Древо Миров братьев Камковых. Том 1. Пробуждение. - Денис Игоревич Камков

Лысые головы, зеленовато-желтая кожа стала напоминать крупную чешую, плоские носы и жуткие рты, которые всё больше напоминали пасти. Видимая часть рук так же, как я видел, претерпела изменения. Кисти всё больше походили на когтистые лапы.

Шевелиться же я вовсе перестал. Теперь, когда они перестали драться между собой, они могли заметить мои попытки освободиться. Тонкий, но злобный крик раздался у них из-за спин. Обернувшись, все как один они как-то с опаской сделали полшага назад и стали отламывать части добытой ими еды и бросать её в темноту, откуда и исходил тот злобный вопль. Из темноты зачавкало.

– Брррр, – меня передёрнуло и замутило.

Нова, как и всегда оказалась права. Новый крик и какое-то то ли потрескивание, то ли шипящее пощелкивание раздалось из темноты и повинуясь этим звукам четыре Пустошника схватили меня за одежду и понесли вслед за остальной группой.

– Любопытно, – снова подала голос Нова. – Слышал эти звуки?

– Угу, – коротко ответил я, стараясь незаметно оглядываться вокруг.

– Это, между прочим, похоже на их язык, примитивный, но язык.

– Нова, твою мать, – не выдержал я. – Мне вообще посрать язык это или не язык, что с Микки?

– Ффф, – ответила на мою реплику Нова, – грубиян. С Микки всё в порядке, он воспользовался своим новым токсином и уничтожил одного Пустошника в самом начале схватки и теперь следует за нами, метрах в двадцати.

– Ого, здорово. Может он и остальных загрызёт? – Спросил я у Новы.

– Угу, через месяц всех перегрызёт, но тебе это уже не поможет, они нас первыми сожрут. Смертельная доза токсина на противника весом около ста килограмм, полностью обнуляет запасы Микки. Сутки на восстановление. Естественно более мелких тварей, он может смертельно покусать в большем количестве. Сами справимся, ты, кстати, колыбельные знаешь?

– Нова, мля, опять ты прикалываешься. Какие на хрен колыбельные?

Я чувствовал, что нервы мои сдают. Почти сутки без сна, потом это всё ещё. Несмотря на свою уродливость Пустошники нёсшие меня, были сильны и выносливы. Прошло минут двадцать, когда откуда-то спереди раздались новые команды и вскоре мы оказались в большом и сухом бетонном колодце. Когда меня бросили в угол я огляделся.

– Гнездо их тут что ли, – подумал я, глядя на кучу тряпья и всякой всячины лежащей здесь на полу.

Удивительно тёплый воздух шёл откуда-то сверху. Подняв голову, я увидел лестницу, идущую вниз с самого верха по одной из четырёх стен. Три канализационных коллектора выходили в этот колодец. Мы пришли по среднему. Стараясь запомнить как можно больше деталей, я крутил головой на все триста шестьдесят градусов. Вдруг стало тихо.

– Криз, внимание. – Предупредила Нова.

Я постарался стать как можно более незаметным и жалким. Что кстати не было слишком то и сложно. Ко мне шла Пустошница. Как я это понял? Ну, по лицу наверно. Что-то женское в нём всё ещё оставалось.

«Крупная какая», – подумалось мне, и я ещё сильнее вжал голову в плечи.

– Мясо, – обратилась она ко мне, – завтра мы сожрём тебя, что бы наши дети стали сильнее. Молись своим Восьмерым, если веришь в них. Сказав это, она развернулась и ушла к соплеменникам.

– Жутко, – признался я Нове.

Тем временем лагерь успокаивался. Зарывшись в тряпки и свои хламиды и балахоны, Пустошники засыпали.

– Криз, – сказала Нова. – Единственный наш шанс, это усыпить их всех и уйти. Других вариантов нет. Последние изменения, внесённые мной в твой мозг, с сорока процентной вероятностью позволят тебе ментально влиять на всю группу этих существ. Действуй!

– Но я, правда, не знаю колыбельных, – возразил я.

– Криз, не тупи, подойдёт любая мелодия. Но вкладывай успокоение и сон в свой голос, а не убеждение или страх как ты делал в свои прошлые попытки влиять на людей.

И я запел, страшно было до чёртиков, сейчас как порвут мне глотку и кранты. Вспоминая, как я тихонько напеваю сам себе, когда что-то мастерю или когда моюсь в душе, я немного успокоился и начал тянуть тихую и нежную, как мне казалось, мелодию. Не знаю, откуда она у меня в голове, может я слышал её где-то или в старом голофильме подсмотрел. Но вроде стало получаться.

Часовой Пустошник, что стоял в самом центре колодца и смотрел в сторону всех трёх коллекторов, стал чаще моргать. Я не останавливался. Он моргал всё чаще, глаза его явно слипались и наконец, не выдержав, он сел на пол и закрыл глаза. Получилось, внутренне возликовал я.

– Криз, – не останавливайся. – Проговорила Нова. – Пока ты был сосредоточен на воздействии, я позвала Микки, и он уже перегрыз путы на твоих ногах. Я знаю, что сил у тебя осталось немного, но продолжай воздействие и уходим!

Как сомнамбула я встал и пошёл в тот коллектор, из которого меня принесли недавно мои похитители. Микки залез по штанам и куртке на мои связанные руки и начал перегрызать и эти путы. Замолчав от страшной усталости и опустошённости, я просто сосредоточился на том, чтобы идти. Голова кружилась, сил почти не было, всё вокруг меня мелькало и погружалось в темноту. Сознание выхватывало только часть проделанного мной пути. Я шёл и шёл, стараясь преодолеть как можно большее расстояние, оставляя его между собой и стаей пленивших меня Пустошников.

Я не знаю, сколько я бежал, шёл, потом снова пытался бежать, но уже скорее ползя к своей цели. Надеюсь, Нова вела меня коротким маршрутом.

Когда я пришёл в сознание, то не сразу понял это. Надо мной склонилась Зои. Её красивые зелёные глаза смотрели на меня хмуро и озабоченно и отчего-то совсем не улыбались мне.

– Зои, не злись, я же не виноват, что ты снова мне приснилась. – Думая, что всё это сон, проговорил я.

– Гм, – вдруг раздалось покашливание откуда-то справа, я повернул голову и увидел старого Наставника.

Даже сейчас только придя в сознание, я почувствовал, как стыд красным заливает моё лицо.

– Зои, детка, оставь нас, – проговорил он, и когда девушка вышла, то снова обратился ко мне:

– Рассказывай!

Я, конечно, рассказал ему не всё, но многое. Было заметно, что Наставник взволнован информацией полученной от меня, угроза Общине – это очень серьёзно. О том, как я воздействовал на Пустошников, я умолчал. Мол, сами уснули, я и сбежал. Заинтересовала его и та часть рассказа, в которой я упомянул о большом количестве ценностей, найденных мной во втором центральном секторе.

Сбросив старому наставнику карту маршрута и пароли доступа, я попросил его об отдыхе. Кивнув, он пообещал заглянуть ко мне ещё завтра. Я печёнкой чувствовал, что у него остались