Алхимия секретов - Стефани Гарбер

– Потому что ты умираешь. Ты не находишь Сердце Алхимика, потому что оно спрятано не в этом отеле. Тебе приходит конец за одну минуту до полуночи, а в четверть первого время возвращается к кануну Хэллоуина, и все начинается сначала.

– Нет! – отшатнулась Холланд. – Я тебе не верю.

– Ты говоришь это каждый раз. А потом заявляешь, что твой отец не направил бы тебя на ложный след.

– Не направил бы! – воскликнула Холланд. Она верила во множество невозможных вещей. Верила во временные петли, магические артефакты и в воскрешение мертвых, но Холланд не могла поверить, что отец подвел ее.

Мейсон пожал плечами, как будто извиняясь, но Холланд не думала, что он действительно имел это в виду. Она не думала, что Мейсон испытывал что-то, кроме скуки и раздражения, из-за того, что ему снова и снова приходилось переживать одни и те же сорок восемь часов. Хотя Холланд все еще не была уверена, что верит ему.

– Ты считаешь меня придурком, – заметил Мейсон.

– Я этого не говорила.

– Мы уже говорили об этом, – напомнил он. – Я не знаю, как и почему возникают временные петли, но мне известно, что кровотечение из носа началось не сразу. Мы думаем, что это побочный эффект временной петли. Время хочет двигаться вперед, а поскольку этого не происходит, оно начинает ломаться.

Пока он говорил, Холланд почувствовала, как из носа скатилась капля крови. Она ждала, что Мейсон исчезнет, что библиотека начнет растворяться. Однако в итоге Мейсон лишь хмуро взглянул на нее.

Холланд поспешила вытереть кровь рукой в надежде, что это не испортит платье ее матери. Хотя, если Мейсон был прав, платье должно было волновать ее меньше всего.

– Почему у меня нет видения? – спросила она.

– Это не видения, а воспоминания о прошлых событиях, – сказал он. – Я не знаю, почему ты не видишь в них меня. Полагаю, это как-то связано с тем, что я существую вне времени. Я помню то, чего никто другой не помнит.

– Почему? – спросил Холланд.

– По той же причине, по которой я могу сделать это. – Мейсон оттолкнулся от книжной полки, сделал шаг и… исчез.

Холланд даже не заметила, как он прошел сквозь стену. Мейсон просто испарился, а затем появился снова, только медленнее, будто превращался из дымки в человека.

Холланд потянулась к руке Мейсона, но ее пальцы прошли сквозь него. Она внезапно осознала, почему Адам сказал, что Мейсон не может ни покинуть отель, ни использовать свои силы.

– Ты призрак.

Мейсон медленно похлопал, но, когда его ладони соприкасались, не слышалось и звука. Не будь разум Холланд разбит на миллион вращающихся кусочков, это по-настоящему удивило бы ее. Но то, что Мейсон оказался призраком, лишь соответствовало всем остальным тревожным подробностям этого вечера. Конечно, он был призраком, его брат – дьяволом, а Холланд скоро предстояло умереть. Хотя она была полна решимости изменить это.

– Если ты призрак, почему я слышу и вижу тебя?

– Потому что ты уже умирала.

Пусть Холланд все еще не могла осознать это, она хотела узнать больше.

– Сколько раз?

– Если расскажу, ты расстроишься.

– Я все равно хочу знать.

– Ты говоришь это чуть ли не каждый раз. – Мейсон прислонился к книжному шкафу.

– Сколько раз мы уже вели этот разговор?

– Не знаю. Много. Только иногда ход беседы меняется. Все зависит от того, уходишь ли ты с Гейбом, когда он находит тебя на парковке. Иногда ты убегаешь и натыкаешься на моего брата. Обычно это означает, что именно его ты передаешь в руки Профессора в Банке, а потом каким-то образом приходишь сюда с Гейбом. В такие вечера мы с тобой даже не разговариваем.

– Но я все равно умираю?

Мейсон мрачно кивнул.

– Как?

– Расскажу при одном условии. – Мейсон медленно шагнул к Холланд. Раньше она думала, что он выше своего брата всего на дюйм, но это оказалось не так. Разница была в два дюйма, а может, и больше. Пусть Мейсон и был призраком, его рост все равно впечатлял. – Если этим вечером ты найдешь Сердце Алхимика, я хочу, чтобы ты оживила меня и убила моего брата.

– Я не могу этого сделать, – покачала головой Холланд.

– Это ты тоже говоришь каждый раз. Но ты можешь. Уж поверь мне. Ты сама захочешь это сделать, как только я скажу, почему ты умираешь.

– Ты ошибаешься, – заявила Холланд. После всего, что она узнала сегодня вечером, Адам определенно занял место злодея, но она все равно не хотела его убивать. Она вообще никого не хотела убивать. – Думаю, мне пора.

– Мой брат, – бросил Мейсон.

Холланд застыла.

– Вот из-за кого ты умираешь. С того момента, как ты покидаешь эту комнату, и до полуночи тебя всегда убивает мой брат.

Глава пятьдесят вторая

Сердца Алхимика здесь нет.

Почти все слова Мейсона преследовали ее, но эти, пожалуй, были самым мучительными. Она не могла поверить, что отец подвел ее. Тем более Холланд не знала, где еще искать Сердце, если не в «Рузвельте», а в запасе у нее оставалось всего двадцать минут.

Вечеринка подходила к концу. Толпа поредела, так что Холланд было легче высмотреть Адама, а Адаму – высмотреть ее.

Холланд хотелось оказаться еще более шокированной предупреждением Мейсона, но, хорошенько поразмыслив, она почувствовала себя невероятно глупой из-за того, что доверилась Адаму. Теперь в запасе у нее оставалось всего девятнадцать минут. Должно же быть что-то, что она упустила.

Или же она что-то не так поняла. Отец написал: «У тебя уже есть все, что нужно. Осталось только это увидеть».

Что, если он имел в виду не подсказки? Что, если он намекал, что Сердце Алхимика уже было у нее?

Холланд совсем забыла о рюкзаке сестры, но внезапно его тяжесть на плечах стала весьма ощутимой. Холланд предпочла бы проверить его содержимое в уборной, но очередь в нее тянулась даже за дверью. Так что оставался темный уголок в игровой комнате.

Она осторожно расстегнула молнию. Холланд понятия не имела, как выглядит Сердце Алхимика, так что решила коснуться каждого предмета. Потянувшись к основному замку, она нащупала еще один, скрытый сзади. Потайной отдел.

Дрожащими пальцами Холланд открыла его. Внутри обнаружилась внушительная сумма наличных, поддельный паспорт и тонкое золотое ожерелье…

Шум вечеринки стих, стоило Холланд только дотронуться до цепочки. Магия. Холланд вытащила украшение и сразу же узнала его. Ожерелье Дженьюэри, похожее на то, что всегда носила сама Холланд. Сестра никогда не снимала его, так почему же теперь спрятала в сумке?

Повинуясь