Джозефина вычисляет вероятности - Нова Макби

Совещание закончено. Кай остается, чтобы помочь мне с работой над облигациями. Я улыбаюсь, наблюдая за ним. В отношениях со мной он не торопится. Слушает, когда я делюсь с ним, иногда ласково прикасается, иногда обнимает, а то и целует. Терпеливо ждет, когда я начну ему больше доверять. А это совсем не сложно.

Мои мысли переходят на братьев Сан. Наш план не сработает, если мы не получим список таможенников или покупателей.

Ну и где их носит?

Уже стемнело. Мы собираемся уходить, но тут дверь распахивается и появляются братья Сан, а с ними человек с завязанными глазами.

Они его поймали.

Подхожу к пленнику и снимаю повязку. Два зеленых глаза дико мечутся по комнате, пока не останавливаются на мне. И расширяются от удивления.

Не могу скрыть улыбки.

– Привет, Рафаэль!

– Мила! – Рафаэль наклоняется и целует меня в обе щеки. – Девушка с тысячей секретов!

Мы медлим, разглядывая друг друга с головы до ног, как часто бывает со старыми знакомыми. Рафаэль ухмыляется до ушей. Ямочки на щеках по-прежнему придают ему невинный вид. Я улыбаюсь в ответ, но, когда Кай подходит и обхватывает рукой мою талию, стираю улыбку с лица.

– Называй меня Феникс, – бросаю я через плечо и киваю в сторону стола. – Давай поговорим.

Наливают чай. Рафаэль сидит между братьями Сан и таращится на руку Кая на моей талии, потом переводит взгляд на меня:

– Ты никогда не работала на Короля, vero?[80]

Отрицательно качаю головой.

– Ты все-таки сообразил, что к чему?

К своему удивлению, я выкладываю часть информации – начиная с моего похищения и до того, что на самом деле происходит в Прэтте.

Делаю это не так, как рассказывала Каю. Просто описываю факты, словно сухо излагаю сюжет книги. И тем не менее Рафаэль бледнеет.

– Вижу, ты присоединился к семейному бизнесу. Делаешь мир лучше? – Не собиралась ехидничать, просто не могу притворяться счастливой, что все так обернулось. – Почему? Ты ведь знаешь, мне бы вовсе не хотелось увидеть тебя в тюрьме. Думала, ты не такой.

– Senti[81], да я понятия не имел, во что ввязываюсь! – говорит он, размахивая руками. – Это все из-за отца. Я ему доверял. Он сказал, что мы занимаемся импортом. Списал тот ночной пожар на случайность. Я даже не уверен, знает ли отец, чем он на самом деле занимается.

А вот в это охотно верю. Отец Рафаэля тот еще простак. Король никогда не чувствовал угрозы со стороны Чезаре, потому что им легко управлять.

– В тот день должна была пройти моя первая сделка. И тут появляешься ты, словно ангел, и возвращаешь меня к реальности. Кусочки головоломки начинают складываться в цельную картинку. Мой отец до сих пор меня подозревает. Я не могу поддерживать его в том, что он делает. Я искал способ выбраться оттуда, когда меня нашли твои ребята.

Поворачиваюсь к братьям. Я строго-настрого приказала им допросить Рафаэля, прежде чем приводить ко мне.

– Он почти ничего не знает, Феникс, – говорит мастер Сан. – Он с самого начала согласился с нами сотрудничать.

– Если хочешь подтвердить слова делом, то ты мог бы нам помочь. У нас мало времени, поэтому скажу тебе прямо. Король занимается вымогательством, борделями, азартными играми и контрабандой в портах, и мы прикрываем всю эту лавочку. Летние сделки станут для него последними. Мне нужно расписание его внутренних и международных перевозок, а также имена людей, которые будут отправлять и принимать грузы, – охранников, подельников, таможенников. Еще мне нужен список покупателей с Шанхайской выставки. Ты достанешь его для нас.

– Si. Ho capito[82]. На это потребуется немало времени.

– У нас мало времени.

– Va bene[83]. Я могу сказать, кто получает грузы для Шанхая. – Рафаэль опускает глаза в пол.

Прекрасно понимаю почему.

– Сколько Мадам платит твоему отцу? – спрашиваю я.

– Триста тысяч евро.

– Хорошо. Не будем ничего менять. Пусть Король считает, будто все идет как обычно. Скажи Королю, чтобы он тоже пришел, у Мадам будет покупатель, который его заинтересует.

– Что-нибудь еще?

– Да. Доступ в здания номер семь, три и один – и на склад.

– Не получится! Нужно будет достать пароли, коды и ключи! Охранники сразу меня заподозрят, если я попытаюсь попросить все это.

– Найди способ, – говорю я. – Потому что если ты нам не поможешь, то и сам пойдешь ко дну на этом корабле.

Рафаэль вздыхает:

– Придумаю способ.

– Они тебе помогут, – киваю я на Кая и братьев Сан. – Как только мы схватим Короля, я хочу выведать у него все, что ему известно про Мадам. Если Король не станет нам содействовать так же охотно, как Рафаэль, вы знаете, что делать.

– А что насчет моего отца? – спрашивает Рафаэль.

– Я не могу исправить те ошибки, которые он совершил. – Боль в глазах Рафаэля вызывает у меня сочувствие. – Впрочем, он еще может сделать доброе дело. Может сдать нам все связи и контакты в Италии – таможенников, покупателей – и все остальное, что ему известно. Если он согласится, мы попросим судить его не в Китае, а в Италии. Прости, Рафаэль. Это максимум того, что я могу для него сделать.

– D’accordo[84]. Я скажу ему, но не стану его ни к чему принуждать.

Мы смотрим в глаза друг другу. Невозможно не заметить боль, разочарование и растерянность в его взгляде.

– А ты как же? – спрашивает он. – Когда все закончится, куда ты поедешь? Чем будешь заниматься?

Пальцы Кая проскальзывают между моими и стискивают мою ладонь.

– А вот это хороший вопрос!

* * *

Числа предсказывают, что даже в идеальных планах случаются сбои. Мой план не исключение. Всю неделю творится черт знает что.

Экономику лихорадит все сильнее с каждым днем. Америка уже тоже начинает это чувствовать. Новости нагнетают панику. Всемирный банк публично поддержал «Джей-Джей супероблигацию», и начался процесс подачи заявлений. Больше тысячи компаний уже прислали заявку на интервью. Все зависит от того, что произойдет на следующей неделе.

Весь город в напряжении. Но кто по-настоящему напряжен, так это я: у нас сильно не хватает наличных. Даже если мы успешно захватим Прэтт и получим кубышки Короля и Мадам, этого все равно не хватит для спасения экономики и выпуска облигаций.

Тем временем агент Бай передал в полицию информацию о двух массажных салонах Мадам. Туда проникли полицейские под прикрытием и спасли двадцать шесть девушек за одну ночь. Мадам решит, что это обычная проверка, и ничего не заподозрит.

В