Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Толик выглядел как-то иначе, и, присмотревшись, Пашка понял, что друг ощутимо схуднул. Пока видел его каждый день, не замечал, а сейчас прям наглядно. Лицо особенно изменилось, не напоминал уже Толик поросёнка Пяточка из мультфильма.

Поэтому, что ли, такой довольный?

Диалогу помешало начало урока. Но вот после звонка узнал Пашка об удивительных вещах!

– Короче, не болел я, – сообщил Толик перед литературой. – Вообще дома не был, типа у тебя ночевал.

– Так, – заинтересовался Пашка. Это было что-то новенькое.

– Когда ты свалил после уроков в парк с Люськой, я чутка обиделся и решил зарулить в мак, успокоить нервы. Там было не протолкнуться, так что я взял жратвы с собой и устроил пикник во дворе, который, знаешь, где площадка со ржавой ракетой? Короче, сижу, хомячу – а в двадцати шагах начинают эпичную драку показывать. Парни кидаются друг на дружку два на два, шутки не шутят, прям мордобой до кровяки. Бабульки в окна орут про милицию, мамаши коляски укатывают. Короче, экшен. И тут из подъезда девка выбегает и бросается одного парня защищать. А отморозки эти, противная сторона, они, короче, вообще без тормозов. Один девочке по лицу врезал, а второй ногой в бок. Тут у меня бомбануло. И я, окрылённый последними победами, полез её защищать. И нехило защитил так. Хочешь, верь, хочешь нет, опять навалял двоим, как – сам не понял. Потом оказалось, что Яна брата своего выскочила спасать, он у неё всё время в неприятности попадает. Короче, мы затусили, пивка бахнули. Макс с Яной меня к себе затащили, чтобы её в порядок привести, они там же живут, где ракета ржавая. Друг Макса свалил, а мы пивко глушили до вечера, и… Короче, походу, я теперь с Яной встречаюсь, вот что. – Толик сделал внушительную паузу и прибавил со значением: – Ей двадцать два.

– Встречаешься – это как? – вскинул бровь прифигевший Пашка.

– Это в натуре. Совсем, то есть. Янка – отбитая на всю голову. Но бомбическая просто. Мы с ней, короче, это… тем же вечером встречаться и начали, когда Макс ушёл, он у бабы своей обычно ночует. Предки у них на даче живут, даже зимой. А Макс с Яной – в городе. Короче, я хочу тебя и Люську с Яной познакомить. Типа двойное свидание. Как тебе?

– Ты жаришь двадцатидвухлетнюю тёлку? – на всякий случай уточнил Пашка. – Или я чё-то не то понял?

– Всё то понял, – приосанился Толик. – Надо её маме показать, но что-то я пока ссу. Янка она того… специфическая. Оторва. Но очень крутая! Она за брата убить готова. Постоянно его дела разруливает. Яйца у неё о-го-го! Учится на третьем курсе, на журналистку, подрабатывает фотографом. Брата, считай, содержит. И постоянно из какой-то жопы вытаскивает. Вот, – хохотнул Толик, – теперь будем вместе. Он там половине района бабки торчит, только и успевай отгонять стервятников. Предлагаю после уроков затусить на фудкорте в «Квадрате». Предложишь Люське?

Пашка кивнул, но глаза его со лба вернулись не сразу.

Во время физкультуры от Зинки пришло сообщение:

«Соколов, вас раньше отпускают, потому что Игоря Максимовича нет, загляни ко мне, возьми ключи. Матушка не звонила?»

Пашка ответил, что после школы встречается с друзьями и придёт вечером, про остальное не писал – и так понятно. О переменах в собственной жизни он Толику не рассказал, и даже не был уверен, что хочет рассказать Пионовой. От матери всё ещё не было никаких вестей. Неужели ей и правда на него настолько по фигу? Вот прямо настолько? И чем она занята? Льёт слёзы по мужу-тирану, что ли? В натуре?

Приложуха выдала недоведённую «П».

После физики всех отпустили домой. Походу, теперь гнидень отмечает возвращение миллионов. Вообще неплохо так Пашка его нейтрализовал, выходит.

Встретиться с нежданным Толиковым приобретением было решено в четыре, у Люськи последние уроки были, так что свободное время Пашка задумал потратить на необходимые приобретения.

Сделал он их в том же ТЦ, где договорились тусануть.

В первую очередь купил большую спортивную сумку, притом совершенно на цены не глядя. Потом зарулил в какой-то магаз со шмотьём и взял пару штанов, спортивный костюм, футболок и толстовку. На кассе прихватил носков и труселей. Вышло, блин, почти на полтос. Но ведь именно сейчас Весёлая ферма отрабатывает Пашкины многолетние унижения для того, чтобы он мог о затратности вообще не думать. И потому двинул товарищ Соколов следом в обувной и обзавёлся новыми кроссами. А потом ещё и за курткой зашёл.

Покупки осмотрительно сунул в камеру хранения в гардеробной ТЦ, чтобы вопросов лишних не задавали. И без пятнадцати четыре встретил Пионову на улице.

– Ты что такая довольная? – первым делом заметил он.

– Помнишь, я тебе рассказывала о нашей с мамой подруге, которая в Израиль переехала и летом прилетит? – Пашка кивнул, что-то смутно припоминая. – Она будет раньше, уже в середине мая! Надо вас обязательно познакомить!

– С мамкиной подругой?! – ужаснулся Пашка. – Ей сколько лет?!

– Магда как мама. Это, выходит… – Люська на секунду задумалась. – Сорок. Бр-р-р-р. Никак не привыкну, что маме сорок, это так странно! Какая-то ерунда с возрастами окружающих! У меня брат двоюродный младшую школу оканчивает, а вроде, только родился вообще. С ума сойти можно. Скоро старость! Пошли. Нужно успеть познакомиться с девушкой Толика. Это так здорово, что он кого-то встретил!

Яна Пашку несколько ошарашила. Она была высокой, сисястой и очень взрослой, но притом с татухой на плече и тёмно-фиолетовым каре, настолько ровным и аккуратно лежащим, словно бы она надела на голову парик. Яна безостановочно курила электронку, то и дело вворачивала забористый лихой мат и умудрилась за вечер к слову помянуть Пастернака и Булгакова. На практике в прошлом году Яна снимала интервью с мэром, её статьи публиковали то и дело в интернет-издании о жизни Пензы, она любила русский рок и умела кататься на лошади.

И ещё создавалось полное впечатление, что эта самая Яна втюрилась в Толика по уши.

– Двоих отморозков почти уложил! – с сияющими глазами, делилась она. – Прямо как супергерой из кустов выскочил. До сих пор поверить не могу!

В такие моменты верхушки ушей Толика наливались спелотоматной краснотой.

Люське Яна очень понравилась. Пашка скорее охарактеризовал бы своё состояние как шоковое. Ну