Направо от Юпитера - Матвей Геннадьевич Курилкин

— Но Макс, а вдруг… — начал было что-то говорить Иван, но они уже добрались до переборки, которой раньше в этом месте не было. Более того, переборка оказалась закрыта, а в самом центре светился символ ладони. Макс такие уже встречал, в особо охраняемых местах. Соваться к этим символам настойчиво не рекомендовали атланты.

— Да, пожалуй, ты прав, — покивал Макс, замерев на месте. — Что-то мы тут задержались. Давай назад отходить.

Он изо всех сил надеялся, что не пересёк черту, которая ограничивает область действия охранной системы. Правда, надежда была слабая. Если бы не пересёк — на переборке не светился бы символ ладони для авторизации. Он включается только при приближении кого-то к двери.

— Что⁈ — опешил Иван, и тут увидел символ. И тоже замер.

«Наверное, ему вспомнилась демонстрация», — понимающе вздохнул Ермаков.

Инженер атлантов как-то показывал, что будет с тем, чьих данных не будет в списке разрешённых. Это ведь только кажется, что стены вокруг монолитные. На самом деле при необходимости оттуда могут выметнуться как гибкие лианы, так и острые шипы. Даже такие, которым атлантская спецовка будет на один зубок. В общем, зрелище тогда было впечатляющее, и сейчас Макс молился всем богам, чтобы охранная система не потребовала обязательной попытки авторизации. Это ведь смотря как она настроена. Если параноидально — то точно не отпустит.

— Вань, ты там как, отходишь?

— Ага, — откликнулся нейроумок. — Как думаешь, насколько далеко распространяется область действия системы?

— Ну вот сейчас и узнаем, — покивал Макс, и тоже начал отступать назад в любой момент ожидая срабатывания охраны. — Что ж нам как не везёт-то?

Глава 20

Максим Ермаков, жук короед

Макс медленно-медленно отступил. Пара шагов, и в душе начала разгораться надежда, что прокатит. Если охранная система их отпустит, то, считай, легко отделались. Непонятно, правда, как пробираться в тюрьму, но сейчас бы выжить.

На третьем шаге раздался предупредительный сигнал, а знак ладони впереди начал настойчиво мигать. Дескать, куда пошёл, дорогой гость? Раз уж ты пришёл, то авторизуйся. Уходить, не представившись, нехорошо!

— Ага, — весело сообщил Ермаков то ли Ивану, то ли самому себе. — Это значит, что система всё-таки настроена на параноидальный режим безопасности. С чем я нас и поздравляю.

— А у нас есть план, что делать, если она на такой режим настроена? — Спокойным голосом поинтересовался Иван.

— Не-а. — Максу почему-то стало смешно. Вот почему он такой идиот? Ну ведь предполагал же, что всё будет несколько сложнее. — Попробуй ты уйти. Ты дальше стоишь.

— Куда? — Не понял Иван.

— Ну не знаю там, пивка попить, или с девчонками пообщаться. Что за вопросы? Куда-нибудь нахрен отсюда! Потому что как только я попытаюсь авторизоваться, эта хрень меня убивать начнёт. Ну, или зафиксирует, зависит от настроек. Сам же слышал, что нам инженер рассказывал.

Иван осторожно шагнул назад, потом ещё и ещё. А потом символ ладони на плотной мембране замигал часто-часто и уже на следующем шаге заверещала сирена. Недовольный рёв ввинтился в мозг. Макс рефлекторно дёрнулся бежать, но из стен выметнулись щупальца. Сразу несколько. Своих Ермаков не видел, зато видел, как Ивана уже на самой границе действия охранной системы ухватили за ноги и дёрнули, заставляя свалиться на пол. Нейроумок скрёб руками, пытаясь задержаться, но тщетно — его тянуло назад.

— Ай! Отпусти! Отпусти, негодяй! — Как-то жалобно воскликнул Иван. — Помогите!

Но помочь ему было некому. Сам Максим к этому времени уже висел, распятый несколькими щупальцами. Он матерился, как сапожник, пытался выкрутиться, но тщетно, гибкие зеленовато-коричневые шланги оказались слишком сильны.

— Твою мать! — Макс пытался дотянуться до пояса, где у него висел резак. Бесполезно, пересилить гибкую гадость было невозможно. Казалось, чем сильнее пытаешься выкрутиться, тем сильнее сжимают гибкие щупальца. На секунду Максу всё-таки удалось освободить правую руку, но его тут же схватили снова. Тентаклей было слишком много, а потом Макса с одной стороны схватили за ноги, а с другой начали сдавливать шею. — Кха… долбаные тентакли…

Говорить он ещё мог, но двигаться теперь не получалось вовсе. Его распяли во все стороны, как какого-нибудь конокрада в древней Америке, и у Макса создавалось полное ощущение, что ещё чуть-чуть — и его четвертуют. Суставы скрипели, вот-вот начнут выворачиваться. Но от вывихов костюм пока защищал, хотя и плохо. А вот хватка на шее всё сильнее сжималась.

— Задушит щас… Или изнасилует… сука….

Сил не хватало чтобы двигаться. Иван несколькими метрами дальше пока что оставался относительно свободен. Он извивался, как червяк, не давая захватить шею, правая рука уже была связана, а он всё пытался оторвать свободной левой щупальце.

— Кха… что ты творишь! — Проскрипел Макс. — У тебя резак на поясе!

Тщетно, напоминание запоздало. Нейроумок успел схватить резак, но ему уже и левую руку обвили. Короткий конус пламени вырвался из раструба, и Макс вдруг вспомнил старый-старый фильм про войны в какой-то далёкой галактике. Похоже на мечи, которыми там размахивали герои, только куда короче. Скорее — короткий кинжал. Слишком короткий. Одно щупальце Иван всё-таки смог срезать, но на его место тут же выметнулось второе.

— Сука. Как так-то⁈ — Страшно почему-то не было. Зато было очень обидно — сдохнуть вот так было бы невероятно глупо.

Щупальца обвивались всё плотнее. Рук и ног Макс уже и не чувствовал толком, но его это совершенно не беспокоило, потому что в глазах начинало темнеть от нехватки воздуха. Спецовка более-менее защищала, особенно в месте стыка со шлемом, но спецовка — это не скафандр. Соединение всё сильнее проминалось внутрь. И щупальца не думали останавливаться на простой фиксации. Тянули в разные стороны. Искали щели в прочной ткани, а то и пытались проделать дыры, чтобы добраться до тела.

Макс изо всех сил пытался извернуться. Сделать хоть что-то. Всё, чего он смог добиться — это выдернуть одну руку из рукава. Сначала обрадовался своей удаче, потом разозлился. Даже подставить освобождённую руку под сжимающееся на шее щупальце не вышло. К тому же он понял, почему у него получилось — его в тот момент просто перехватывали, чтобы затянуть подальше. Туда, где тентаклей было ещё больше.

Гаснущим зрением он увидел рядом Ивана. Того тоже тянули в место сосредоточения щупалец, только головой вперёд, и лицом вниз. И он тоже боролся изо всех сил,