Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— И зачем?

— Видите ли, пациент, почки, печень, простата и некоторые другие внутренние органы оборотней не только не вызывают отторжения при трансплантации, но и, ко всему прочему, наделяют реципиента иммунитетом к раковым заболеваниям и оказывают серьезное омолаживающее действие на его организм. По очень скромным прикидкам, в распотрошенном состоянии ты потянешь миллионов на десять зеленью. Ну и к чему нам совершенно ненужные осложнения?

— Вы психи! — взвыл парень и задергал левой рукой. — Жжется! Жжется, блин!

— А ты как думал? Серебро начинает выводиться через кожу, доза была смешная, поэтому отделаешься волдырями.

— Гады! — рявкнул оборотень и заголосил так, что заложило уши. — Гады! Гады! Гады!

— И заметь, мы еще даже не приступили к пыткам, — дождавшись, когда он окончательно осипнет, произнес я. — Просто продемонстрировали серьезность наших намерений. Поэтому, если не хочешь закончить жизнь на хирургическом столе, начинай быстренько отвечать на вопросы.

— Да отвечу, отвечу я! Только с рукой что-нибудь сделайте! Жжется!!!

— Само пройдет. Тебе не о руке волноваться стоит, следующий укол в мошонку будет.

— А простата? — включился в игру Виталий.

— Слишком сложно покупателя найти, нам и остального за глаза хватит. Глаза лучше продадим, — усмехнулся я. — Ну, пациент, вы готовы к серьезному разговору?

— А что потом? Что вы потом со мной сделаете?

Я только головой покачал, не понимая, почему люди всегда хотят узнать то, от чего им будет одно сплошное расстройство. Впрочем, кривить душой не стал и ответил совершенно искренне:

— Да плевать мне на тебя. Если еще не понял, меня интересует рыба покрупнее. Расскажи о колдунах.

— Каких еще колдунах? — скрипнул зубами оборотень, предплечье которого к этому времени сплошь покрылось гнойниками и язвочками, а кожа пальцев на костяшках полопалась и сочилась кровью и гноем. — Не знаю ничего ни о каких колдунах.

— А вот они о вас знали и этой информацией с нами поделились, — веско произнес я и подсказал: — Детский сад на перекрестке Маркса и Революции. Это тебе о чем-нибудь говорит?

— Я там не был.

— Плохо. Очень плохо.

— Подождите! — взвыл паренек, увидев, что моя рука потянулась за шприцем. — Туда Борис ходил! Он их знает! И Инна тоже!

— Кто такой Борис? — оживился Виталий.

— Наш старший.

— И где нам его искать? — погрозив напарнику пальцем, спросил я.

— Он со мной на болоте был.

— Как он выглядит? — спросил я, а выслушав сбивчивое описание внешности "старшего", пришел к логичному выводу, что именно Борис налетел на меня третьим. — Сколько вас всего в стае было?

— Я, Инна и Борис.

— Выходит, ты нам ничем помочь не можешь. Или не хочешь?

— Я с ним только полгода тусуюсь! Честно! — зачастил парень. — А Борис с Инной давно уже с остальными разругались и сами по себе были! Я не знаю ничего об остальных! Правда!

— Это не та правда, которая нас устроит, — поморщился я. — Ладно, что-то же тебе о колдунах должны были рассказывать?

— Инка говорила, что они в какой-то оккультный кружок ходили. Я с ней в одном классе учился, а Бориса не знал совсем. Просто им вдвоем скучно стало, а Инна меня со школы знала, она и настояла проверить. Ей Бориса не хватало, а он с ней спорить не стал. Да он и сам стаю увеличить хотел, только девчонок подходящих не попадалось…

— Заткнись! — оборвал я это словоизвержение. — Что про оккультный кружок знаешь? Кто его организовал? Кто там за главного?

— У них вроде сначала какой-то гуру был. Он вокруг себя всех и собрал. Инна говорила, постоянно о внутренней силе и потустороннем мире заливал. Но он не просто трепался, еще и учил. Только магия лишь в особых местах действует…

— Что за гуру? — Неужели выходец из Приграничья отметился?

— Не знаю. Он потом всех утомил, и Борис от него избавился. Как только оборотнем стал, так и избавился.

— Избавился — это как?

— Выследил в городе и зарезал. Под ограбление сработал. Хотел главным стать.

Я отмахнулся от затормошившего меня за плечо Виталия и спросил:

— Дальше что?

— Борис обломался. В кружке один парень был, то ли сайентолог, то ли из свидетелей Иеговы, он всех под себя подмял. Нашим оттуда свалить пришлось.

— Почему?

— Не захотели с психами связываться.

— С психами? — не выдержал Виталий. — Это они психи? А вы нормальные? Сколько вы людей на куски порвали?

— Они тоже! — заорал оборотень. — Они там все кровью повязанные. Их главный такие порядки завел. Ничем они нас не лучше! Мы просто на одном месте не охотились, а они постоянно в садике вертелись!

— И людей убивали? — задумался я.

— Так Инна говорила.

— Что еще о них знаешь?

— Вспоминала, что по два раза в день собираться приходилось. Утром и вечером, а не придешь — влетит. У них что-то вроде групповых исповедей было…

— Ясно, — кивнул я и спросил: — Во сколько именно встречались, не говорила?

— Вроде в семь. И утром и вечером. Инна еще говорила, что очень неудобно добираться было, но пропускать нельзя: и старший накажет, и ломать начинало, если слишком долго не приходили. — Парень перевел дух и облизнул пересохшие губы. — Колдунам два раза по полчаса хватало на сутки, а нам уже через пару часов в городе плохо становилось.

— Понятно.

— А что с ней, кстати? — встрепенулся оборотень. — С Инной?

— Понятия не имею, — отмахнулся я и в свою очередь спросил: — Много вы людей убили?

— Не знаю, — отвел взгляд оборотень. — Я с ними недолго…

— Примерно?

— Да не знаю! В нормальном же состоянии никогда не охотились, а так ничего толком не соображаешь, вставляет лучше героина! — И в глазах паренька промелькнул отблеск легкого сожаления. Не об убитых, нет. Скорее уж об упущенных возможностях. — Да и что нам оставалось? Отсюда толком не выбраться, работы нет, жрать нечего. Или грабь, или с голоду подыхай.

— Просто убивали или развлекались сначала?

— По-разному. — Голос оборотня прозвучал неожиданно глухо, на шее набухла и лихорадочно забилась жилка. — По-разному было. Но просто убивать, конечно, не так весело. Вот загнать, распластать, сломать — это кайф, это такой кайф!

Взор возбужденного воспоминаниями парня подернулся поволокой, а мышцы неожиданно окрепли и ремни, притягивавшие руки к подлокотникам, стали медленно, но неотвратимо растягиваться. Виталий отскочил к двери, я резко подался вперед и саданул оборотня кулаком по носу.

— Ай, блин! — взвизгнул парень, по лицу которого заструилась кровь. — Да чего вы?!

— Очухался?

— Нормально со мной все! И не надо как на маньяка смотреть! Я же ничего с собой поделать не мог! От меня ничего не зависело!

— Это