Жрец двух богинь - Василий Горъ

— Есть! — угрюмо буркнула Лауда. — Можешь не сомневаться.

— Ладно, тебе виднее. В любом случае, для того, чтобы от них избавиться, нам надо прогуляться вверх по течению Тарравы и успеть миновать тракт. По возможности, в течение этой ночи и по колено в воде…

Глава 18

Глава 18. Лауда.

12 день месяца Летних Гроз.

К моменту, когда сплошной поток воды, льющийся с небес, превратился в моросящий дождик, а окружавшая нас тьма начала сереть, я практически ничего не соображала: бездумно держалась за стремя своей кобылки, бездумно выдергивала ноги из заиленного дна, бездумно опускала их в холодную воду и бездумно реагировала на подсказки Лорака. Остановки, во время которых он вливал в меня капельки Благодати, конечно, выдергивали из этого состояния, но очень ненадолго — не успевал жар, изливавшийся из ладоней жреца двух богинь, разогреть мое тело от темени и до пальцев ног, как ему на смену приходили пронизывающий холод и непрекращающийся дождь, не оставивший на мне ни одной сухой нитки. В общем, почувствовав себя на руках своего Защитника, я решила, что брежу. Но дергаться не стала, ибо не было сил — просто закрыла глаза, привыкла к приятному покачиванию и начала проваливаться в мутное забытье. Голоса, доносящиеся откуда-то издалека, мешали, но не очень. Зато вспышка жара, в мгновение ока отодвинувшая в сторону запредельную усталость, мелкую дрожь и внутренний холод, заставила вспомнить о чувстве благодарности и разлепить слипшиеся ресницы:

— Спасибо. Очень вовремя. Сейчас немножечко согреюсь, встану и пойду дальше.

— Не встанешь, ведь уже пришли. Просто потерпи еще пару рисок — сейчас Лорри закончит обихаживать лошадей, заберется к нам, и мы нормально согреемся!

— Мегги, ты? — хрипло спросила я и закашлялась.

— Угу… — ответила она и принялась стягивать с меня мокрую одежду.

Я не сопротивлялась. Наоборот, поворачивалась так, чтобы ей было удобнее. Хотя и не понимала, зачем раздеваться, если становится все холоднее и холоднее!

Когда рядом возник Берген, не скажу даже под пытками, так как все эти «пару рисок» медленно, но уверенно превращалась в ледышку. Зато миг, когда меня опалило жаром сразу с двух сторон, и я вдруг поняла, что зажата между двумя раскаленными телами, запомнился на всю жизнь. Равно, как и следующий, подаривший невероятно долгое и воистину безумное удовольствие сразу от двух божественных Благодатей, затопивших тело и душу! А вот промежуток времени между этим вознесением к небесам и пробуждением в памяти не отложился: помню, как задыхалась от запредельного счастья, как истово благодарила Амату и Майлару непонятно за что, как плакала, когда ощущение их присутствия вдруг исчезло, а в следующий миг услышала мелодичное теньканье какой-то пичужки, почувствовала одуряющий запах хвои и поняла, что на ком-то лежу!

Лицо, уши и шея заполыхали сами собой, а через пару ударов сердца до меня донесся ехидный смешок Мегги:

— Вынуждена тебя разочаровать — в данный момент ты лежишь на мне. Хотя большую часть ночи нежилась на животе у Лорри, видимо, считая, что он намного мягче и теплее меня. А когда он сбежал, воспользовалась тельцем, которое похуже…

Я покраснела еще гуще и зажмурилась изо всех сил. А жрица Аматы не собиралась вспоминать о том, чем прославилась ее высокая госпожа:

— Нет, в принципе, я тебя понимаю: теперь ты девушка свободная, а он мужчина хоть куда. Но домогаться до него в присутствии законной супруги как-то не очень правильно, не находишь?

К этому времени я успела почувствовать, что совершенно обнажена, поэтому от стыда была готова провалиться сквозь землю. Как оказалось, совершенно зря — добившись предельной густоты моего румянца, насмешница вдруг обхватила меня за талию и «расстроено» вздохнула:

— Лауда, ты вообще собираешься защищаться? Скажи хотя бы, что Лорри — Защитник, ниспосланный тебе сразу двумя богинями, а значит, ты имеешь полное право прятаться на нем и от холода, и от жары, и от любого другого ненастья! Или вмени ему в вину весь тот кошмар, который тебе пришлось пережить этой ночью, и потребуй вернуть тебя в нормальное состояние духа самым приятным из всех доступных способов поднятия настроения!

«Ревности в ней нет. Вообще! Только сердечное тепло и желание тебя растормошить. Так что атакуй!» — внезапно раздалось на краю сознания, и мимолетное ощущение присутствия богини, заставившее вздрогнуть, исчезло.

Я слегка поколебалась, раздумывая, принимать или нет ее совет, а потом махнула рукой на последствия, открыла глаза, сладко потянулась и потерлась щекой о теплую и невероятно упругую грудь своей единственной подруги:

— Ты права, он действительно теплее тебя! Зато ты значительно мягче. Особенно вот тут…

— А-а-а, Лорри, помоги-и-и, Лауда меня щупае-е-ет!!! — заверещала жрица на весь лес и жизнерадостно расхохоталась.

— Пусть щупает, я пока занят! — донеслось откуда-то издалека и я, успевшая сползти с тела подруги, догадалась приподнять голову и оглядеться.

Оказалось, что мы лежим, укрывшись куском парусины, под нижними лапами огромной ели. Что в этом живом шалаше практически сухо, хотя, судя по непрекращающемуся шелесту, за его пределами все еще моросит дождь. И что в паре локтей от меня уже накрыт «стол»!

— О, боги, как же я, оказывается, проголодалась! — воскликнула я, почувствовав, как внутренности завязываются узлом. Потом мысленно дала себе по рукам и спросила у Мегги, чем занят Берген.

Оказалось, что жрец двух богинь кипятил воду. Для того, чтобы мы с ней смогли привести себя в порядок. Сообразив, о каком «порядке» она говорит, я прислушалась к себе и поняла, что не чувствую и тени стеснения. Наоборот, безумно рада, что Защитник, приставленный ко мне Аматой и Майларой, продолжает обо мне заботиться даже теперь, когда я разорвала брачный договор, стала клятвопреступницей и отреклась от родного отца.

Стоило вспомнить об отце, как перед глазами тут же появились картинки из далекого прошлого. Те самые, которые мне накануне показала богиня Жизни. Нарушить еще и Слово, данное своему Защитнику, я не могла, поэтому неимоверным усилием воли заставила себя отвлечься от болезненных воспоминаний и обратилась к Мегги:

— Ну что, одеваться будем?

— Неа, не во что! — хихикнула она. — Промокло все, что у нас было! Вообще все! Так что сегодня придется радовать Лорри красотой своих прелестей…

Как вскоре выяснилось, жрица нисколько не шутила — из всего, что было у нас в переметных сумках, не промокло