Американский вояж - Алекс Русских

на выяснение подробностей в Москве. Заодно договорились, что в договор о покупке прав на «Марсианина» войдет пункт о том, что перевод должен сделать автор. Оплата также пойдет государству, но три тысячи долларов я официально должен получить в самих США. Что делать — мне нужно легальное подтверждение доходов за рубежом. В принципе, пусть торгуются до двух, это не намного больше, чем советские командировочные, но зато не нужно потом будет объяснять, откуда у меня взялись деньги на подарки, когда возвращаться буду.

Закончили с делами, и Стафф попросил сына поставить ему на комп новую игрушку. У него тоже в комнате есть, он его в основном для бухгалтерии использует и в качестве продвинутого ежедневника с базой данных.

Ну, а я пошел опять работать. В воскресенье зайдет отец Дионисий, хочет меня увидеть. Да я не против, хотя и не могу понять, зачем я священнику понадобился.

* * *

Всю оставшуюся часть недели я работал все свободное время, тем более что никаких срочных дел пока не возникло. Спортом позаниматься можно и дома, тут и лужайка на улице и небольшой тренажерный зал, причем, хорошо оборудованный, а главное — бассейн длиной метров двадцать и шириной в пять, занимающий большую комнату. Вполне достаточно, чтобы иметь возможность всласть накупаться.

Пару раз ездил в Радио Шек вместе с приятелем — помогал ему в работе, но там ничего слишком объемного не было, за пару часов справлялись. Я все свои записи перепечатал и сейчас заканчиваю третий том «Пиратов», затем сразу же переключусь на «Поттера», «Философский камень» сам себя не напишет.

В пятницу я еще раз убедился, что мир, в котором я сейчас живу, не совсем тот, в котором родился первый раз. Впрочем, может, мы постоянно проживаем одну и ту же жизнь, но в разных мирах и не помним этого?

Дело в чем — ни о тетрисе, ни об Алексее Пажитнове в «Электроноргтехнике» слыхом не слыхивали. Вот тебе и раз, получается, я могу игрой свободно распоряжаться. А ведь это просто отлично, я даже предложил зарегистрировать компанию, которая так и будет называться «Тетрис». Я вполне могу вспомнить концепцию целой кучи игрушек, которых пока нет. Впрочем, пусть даже они есть, просто нужно проверять, реализовано ли что-то подобное или нет.

Что не очень хорошо — старший Стафф вместе с дядей Томом насели на меня, чтобы я объяснил непонятки с тетрисом. Пришлось выдумывать версию о том, что слышал про такую игру, но сам с разработчиком не встречался, а через третьи руки информация вполне могла быть искажена. Ну, а тот вариант, что я предлагаю, я полностью сделал сам на основе слышанной концепции.

— Но все-таки, такая игра уже есть в Советском Союзе или нет? — я так понял, данный вопрос в первую очередь интересовал Стаффа.

— Видимо, нет. В принципе тот, кто придумал идею, мог не суметь ее реализовать или просто забросил, не доделав. Так что можно считать, что игра полностью моя.

В общем, новой компании все же быть. Игру запатентуем на нее, что позволит застолбить права в США, а потом и в остальном мире.

Следующий сюрприз произошел в воскресенье, когда отец Дионичий, пришедший на обед, внезапно предложил мне креститься. Я от неожиданности чуть не подавился, но взял себя в руки и объяснил, что не имею ничего против, но только в том случае, если это будет сделано без огласки, так как пока открыто объявлять себя верующим в СССР нежелательно.

Батюшка отнесся к моим словам вполне благодушно, даже обрадовался моей рассудительности, покивал головой, сказал, что понимает. Ну, а почему нет, тем более что зарубежная православная церковь через несколько лет объединится с Московским патриархатом. А знакомства в здешней общине мне тоже не помешают. На роль крестного отца себя дядя Фома предложил, ну а кандидатура крестной матери будет оглашена позднее.

Я как раз утром в воскресенье закончил третью книгу пиратов, решив сделать настоящий выходной на весь оставшийся день. Так что после обеда мы отправились на аэродром и полетели на рыбалку. При этом я испытал нехилый такой когнитивный диссонанс. С одной стороны, советский опыт кричал, что расточительно из-за нескольких рыбин целый самолет гонять, пусть даже и маленький. А с другой я такой кайф получил от полета! И, в конце концов, за топливо платил не я.

Я думал, в Николаевск отправимся, но приземлились мы рядом с большой древней Нагильчик, как оказалось, она тоже русская, только язык здесь только старики знают, а те, кому младше сорока, только по-английски говорят. Да, оно и понятно, после 1917-го года русские школы на полуострове повсеместно закрыли, право на обучение было передано протестанским священникам. Но в центре деревни православный храм Преображения Господня все равно стоит.

Вообще, по российским меркам здешнюю деревню и деревней-то сложно назвать — уж больно она большая. Живет тут, как мне сказали, человек 800 примерно, но дома раскинулись так, что можно приличного размера городок уместить на том же месте. Без автомобиля тут никак не прожить, а то до сельпо пешкодралить замучаешься. Впрочем, тут огороды большие держат и охотой-рыбалкой занимаются, так что не так часто местным жителям лавка нужна.

Жаль, время прошло сезона ловли кеты, он 31 июля заканчивается, сейчас ее добывать уже нельзя. Почему жалею? Да узнал, что эти нехорошие люди, которых американами зовут, рыбу прямо на берегу рек потрошат и красную икру выкидывают вместе с кишками. Ну, вот это нормально? Убил бы сволочей, хуже извращенцев, чес слово. Эх, я бы ведерко набрал, да засолил. Трудно без икры жить, как по мне, буквально тяжело.

Ладно, приеду в Магадан, смотаюсь в Балаганное, прикуплю икорки. Сейчас у меня с этим проще — как-никак автомобиль есть. Это на мотоцикле в мороз не поедешь, а машиной — завсегда, пожалуйста.

А вообще на полуострове Кенай и не скажешь, что ты на севере — лес из огромных елей и тополей, травы на полянах — в рост человека, кусты бузины такие, что куда там тропическим лианам — никак не пройти, только прорубаться. А у нас в Магаданской области — лиственницы в три метра — уже ого-го какие высокие считаются, пять — за практически гигантские сходят. Пословица «елки-палки, лес густой» — натурально про наш край.

Ну, понятно, здесь намного теплей, тут погода больше напоминает южный Сахалин. Хорошие тут места, даже жалко, что продали настолько благодатные земли. Стал бы я тем, кто России Аляску вернул —