В холод - Нелл Уайт-Смит

я готов оказаться на его месте. Но я не на нем. Я там, где никто никогда за всю историю мира от самого его сотворения не сумел оказаться, как ни старался, сколько денег и технологий ни вложил, сколько жизней ни принес в жертву.

Меня не сломили «Бурые Ключи». Нет. Они проиграли. Они думали, что для того, чтобы меня уничтожить, нужно быть сильнее меня, но они ошибались. Они ошибались. Чтобы победить меня, нужно стать сильнее того, что уже пробовало сломить меня, но не смогло. Стать сильнее снежной бури. Стать сильнее бесконечного мороза. Сильнее бескрайних пустошей, где на каждом шагу трещины, уходящие на метры вниз. Вы можете это? Можете так? Можете?! Нет!

Я здесь. И я продвигаюсь вперед, к самой загадочной точке идущего мира, к двери, хранящей несметные богатства, но ведь не они важны. Главное то, что она — уже я. Моя цель — уже я. И нет в идущем мире силы, способной не дать мне добраться, не дать мне дойти. Я в пути. Мой брат не напрасно принял на себя вину за нас двоих. Пугало не напрасно умер. Ничто, ничто не напрасно.

Глава 42

Лейнаарр

Пятый день экспедиции

Базовый лагерь

Снег

Когда дверь в мортуарий открылась, я вздрогнула, осознав, что забыла оправдание, припасенное на случай, если буду застигнута, но внутрь прошел доктор Дрейрар. Я успокоилась. Ему не следовало врать, да у меня бы и не получилось.

— Вас ищет мастерица Трайнтринн, — сказал мне доктор и оценил, чем я занимаюсь. — Но я… вижу, что вы хотите сделать для нее особенный доклад.

Я улыбнулась, постаравшись принять невинный вид. Передо мной лежало по-прежнему спрятанное в ящик-гроб, но сейчас с отодвинутой крышкой тело господина Трайтлока. Над запястьем мертвеца трудился специальный геологический насос, созданный для извлечения образцов ликры из каменных карманов, где она затвердела со временем. У меня имелась совсем миниатюрная его версия для работы с кернами.

Принцип простой: механизм наносил немного свежей пустой ликры на затвердевшую, ждал немного, а потом тянул все, что удавалось, в себя. Часть затянутого выплевывал назад, добавлял еще немного чистой, ждал и повторял. Когда вязкость снижалась, он начинал тихонько перемешивать ликру.

В норме процесс занимал недели усердной работы, но для мертвого тела речь шла о часах. Часах, которые я и провела в мортуарии, стараясь успеть до похорон господина Мейвара.

— В ледяных кернах, — начала объясняться я перед врачом, — добытых господином Трайтлоком, я обнаружила включения войры. Чем дальше к краю мира, тем больше. О точной динамике речь не идет, но…

— Вы считаете, покойному мастеру Трайтлоку следовало бояться за свою жизнь?

Я улыбнулась в ответ, не решившись открыто обсуждать заговор.

— Так сказал Найлок, а он любит сталкивать лбами всех вокруг себя…

— …Но?

Доктор Дрейрар отдал знак указания взглядом, и я признала, что мне не удастся сделать вид, будто я из праздного любопытства беру на анализ ликру мертвеца.

— Схожесть и концентрация. Для того, чтобы узнать, убили господина Трайтлока или нет, я должна сравнить его ликру с ликрой големов, работавших здесь смену назад.

— Яд, — отдавая знак понимания, поджал губы врач. — Вы считаете, что из ликры снегоходных големов изготовили яд, имитирующий синдром каря мира.

— В лагере работают три снегоходных голема. Они прибыли после длительных тренировок с мастером Тройвином и заменили трех других механических сотрудников. Тех оттранспортировали на профилактические технические работы в большой мир вместе со всей их ликрой. Конечно, ее теперь на анализ не взять, но лед все помнит. В местах обычных стоянок големов небольшое ликроистечение нормально, так как постоянно происходит корректировка внутреннего давления железных вен.

— И вы успели получить эти образцы, — улыбнулся доктор.

— Да. Концентрацию проверить будет несложно, но для подтверждения идентичности потребуется много времени. Я введу оба восстановленных образца в свой собственный прибор, определяющий плотность льда по проходимости звука. Узнаю, справится ли он с ликрой, насыщенной таким образом…

— Госпожа Лейнаарр, но зачем?..

Вопрос доктора выбил меня из колеи своей прямотой, и я уставилась на него, только сейчас осознав в полной мере, как выгляжу — не спавшая ночь, промерзшая до дрожи в кернохранилище и мортуарии молодая женщина, с горящим взглядом рассуждающая о вероятном убийстве коллеги, который, очевидно, сошел с ума. Просто сошел с ума. Ужасно, трагично — но очень понимаемо в этом климате, вдали от обжитого мира. Не признак ли это начала моего собственного безумия?

— Я не считаю вас сумасшедшей. Официально, насколько это в границах моей власти… — отдал он мне знак, одинаково походящий и на знак принятия, и на знак беспомощности, и на извинение, — если вам понадобится медицинская лаборатория для ваших исследований, я буду рад вас принять. Но… есть ли у вас какой-то свой интерес?

— Его дневники наблюдений. Некоторые даты остались без записей. Мне показалось, что он вообще в эти дни не работал.

— Согласно медицинским записям, уважаемый мастер Трайтлок часто обращался к моему коллеге, дежурившему здесь до меня, с жалобами на головную боль. Он страдал от мигреней. Если вам посчастливилось не столкнуться…

«Головная боль»; «Черный зверь шел мимо точки забура»…

— У меня была однажды. Перед экзаменом. Я думала, я умираю.

— Тогда мне не нужно вам ничего пояснять. Он приходил ко мне и утром в день смерти, я дал ему лекарство. Итого у нас две гипотезы. Первая: господин Трайтлок нашел идеальный квадрат для поиска Хрустального Ока, и его убили за это, но мы не знаем кто — ни одной из корпораций, спонсирующих здешний лагерь, это не нужно. Если бы они знали, где искать город, то давно бы нашли. Или — он стал жертвой синдрома края мира.

— А что, если он решил обнародовать открытие? Если он решил сделать его нашим общим достоянием? Не корпораций, а научного… объединенного мира в целом?

— То есть вы думаете, что вся эта экспедиция с двумя дирижаблями, големами, группой господина Тройвина пришла сюда исключительно ради инсценировки самоубийства гляциолога и поиска результата его работы, а он сквозь смерть тайно передал его вам?

Я ответила дрогнувшим от холода и нервной дрожи голосом:

— Всё на это указывает.

— Это потому, что вы не выспались. Мне кажется, мастер Трайтлок нашел квадрат, где находится Хрустальное Око, но ему не хватило сил проанализировать и сопоставить факты из-за изматывающей головной боли, высасывающей из него силы.

— Но он остался. Остался еще на полтора года в этих условиях!

— Да, чувствовал цель, насколько она близка. Она жгла его. Корила