Древо Миров братьев Камковых. Том 1. Пробуждение. - Денис Игоревич Камков

– Кри, малыш. – Позвала она. – Этим коротким именем только она звала меня, когда мы оставались с ней наедине.

– Я так волновалась, тебя ползущего по направлению к Общине нашёл дальний патруль и то случайно. Они услышали какой-то сильный писк, выдвинулись посмотреть, что там, отойдя от привычного маршрута патрулирования, и увидели тебя лежащего без сознания, а что там пищало, они так и не поняли. Ты понимаешь, КАК тебе повезло? – кричала она. – Не найди они тебя, тогда бы тебя сожрали новокрысы или доггеры!

Я не стал ничего ей отвечать. Обняв девушку, я притянул её к себе и стал нежно гладить по спине. Слава Восьмерым, я чувствовал как она успокаивается.

– Интересно, где Микки, Нова?

– С ним всё в порядке, я дала ему команду на автономное поведение. Он найдёт тебя, стоит тебе только выйти с охраняемой территории Общины. И вот ещё что, Криз. Нам пора в путь, в дальний путь. Что-то начинает происходить. И если мы не отправимся сейчас, то потом нам будет уже не пройти. Ты очень слаб, нам нужно усиливаться и держать в голове главную цель. Чёрная башня, там все ответы. А сейчас отдыхай, твоё тело в порядке, но твои психоэмоциональные силы истощены, спи!

И я уснул, впереди был трудный и полный опасностей путь к Чёрной башне.

Интерлюдия 8. Вершина Древа Миров. Совет Восьми.

Восемь богов снова собрались в своих Чертогах. Судя по сумрачным ликам, ответов на свои вопросы они так и не нашли. Со своего места, плавным тягучим движением поднялся Идриан, сидевший до этого на своем троне, под знаком Воды. Он выглядел как могучий воин, восьми футов роста, с атлетической фигурой и гордым прямым взором светящихся глаз. Абсолютно белые, с легчайшим голубым оттенком волосы, зачесанные назад, опускались ему на плечи, открывая высокий лоб. Светло-синие зрачки внимательно осматривали присутствующих. Белый камзол, с голубой вышивкой и кантом, до воротничка был застегнут пуговицами из лазурита. По широким брюкам шли лампасы и вышивка того же цвета, что и на камзоле. Справа от трона, где он только что сидел, древком к спинке был прислонен боевой трезубец, навершием которому служил ярко горевший колдовским пламенем, огромного размера сферический сапфир. Белое древко, инкрустированное вязью светящихся рун воды, ближе к полу, разветвляясь, оканчивалось тремя острыми, с обратными зазубринами, как на гарпуне, слегка сплющенными параллельными лезвиями, выполненными из кованного звездного металла. Высота всего трезубца составляла семь с половиной футов.

Идриан сделал шаг к столу, потом слегка наклонившись вперед, оперся руками о край столешницы, звякнув о мрамор массивными перстнями на обеих руках, и выдержав театральную паузу, неторопливо начал свою речь:

– Братья и сестры! Все мы, как я полагаю, озадачены возникшей ситуацией. Весы Равновесия не могут ошибаться, а это значит, что в один или в несколько наших миров, где-то прорвался Хаос! – Он обвел всех семерых присутствующих на Совете взглядом, на каждом из братьев останавливая свой взор. – Хотя это и привело к положительному результату в достижении Равновесия между Порядком и Хаосом в наших мирах, тем не менее, этот факт не может нас не тревожить.

Ульфиг и Аргон согласно кивнули. Орфенор остался к его словам, видимо, равнодушен, потому что никак не проявил своих чувств. Идриан покосился на него, но ничего не сказал. Лорейн, сидевшая рядом с ним, улыбнулась своему спутнику ободряюще, и он, слегка кивнув ей в ответ, неторопливо продолжил свою мысль:

– Все мы, провели тщательный осмотр миров, оставленных на наше попеченье Отцом. Ни в одном из них, тем не менее, нами не было замечено, сколь угодно значительных изменений, существующего там уже много веков, порядка вещей. И это, как минимум, очень и очень странно!

Он снова оглядел всех, словно надеясь, что кто-нибудь поправит его или вдруг выскажется против данного утверждения. Однако, все по-прежнему упорно молчали. Ульфиг какой-то мягкой ветошью полировал лезвие секиры. Орфенор пальцами нервно поглаживал навершие своего меча. Аргонт же, в свою очередь, неподвижно, даже не мигая, смотрел на говорившего, все больше и больше хмурясь.

Идриан оторвал руки от столешницы и выпрямился, скрестив их на груди. Сапфиры перстней, выполненных из белого золота, сверкнули на его пальцах. Он глубоко вздохнул и все так же плавно продолжил свою речь:

– Нам ни в коем случае нельзя не отреагировать на столь значительное изменение. Пусть даже оно выправляет существовавший перекос Равновесия, тем не менее, мы обязаны, если не управлять, так хотя бы держать данный процесс под нашим контролем!

– Что ты предлагаешь? – со своего места спросил Аргонт. Брови его окончательно сошлись на переносице, образовав между собой несколько вертикальных складок.

– Я предлагаю, наконец, уже найти источник такого глобального возмущения Первородных Сил! Для этого всем нам придется еще раз провести еще более тщательную проверку, и в этот раз, всех без исключения, даже мертвых миров! Он обвел всех взглядом, и снова не найдя ни у кого, выраженных каким-либо способом возражений, добавил:

– Причем в этот раз мы должны поменяться местами.

Ульфиг недоуменно поднял на него взгляд, оторвав его от своей секиры, не прекращая, однако при этом планомерных, возвратно-поступательных движений руки, полировавшей ее лезвие. Секира, еще до начала данного процесса отражавшая свет, словно зеркало, к этому моменту начала уже сама светиться своим, внутренним светом.

– Как мы все помним, – продолжил Идриан, не обращая внимания на своего брата и его сверкающее оружие, – все наши миры были нами поделены на восемь частей. Каждый из нас, включая сестер, осматривал свою часть. Пускай теперь те миры, что осматривали боги Огня – осмотрят боги Воды, а те, что осматривал Воздух – осмотрит Земля и соответственно наоборот. Встречаемся здесь же, снова через десять циклов.

Он закончил свою речь и уселся, откинувшись на спинку трона, не забыв при этом правой рукой прихватить древко своего боевого трезубца, который он отставил, прислонив к своему трону, пока говорил. Боги, почти синхронно, согласно кивнули ему в ответ, и даже Орфенор слегка наклонил свою голову, в знак одобрения данного коллегиального решения Совета, а может быть – чтобы спрятать от всех, едва заметную усмешку, быстро промелькнувшую в уголках его хитрых глаз.

– Слава Отцу! – прозвучала хором традиционная фраза, и боги растаяли, порталами уходя каждый по своим делам. Чертоги опустели и только Великие Весы остались стоять посреди