Землянка для наемников - Тина Солнечная

— Ну уж нет! — фыркнула я, вспоминая, как нелегко мне даётся даже один перелёт, а с малышами…

— Тогда остаётся один вариант, — улыбнулся Келлар. — Нам нужно купить дом.

— Я не хочу другой, — покачала головой. — Мне нравится этот. И вы тут уже стены в детской покрасили. Мне кажется, он уже наш.

— Вот и мы так подумали, — отозвался Риан, нежно коснувшись моего живота. — Так что… мы говорили с владельцем. Думаем выкупить именно этот дом. Чтобы он стал нашим — официально. Навсегда.

Я вдруг поняла, как много всего они делают ради меня. Ради нас. Какие они у меня замечательные! И не смогла сдержать слез, чертовы гормоны!

* * *

Когда сообщение пришло, оно выглядело как и любое другое: сухой, официальный слог, координаты, дата, подпись.

«Вы обязаны явиться на собеседование с представителями Альянса в территориальном управлении Ранкара. Неявка будет рассматриваться как нарушение межпланетных норм.»

Я стояла с этим сообщением в руках и чувствовала, как живот сжимается от тревоги. Мужья тут же окружили меня. Не паниковали. Не кричали. Но в глазах каждого читалась тревога.

— Я поеду, — сказала я тихо. — Одна. Я должна. Все будет хорошо. Правда же?

— Всё будет хорошо, — первым отозвался Келлар. Он подошёл ближе и крепко обнял меня, уткнувшись носом в мои волосы. — Но если хоть что-то пойдёт не так, мы прилетим туда раньше, чем они успеют произнести «депортация».

— Мы за тобой придём, — серьёзно сказал Саэт, подходя с другой стороны. Его голос был ровным, почти холодным, но в глазах полыхало.

— Только попробуй вернуться без нас, — шепнул Риан, целуя меня в висок. — Или не вернуться вовсе.

— Мы справимся, — тихо сказал Дрейан. — Ты не одна.

— А мы даже торт испечём, когда ты вернёшься, — хмыкнул Вэлк, пытаясь разрядить обстановку.

Я усмехнулась. Но внутри всё дрожало.

— Я поеду. И вернусь. Я вам обещаю, — выдохнула я и провела рукой по животу. Малыши, словно почувствовав мой страх, будто отозвались тихим покалыванием. — Мы обязательно вернёмся. Все трое.

Здание управления Альянса отличалось от ранкарской архитектуры — слишком угловатое, слишком холодное, будто вырезанное из чужого мира. Меня встретили трое представителей. Один был в форме, двое других — в длинных мантиях со знаками дипломатической службы.

— Виола с Земли, — начал мужчина в центре, самый старший, с серебристыми волосами и сухим голосом. Он не поднял взгляда от планшета, словно я была лишь пунктом в его повестке. — Ваша временная регистрация была выдана исключительно для разрешения срочной ситуации на станции. Но, согласно отчётам, вы не покинули планету в оговорённые сроки и остались на территории Ранкара без официального статуса. Вы подтверждаете это?

— Подтверждаю, — тихо ответила я, сжимая руки на коленях.

— Вы знали, что нарушение сроков временной регистрации квалифицируется как попытка незаконного пребывания на территории Альянса?

— Да.

— Значит, вы сознательно пошли на это, — подала голос женщина слева. Её голос был мягким, почти ласковым, но в нём сквозила холодная оценка. — У вас нет постоянной занятости. У вас нет подтверждённой квалификации, признанной в пределах Альянса. Вы не в состоянии обеспечивать себя. Это делает вас… обузой для принимающей планеты. Так считает Совет.

— И вы… — вмешался третий представитель, молодой и резкий, с острым взглядом, — … зарегистрировали нелегальный брак. Брак, заключённый в нарушение общих положений. По вашей системе вы — супруга пяти ранкаров. По нашей — не являетесь супругой ни одного. Вы подтверждаете, что проживаете с ними?

— Подтверждаю, — я выпрямилась. — Я их жена. По их законам. По их выбору. И по своему тоже.

— То есть, вы признаёте, что сознательно обошли протоколы Альянса?

— Нет, — покачала я головой. — Я не обошла. Я… просто не могла иначе. У меня не было выбора.

— Но вы его не искали, — холодно сказала женщина. — Вы не подали ни одной заявки на продление статуса. Не запросили убежища. Не заявили о намерении остаться официально.

— Потому что всё происходило быстро. Я была под угрозой возвращения — и меня спасли.

— Спасли? — мужчина с планшетом поднял бровь. — Вас похитили с вашей родной планеты. А затем, как утверждают ваши спутники, вы добровольно остались. Это вызывает серьёзные сомнения в правдивости истории.

— Я осталась по любви, — произнесла я. — По выбору. По желанию. Они — моя семья. Мои мужья. Я не пыталась обмануть систему. Просто хотела остаться там, где моё сердце.

— Слова о любви не освобождают от закона, — отрезал молодой. — Скажите, Виола… вы беременны?

Я напряглась, но не ответила сразу.

— Прошу прощения? — спросила я, чтобы выиграть секунду.

— В отчётах с медицинской станции указаны визиты, совпадающие с вашим именем, и заказ рецептов витаминов, рекомендованных при вынашивании двойни. Вы можете это подтвердить?

Настала пауза. И я поняла — вот он, момент.

— Можете подтвердить, что беременны? — снова спросила женщина слева, уже мягче, но с не меньшей настойчивостью.

Я выдохнула.

— Да, я беременна. У меня двойня.

— Когда именно это произошло? — быстро подал голос мужчина в центре. — Уточните, пожалуйста, дату. Потому что если беременность наступила на территории Ранкара, — он прищурился, — это может быть расценено как попытка закрепиться на планете с помощью беременности, а значит — мошенничество.

Я не сдержалась и хмыкнула.

— Простите, но вы всерьёз думаете, что я… рассчитала всё до дня? Что мне просто захотелось сыграть в такую опасную игру?

Я посмотрела на них в упор.

— Я узнала о беременности почти сразу после прилёта. Это не была часть плана. У меня не было никакого плана — кроме остаться рядом с людьми, которых я люблю.

Женщина переглянулась с коллегами.

— У вас есть медицинские заключения?

— Есть. Дата зачатия — ещё до получения временного ID на станции. На тот момент я уже носила детей.

Они проверяют что-то в планшетах. Тот, что помоложе, сжав губы, говорит:

— Вы утверждаете, что беременность наступила вне планеты?

— Не утверждаю. Подтверждаю. Есть документы с печатями станции, где мне выдали тест и сделали первичное УЗИ. Попросите их, если моим словам недостаточно.

— Мы запросим, — кивнул старший.

— А пока? — я подняла подбородок. — Меня всё ещё планируют депортировать?

Небольшая пауза. Потом женщина произнесла:

— Нам нужно время. Мы свяжемся с Советом Ранкара и получим медицинское подтверждение. Пока — вы остаетесь на территории планеты. Но под наблюдением.

Я кивнула. Пусть будет наблюдение. Главное — остаться с ними.

Оставшиеся две недели стали для меня самыми длинными в жизни.

Я старалась держаться, улыбаться, жить как раньше — но внутри всё стягивалось в узел. Словно на каждый вдох требовалось разрешение. А ответа всё не было.

Каждое утро я