось совершенно невозможным. Три раза Пашка прошёлся туда-сюда по разным аллеям, скользя взглядам по памятникам, но ничего подходящего не углядел. К тому же писали имена везде разными шрифтами, в разных местах – так и ослепнуть, блин, можно со своими поисками!

Ещё и замёрз порядочно. Трать потом баллы на лечение. Куртку, что ли, тёплую купить?

Спустя полчаса попробовал Пашка пойти к сторожу, или как это тут правильно называется.

В домике с надписью «Администрация» сидела жирная тётка с фиолетовыми овечьими кудряшками на башке. На Пашкин вопрос она ответила первым делом, что тут не справочная. Тогда посетитель предложил тётке астрономическую сумму в пару косарей Абдулова, и она тут же стала приветливой. Предложила чаю с печеньем и принялась возиться со своим видавшим виды компьютером. Через полчаса Пашка получил номер ряда и участков, где покоились Айвазовские.

Таких оказалось довольно много, и Пашка почти час искал Агнию Ауэзовну. Даже едва не отчаялся, но потом досмотрелся на потёртом памятнике с почти стёршейся когда-то позолоченной надписью до искомого.

Агния померла в 1965 году! Её могила обросла бурьяном и покосилась, за ней особо никто не следил, похоже, уже много-много лет. В эту оградку оказалось натыкано ещё целых пять более поздних захоронений. И ещё несколько Айвазовских имелись тут же в окрестностях, что и замедлило так сильно Пашкины поиски.

Присев на корточки, он с усердием выскреб карандашом немного земли из-под основания памятника и ссыпал в свёрнутый из тетрадного листка конвертик. Потом переписал информацию об Агнии: пятое июля 1890 года – семнадцатое февраля 1965. Бабке было семьдесят пять лет, она родилась ещё при царях! И уж точно никак не могла быть пользовательницей каких-то там приложений.

Означает ли это, что и Лавриков с «Дополненной реальностью» не баловался?

Пашка сел на лавку у ржавого столика и вбил ФИО Агнии с датами в поисковик, но не нагуглил о ней ничего абсолютно. На всякий случай пофоткал памятники Айвазовских и людей с другими фамилиями, захороненных в оградках с Айвазовскими. Самый свежий покойничек был 2010 года, Айвазовский Сергей Леонидович, проживший тридцать два года.

К чему разводить детективную деятельность, Пашка и сам не знал, но было ему очень уж интересно понять, за каким чёртом и по какому принципу всё-таки гоняет его игруха на кладбища Пензы. Какого-либо касательства до нового, последовавшего за начислением пяти тысяч баллов, задания это импровизированное расследование не имело. Задание же было следующее:

«32. Купи удобную шейную подушку для сна в путешествиях, распори на ней шов, всыпь землю из-под захоронения Агнии Айвазовской и зашей так, чтобы дыры не осталось. Награда – 900 баллов».