Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

поняла, но поддержала меня с удовольствием. А когда я ей объявил, что через месяц полетим в королевство, вот тогда уж она в самом деле обрадовалась. Думаю, не тому, что мы полетим именно в королевство, оно ей было до лампочки, а тому, что полетим. Значит и ей удастся полетать, а вот это её и в самом деле обрадовало по-настоящему.

Жаль, конечно, что откладывается на неопределённый срок исследование систем, в которых я отыскал с помощью старых искинов что-то интересное, вроде разбитых кораблей или пиратских схронов, но это может и подождать. Ждали десятки лет и ещё подождут. Тем более, я процентов на девятосто девять уверен, что ничего там не найду. Как в прошлый раз. Но всё равно слетаю, но потом. Получить вторую категорию и гражданство для Линды сейчас важнее. Правда, ни в том, ни в другом я не уверен, но попытаться стоит.

Месяц пролетел довольно быстро, но суматошно. Для меня – так как я всё больше и больше нервничал. Я всё-таки опасался, что меня загребут во флот. Да и чёрт с ним, я уже не тот испуганный и ничего не понимающий парень, только появившийся в Содружестве, хотя и тогда я вёл себя в общем-то достойно и не шарахался от каждого шороха. Зато теперь, после жизни во фронтире, мне все эти страшилки про флот по барабану. Помыкать мной или относиться с презрением из-за того, что я из диких, теперь вряд ли кто осмелится – поставлю на место мигом. Это раньше я всегда пытался всякие недоразумения решить мирно, не прибегая к силе. Сейчас наоборот – сначала в лоб, а потом разговаривать.

Так здесь все такие, даже бесправные девчонки с дикой планеты. Не зря же меня когда-то предупреждал то ли Лик, то ли Бат не подкатывать к ним с нескромными предложениями. Могут и глаза выцарапать, а потом ещё будут относиться как к прокажённому. И их никто не осудит, а даже поддержат. Именно поэтому, как я слышал, в метрополии к тем, кто вернулся из фронтира, относятся с опаской, как к психам и отморозкам. Так что удивить или напугать меня чем-то трудно. А уж после того, как я побродил по разбитому кораблю, мною разбитому, среди разорванных в клочья тел – опять же мною, то есть моим снарядом, – то мне уже как-то всё фиолетово.

Но нервничал я не от беспокойства за себя, беспокоился я за Линду. Что с ней будет, если меня отправят на полгода инженером на какой-нибудь корабль? Гражданства-то у неё нет. Депортируют? А куда? Если она сможет вернуться на станцию, то ничего страшного, проживёт. Здесь всем по фигу это самое гражданство. Тем более она официально моя жена, так что в обиду её не дадут. Но сюда ещё надо добраться, всё-таки не ближний свет. Но и не лететь нельзя. Не могу же я сиднем сидеть на станции всю жизнь, боясь высунуть нос за её пределы. Вообще-то у меня в планах домик на планете на берегу озера и длинная безбедная жизнь в кругу семьи. А намеченные планы надо выполнять, с детства это усвоил.

Лететь я всё-таки решил не сразу в королевство, а сделать небольшой круг, всего в четыре дня. Через станционную сеть и так, поспрашивав знакомых капитанов, я выяснил, что чуть в стороне от прямого пути от нас в королевство находится очень большая станция. Расположена она прямо на границе королевства и фронтира и выполняет роль распределительного узла, через который из королевства летят корабли в основном в Конфедерацию или в их фронтир. Оттуда же корабли летают и в республику, но, естественно, реже.

В общем, станция очень большая, для наших мест, конечно: постоянных жителей больше миллиона, да транзитников не меньше. Вот на этой станции есть крупный сертификационный центр, где можно получить сертификат инженера. Юристов там тоже полно, на любой вкус, потому как станция находится ещё в королевстве, хоть фронтир, как говорится, можно в окошко увидеть. Вот туда я первым делом и отправлюсь. Попробую там получить вторую категорию, пообщаюсь с профессиональными юристами. Если уж совсем глухо будет, то развернусь и улечу на свою станцию. А потом придумаю что-нибудь – безвыходных ситуаций не бывает, я это точно знаю.

Глава 14

Вылетали с раннего утра. Всех своих клиентов я предупредил, что меня не будет около двух месяцев. Да, собственно, и предупреждать никого не надо было, все и так знали и куда я лечу, и зачем я лечу. Я ведь многих капитанов пытался растрясти на информацию. А станция у нас вроде и немаленькая, но почему-то все про всех всегда знают. В общем, большая деревня. Да я и не скрывал ничего. А что скрывать? Лечу сдавать экзамены на вторую категорию инженера. Попутно попытаюсь сделать гражданство своей жене. Всё ясно и понятно. А самое главное – для пиратов я совсем не интересен. Товара никакого не везу, а захватить меня, чтобы потом использовать как раба-специалиста, не удастся, не дамся.

Все на станции почему-то считали меня полным отморозком, ни в грош не ставящим ни свою, ни чужие жизни. Это аукнулась та встреча с пиратами, когда я на своём фрегате как бешеный накинулся аж на четыре пиратских корабля. Говорить кому-то, что я это сделал с испуга и отчаяния, я, естественно, не стал, а только скромно переводил разговор на другую тему. Вот такой я скромный, но безумно храбрый герой. Аж самому смешно. Но смеюсь я только про себя и когда никто не видит. Имидж героя разрушать нельзя. Мне от такого имиджа кругом польза: и относятся ко мне и моей жене со всем уважением, и, главное, теперь на ремонт свои корабли наёмники стараются ставить в мой док, как к своему. А ремонт – не обслуживание, деньги совсем другие.

Диспетчер пожелал нам счастливого пути и удачи, и мы встали на разгонную прямую. Пилотировала, конечно, Линда. Отказать ей я никак не мог. Она, естественно, не упрашивала и не скандалила, но смотрела такими глазами, что сказать что-то против у меня бы язык не повернулся. Вот уж кто настоящий пилот. Во всяком случае, в будущем. Она осилила только половину пилотских баз в пятом ранге, но пока будем мотаться, освоит и остальные. Это я стал пилотом по необходимости, да и не очень мне эта профессия и нравится. А вот она – наоборот. Нет, и к профессии техника и медтехника она относится очень