Направо от Юпитера - Матвей Геннадьевич Курилкин

Без браслета с картой мгновенно стало неуютно. Впрочем, примерную планировку станции Макс уже изучил, так что общее представление о том, куда нужно идти, у него было. Намётанным взглядом он нашёл панель, ведущую в технические помещения. Вскрыл, благо здесь авторизации не требовалось.

— Блин! А как мы в корабль-то войдём⁈ Без браслетов же не пустит!

— У меня доступ без всяких браслетов, и его не заберут. По крайней мере, на этой станции, — объяснила Сора. — Так что теперь вам придётся беречь меня посильнее. Это ещё что за гадость⁈

Это она влезла в технический тоннель вслед за Максом, и тут же вляпалась перчаткой в стекающую по стене смолу. На этот раз — не едкую, но зато светящуюся зеленоватым светом. Макс такую тоже ещё не видел.

— Вероятно, станция довольно сильно повреждена из-за непрофессиональных действий охранника, — предположил нейроумок. — Помните, когда браслеты снимали, они продолжали сигнализировать об аварии. Наверное, это — её следствие. Я думаю, нас до сих пор не поймали, потому что основная часть персонала станции занята ликвидацией последствий. Всё-таки мы там что-то серьёзно повредили. Но не переживайте, миледи Сора! Даже если нас кто-нибудь найдёт, мы вас обязательно защитим!

— Слушай, с ним что-то не так? — Обратилась Сора к Максу. — Почему он такой странный?

— Нормальный он, — отмахнулся Макс. — Ты бы лучше под ноги смотрела! А ты, Вань, заткнись, пожалуйста. Подумай, как нам до истребителей добраться, и так, чтобы не выходить в жилые коридоры. Эх, обойтись бы техническими, да только я карту не помню.

— Я помню! — Ивана отповедь Соры вообще не обидела и не сбила с радужного настроения. — Нам сначала нужно дойти до основного ствола — который с лифтами, потом спуститься… в общем, давай я первым пойду? Уважаемая Сора, вас не затруднит чуть сдвинуться в сторону?

Этот тоннель был довольно тесный, поэтому протиснуться было действительно сложно. Заметив, как сильно Иван покраснел, протискиваясь мимо фигуристой девицы, Макс с трудом удержался, чтобы не побиться головой об стену. Время утекает! Того и гляди облаву устроят, если уже не устроили! Неизвестно, получится ли вообще сбежать, или их тут грохнут — землян-то никто в тюрьму сажать не станет! А этому — хоть бы хны, и все мысли явно не о побеге!

Очень хотелось высказать Ивану всё, что он о нём думает, но не захотел смущать.

— Вань, сосредоточься. Если ты нужный поворот пропустишь, нам точно не жить. И, возможно, Соре — тоже.

— Нет, что ты! Как я могу пропустить нужный поворот! Я ведь помню схему технических ходов. Ты же знаешь, у меня отличная память!

Это да, в этом Ивану никак нельзя было отказать. Что-что, а запоминал он просто отлично.

Этим маршрутом они ещё не ходили, и в порядок не приводили, так что было опасно. То с потолка что-то сыплется, если неудобно шевельнёшься, то льётся какая-то гадость прямо на голову, а то и вовсе очередной переход, который был на карте, уже давно зарос и приходится искать обходной путь. И всё это — так быстро, как только возможно, бегом. Макс очень надеялся, что они успеют раньше, чем атланты сообразят, где они точно появятся.

— Да сколько можно? Вы что издеваетесь? — Злилась девица, поймав головой несколько капель едкого сока. — Специально меня в какую-то задницу завели⁈

— Это вы издеваетесь, — проворчал Макс. — Какого хрена у высокоразвитой цивилизации станция на ладан дышит? Всё рушится, всё старое, всё того и гляди рассыплется нахрен и убьёт всех, кто здесь копошится!

— Высокоразвитая цивилизация, как же, — хмыкнула Сора. — Мы воюем две сотни лет. Причём сто пятьдесят из них — после того, как атлантида признала поражение и приняла внешнее управление от Содружества.

— Как же вы тогда воюете, если у вас внешнее управление от содружества? — Не понял Макс.

— Как-как, — поморщилась Сора. — Повстанцы мы. Ай, ладно, какие, нахрен, повстанцы? Только и название, чтобы молодые дураки вроде меня велись и записывались в великую Армию Атлантиды. Всё у нас великое. А на деле — просто кучка бандитов. Великий господин, вроде, сынок прежнего главы Атлантиды, покойного. Успел сныкать где-то небольшой флот, остатки сторонников, и ушёл в дальние регионы. Тогда это называлось — «на переформирование». Последняя успешная акция — это как раз захват вот этой самой станции. У атлантиды, между прочим, захватили, не у Содружества. И ведь знала же, когда вербовалась, но почему-то не соображала, идиотка тупая, что мне лапшу на уши вешают! Мы с Содружеством и не воюем толком, в основном — с «предателями и изменниками». Налёты, грабежи, захваты кораблей. Когда эту станцию свистнули, Великий Господин уверял, что теперь-то всё наладится. Восстановим Великую Армию до прежних количеств, конечно.

— Тьфу, так вы простые пираты, получается⁈ — Дошло, наконец, до Максима. Все странности мгновенно получили простое, логичное объяснение. Удивительно, как он сам до сих пор не догадался. Это просто пираты. Нет никакой великой Атлантиды, есть кучка бандитов, которая живёт с того, что грабит всех, кого видит под благовидным предлогом. И не очень успешно грабит, судя по всему.

«И наверняка с ними даже никто не воюет по-настоящему, — сообразил Макс. — Вот почему им так нужно пушечное мясо, потери-то дикие, а восполнить негде. А ещё я не удивлюсь, если у этого Великого Господина есть и другая жизнь где-нибудь в этом их Содружестве. Или Атлантиде — той части, которая не воюет и признала поражение. Интересно, сама-то Сора это понимает?»

Они, наконец, добрались до знакомых мест. Здесь Макс уже и сам смог понять, куда идти, да и сильных подлянок можно было не ждать.

— Всё, кажется, добрались, — прошептал Макс. — Ангар…

— Стой, что? Ангар⁈ — Сора посмотрела на него, как на полного идиота и перехватила за руку — Макс как раз хотел открыть перегородку, но она ему не дала. — Вы привели меня в ангар⁈

— Ну да… — Макс невольно старался говорить тише.

— Вы что, идиоты⁈ То есть вот это ваш план? По-вашему, что, здесь будет плакат «Добро пожаловать»? Да они здесь в первую очередь всё перекроют! Я удивлена, что нас ещё тут, в технических тоннелях не перехватили!

— А что ты предлагаешь? Улететь на своих двоих, маша крыльями?

— Максим, мне