Полая Земля - Руди Рюкер

глядя по сторонам. Вода была наполнена преломленным розовым светом, вокруг туда-сюда сновали рыбы. Чуть ниже я увидел что-то блестящее – металлический корабль, по форме напоминавший круглую чашку, перевёрнутую и положенную на блюдце. Тут у меня кончился воздух, и пришлось грести к поверхности.

Из‑за своего веса предмет имел обыкновение дрейфовать к центру моря, но, как выяснилось, чёрные боги время от времени забавлялись тем, что вытаскивали его наверх. Он был сделан из сплава, совершенно не подвластного разрушению водой. Чёрные боги уверяли, что каждый раз, когда они поднимали его с глубин, он блестел так же ярко, как и прежде. Заметив наш интерес, они искусно закрепили свои плетёные верёвки в отверстиях на «белке» яичницы и потащили её к поверхности воды.

Пока яичница поднималась, Эдди поделился со мной своим мнением: он считал, что Великие Древние прилетели на ней из какой-то далёкой звёздной системы. Теперь, когда они превратили его в чернокожего, он считал их порочными и злыми существами, а потому ему было куда комфортнее думать о них как о чём-то чуждом естественному порядку вещей. Наконец яичница с плеском вырвалась из водного плена.

Мы с Эдди подплыли к ней и продели мой шёлковый канат сквозь отверстия в ободе аппарата, чтобы помочь чёрным богам преодолеть силу поверхностного натяжения воды. Хотя обод отливал металлическим блеском, на ощупь его вещество казалось скользким, будто промасленная ткань. По ободу шла филигранная гравировка – узор из иероглифов, настолько странных, что их невозможно было разобрать. Дружной толпой мы отбуксировали сверкающую яичницу по воздуху к удобному местечку на травянистом берегу острова. У судна были иллюминаторы с толстыми стёклами и открытый проём люка. Он имел прямые боковины и закруглённый верх – точь-в-точь как арочный проём над судовым трапом. Ни двери, ни крышки люка видно не было. Внутри яичницы всё ещё оставалось изрядное количество воды. Чёрные боги показали нам, как выгнать воду наружу и как закрепить эту штуковину в траве. Они занимались этим раз или два в год ради развлечения.

Внутреннее пространство корабля было почти полностью опустошено. Там были три разбитых подставки, на которых, должно быть, стояли сиденья, а также ниша, в которой могли находиться двухъярусные койки, как на «Осе». За нишей была переборка, отсекающая треть полусферической выпуклости корабля – я предположил, что в запечатанном отсеке могла находиться печь для выработки подъёмного газа. По обеим сторонам корабля были иллюминаторы, а прямо перед сиденьями – вытянутое окно, забранное толстым стеклом. Под окном располагалась наклонная панель с обломками того, что некогда служило рычагами управления. Наблюдатель рассказал, что предки чёрных богов отломали и утащили все детали, что смогли приспособить под украшения. Кабину украшали многочисленные иероглифы: круговой фриз шёл по стенам, а возле каждого изувеченного рычага управления были выгравированы иероглифы в овальных картушах. На некоторых иероглифах, казалось, были изображены увенчанные веерами туловища-бочонки Великих Древних; другие же напоминали ту бедную раздвоенную редьку – Человека[31]. Неужели Человек и Великие Древние управляли этой яичницей сообща?

Эдди был очарован.

– Какое невероятное ощущение древности, – размышлял он вслух, проводя чёрным пальцем по скользкому металлу – если это вообще был металл. – Ты чувствуешь это безмолвие, Мейсон? Словно в крипте собора или в гробнице в самом сердце великой пирамиды. Осквернённый храм неведомого, безумного бога. Платонов миф об Атлантиде – возможно, это вовсе и не миф.

Охваченный лихорадкой любопытства, Эдди принялся разглядывать иероглифы и что-то бормотать себе под нос. Его разум так и кипел символами и теориями. Спустя полчаса чёрным богам это наскучило, и они неспешно уплыли прочь. Я остался с Эдди, желая узнать, к чему приведут его изыскания. Арф тоже вертелся здесь, хотя Силла ушла вместе с богами.

Я задремал, а когда проснулся, Эдди стоял на цыпочках у открытого люка.

– Смотри, Мейсон, смотри! – Он провёл пальцами по потолку быстрым, цепляющим движением, и стены вокруг люка сомкнулись, закрыв отверстие. Ещё одно движение руки Эдди – и люк снова открылся.

– Я торжествую! – воскликнул Эдди. – Мне всё равно, будут ли читать труды моего самозванца вместо моих. Я украл золотой секрет египтян. Эта дверь откроет нам путь на Зеркальную Землю, к этому шарлатану Зеркальному По. Я дам волю своей священной ярости!

13. Сквозь веретено

Следующие шесть недель Эдди провёл внутри «яичницы». Его не просто завораживала неразгаданная тайна иероглифов – ему нравилось держаться особняком от всех нас. Возможно, поначалу он думал, что нахождение внутри поможет ему снова побелеть, но на самом деле розовый свет без труда проникал сквозь иллюминаторы корабля и заполнял все закоулки кабины. Арф, которому надоело улетать в небо и ждать, пока его вернут на землю, большую часть времени проводил либо в «яичнице» Эдди, либо в густой траве под ней. Время от времени волны неожиданно захлёстывали сушу, и тогда Эдди с Арфом по-собачьи барахтались в воде прямо над своим обиталищем, пока она не спадала. Пока что привязи «яичницы» держали крепко.

Изредка я навещал Эдди, но большую часть времени мы с Силлой и Отой развлекались с чёрными богами. Мы обменивались мыслями, предавались любви, плавали и ныряли в чудесных прозрачных морях; Наездник Света учил нас летать на разогретых световых потоках, а ещё мы помогали в их бесконечном труде – таскали наверх мусор для кормления свинокреветок. Следующий этап моего путешествия начался в конце июня 1837 года.

Мы с Силлой только что пережили особенно романтический момент, а после погрузились в тот блаженный сон, что всегда приходит после бурной страсти. Проснувшись, мы узнали, что, пообщавшись с помощью текелили, наши близкие друзья из числа черных богов собрались взять нас с собой поохотиться на свинокреветок. Поскольку запасы кожи и вяленого мяса подошли к концу, было решено попытаться добыть сразу двух свинокреветок, если получится, – хотя убить больше одной за день бывало непросто. Обычно при первом же запахе крови всё стадо бросалось наутёк, уносясь на противоположную сторону ожерелья Бесчисленных Морей.

Мы собрались, чтобы искупаться и поесть сладких, несколько клейких зёрен, собранных с местной травы. Охотница на свинокреветок как раз обучала Оту младшим арканам своего ремесла, и тот горел желанием проверить новые знания на деле. Он попросил одолжить ему большой нож, доставшийся мне от Питерса, и я отдал его. Затем мы все взялись за руки, и Наблюдатель подключился к ментальной сети Великих Древних. Эта обострённая способность проводить мысли Текелили была развита у него