Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Как скажете, Григорий Петрович. — Тетенька с невозмутимым видом взяла свою сумочку и вышла в коридор.

Шептало развалился на стуле для посетителей и покачал головой:

— Опять ты, Лед, облажался…

— Чего это? — удивился я. — С какой стати я облажался? Тем более — опять?

— А то, что пленник во время допроса умер, — это нормально? Нам, между прочим, теперь придется его тело утилизировать.

— Да и хрен бы с ним, выкиньте на свалку и все дела. — Я хлебнул коньяка, запил его обжигающе-горячим чаем и шумно выдохнул. — К тому же умер он не во время… — хотел уже сказать "по результатам допроса", но вовремя поправился, — а после допроса. И до своей безвременной кончины много интересного успел рассказать.

— Например? — заинтересовался прислонившийся к столу секретарши Грачев.

— Например, первоначально колдунов натаскивал какой-то гуру. И не надо быть семи пядей во лбу, чтоб понять, откуда он взялся.

— Город или Северореченск? — предположил Григорий Петрович.

В отличие от самого крупного населенного пункта Приграничья — Форта, в котором соблюдалось хрупкое равновесие между несколькими группировками, и в Городе и в Северореченске царил махровый тоталитаризм. В окрестностях бывшей военной базы, провалившейся откуда-то с Дальнего Востока, всем заправляли бывшие армейские чины, провинциальный городок к югу подмял под себя Хозяин. И тем и другим окончание смуты не сулило ничего хорошего, но это еще не значило, что саботировать работу портала взялся кто-то из них. Слишком много было недовольных деятельностью конторы даже в самом Форте.

Город или Северореченск? Не знаю, не знаю…

— Не знаю, — так я и сказал.

— Возможно, просто кондуктор-одиночка, — пожал плечами Владимир Николаевич. — Есть идеи, как его найти?

— Могу лишь предположить, что для его розыска лучше всего сгодится медиум. Или кто там спиритические сеансы проводит?

— А вот с этого места поподробней! — подался вперед Владимир Николаевич.

— Грохнули его. Начал давить авторитетом, вот и грохнули. — Я отставил пустой бокал прямо на пол, глотнул чая и решил слегка сгустить краски. — Теперь вместо оккультного кружка что-то вроде секты. С человеческими жертвоприношениями, между прочими.

— Чушь!

— Уверены?

— Дьячков ни о чем таком не говорил…

— А вы его спрашивали?

— Нет.

— Вот поэтому и надо его повторно допросить! Мне он сразу все расскажет…

— Готов ради этого отправиться в Форт?

— Чего?! — подорвался я с дивана. — Вы его в Приграничье переправили? На кой ляд?!

— Переправили, — спокойно подтвердил Шептало. — Голова у него светлая, образование отличное. Пообтешется в Гимназии среди колдунов, будем к работе привлекать.

— Офигеть… — Других слов у меня не нашлось. — Вот так запросто — без всяких проверок?

— Все проверки еще впереди. И сам посуди: ну куда он денется с подводной лодки?

Логично. Из Приграничья ему обратной дороги нет. Это радует. Не радует только, что и мне до него теперь не дотянуться. Ужо бы побеседовал с глазу на глаз.

Но не получится — и ладно. Куда больше напрягало другое.

— А что с остальными? — напрямую спросил я.

— Что с остальными? — удивился Владимир Николаевич.

— Что с остальными колдунами делать будем?

— А зачем с ними что-то делать? — хмыкнул Григорий Петрович. — Они нам пока не мешают. Разберемся с ревизией и прижмем их к ногтю.

— Вам не мешают, а мне мешают, — раздраженно заметил я. — Плюс они замешаны в убийствах.

— Не факт. Всех доказательств — слова оборотня, к тому же мертвого. Мало ли что он тебе насочинять мог?

— Да они меня чуть не поджарили!

— Осторожней надо быть, Лед, осторожней, — усмехнулся Шептало. — Ну сам посуди: какова вероятность того, что ты снова на них нарвешься? Теперь мы будем использовать тебя более точечно, а значит, нет никаких оснований прибегать к чрезвычайным мерам. Да и возможности применить эти самые меры у нас тоже особо нет.

— Ладно, допустим, для меня риск минимален. Согласен, — решил я зайти с другой стороны. — Но разве не следует выяснить личность основателя оккультного кружка?

— Не сейчас, — поморщился Владимир Николаевич. — Не время, понимаешь? Других забот хватает.

— Сам справлюсь.

— Справишься? Да ты и с оборотнями-то еле справился!

— Вообще-то, кое-кто предоставил мне недостоверные данные о поголовье стаи!

— А у тебя есть достоверные сведения о поголовье колдунов? — Шептало поднялся со стула и подошел к дивану. — Сейчас им о нас ничего не известно, так? А что будет, если не ты их, а они тебя выпотрошат? Что тогда?

— Но надо же разобраться…

— В первую очередь нам надо разобраться с ревизией!

— Это неправильно!

— Забудь про правильно и неправильно! Хоть раз в жизни о целесообразности подумай! Не суйся туда, ясно? Колдуны, в отличие от оборотней, проблем никому не создают, пусть пока все так и остается. Ключевое слово "пока". Понял?

— Понял. — Чувствуя себя оплеванным, я повалился обратно на диван и спросил: — Есть задания на сегодня?

— Отдыхай, — распорядился куратор. — Мы сейчас радиус круга просчитываем, скорее всего, завтра с утра начнешь ключевые точки проверять.

— Хорошо.

— Да не переживай ты так. — Григорий Петрович плеснул в бокал еще немного коньяку и передал его мне. — Не стоит оно того…

— И не говорите, — вздохнул я. — Ничего, если я здесь полежу?

— Может, в медкабинет пойдешь? — предложил замдиректора.

— Нет, нормально себя чувствую. Просто устал.

— Оставайся тогда, — разрешил Грачев.

— Чего еще?! — возмутился Шептало.

— Мне в транспортный цех съездить надо, — пояснил Григорий Петрович. — Пусть отдыхает.

Я хлебнул коньяку и отрешенно уставился в потолок. Апатия подкралась незаметно, прикрылась мягкостью напитка, пудовыми гирями повисла на руках и ногах. Вроде радоваться должен, что все столь удачно обернулось, а ничего не хочется. Даже пить…

Как заснул, и сам не заметил, а растолкал меня уже совершавший вечерний обход охранник. Этаж ставили на сигнализацию, поэтому он вежливо, но твердо попросил удалиться с подотчетной территории. И правильно — на часах восемь вечера. Весь день, считай, продрых!

— В энергетическом отделе есть кто? — спросил я, натягивая так толком и не просохшие ботинки.

— Ушли уже.

— Ясно.

Я вышел в коридор и, потирая слегка нывшие ребра, добрым словом вспомнил бронежилет. Без него все много печальней закончилось бы. Три оборотня — это вам не шутки.

Потихоньку стряхивая сонливость, я вышел за проходную института, достал телефон — о, снова Кристина названивала, — и набрал Алену.

— Да? — как-то совсем уж неприветливо отозвалась девушка.

— Как ты смотришь на то, чтобы сходить куда-нибудь поужинать?

— Слушай, Лед, наверное, сегодня ничего не получится. Только с работы пришла, такой бардак дома, надо хоть немного прибраться. Да и настроения, честно говоря, нет. Давай как-нибудь в другой раз, хорошо?

— Экскурсия в сверток тебя тоже не заинтересует? — Лучше бы туда, конечно, не соваться,