Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

– Спасибо тебе за все, мой друг. И прости меня! – сказал он. Вингардио не ответил; он, не мигая, смотрел на Ирионуса, выжидая.

Ирионус представил себе Троссард-Холл, библиотеку. В голове его мелькнули проблески силы, но тут же угасли. У него ничего не получилось. Он вновь попытался сосредоточиться, но все усилия были тщетны. Перемещения всегда давались ему с трудом, в отличие от лекарской науки, а сейчас, после стольких ужасных часов в пещере, и подавно.

– Я не могу, – тихо сказал Ирионус. – Но ты, Артур, должен попытаться.

– Я не оставлю тебя здесь! – горячо возразил мальчик.

– Ты его не оставляешь. Ты уходишь, чтобы вскоре вернуться и помочь ему, и тогда твоя помощь будет более действенна, чем сейчас, поверь, – тихим внушительным голосом проговорил Вингардио.

Артур посмотрел в его черные немигающие глаза. «Какой все же странный человек», – промелькнуло у него в мыслях.

– Да, Артур, ты должен разобраться в том, что происходит в Троссард-Холле. Встретиться со своими друзьями и все им рассказать. Найти свиток. И отдать его единорогу.

– Я никуда не пойду, – решительно заявил Артур. Но в этот же момент он вспомнил Диану, Тина, Треверса и всех остальных. Наверное, он и правда должен переместиться в школу. Хотя бы затем, чтобы разобраться во всем. Вингардио присмотрит за Ирионусом какое-то время. А потом Артур обязательно вернется и придумает, как вытащить их отсюда.

– Ты и сам все понял, – кивнул Ирионус с облегчением.

– Ну что ж, если Артуру наскучила компания дряхлых старичков, то можно попрощаться. – Вингардио ловко поднялся, по-простецки отряхнул руки о штаны, подошел к Артуру и протянул ему морщинистую ладонь. Юноша с чувством пожал ее, отмечая, что знакомство с этим необычным человеком, пусть и весьма непродолжительное, многое принесло в его жизнь. Затем бывший предводитель естествознателей тактично отошел в сторону, предоставляя возможность отцу и сыну попрощаться.

Ирионус обнял за плечи Артура и мягко сказал:

– Мне бы хотелось многому тебя научить, да только пришлось быть лишь сторонним наблюдателем… Но я не жалуюсь, я был счастлив видеть, в какого хорошего человека ты превращаешься. Не знаю, смогу ли еще так же понаблюдать за тобой, поэтому наверстаю упущенное и скажу тебе сейчас пару слов. Запомни, сынок, никогда не сожалей о прошедшем, а о будущем не тревожься. Не терзай себя и не вини из-за ошибок прошлого, но все же старайся избежать их впоследствии. В людях старайся видеть только хорошее, а плохое не замечай. Тогда плохое обойдет тебя стороной. Будь смел и мужественен, но сам не ищи опасностей – жизнь людей, ими увлекающихся, пуста и наполнена смыслом лишь в те моменты, когда они рискуют собой. Дружбу не разменивай и не предавай; люби всем сердцем. Никогда не думай, что жизнь бесцельна. Посмотри на мир – ничто не устроено просто так. Каждый наш орган функционирует с определенной целью. Существование каждой букашки важно и наполнено смыслом. Не слушай также и тех, кто говорит, что жизнь дается только один раз и надо попробовать все на свете. Это ложно. Люди, пробующие все на свете, в конечном счете зависят от своих желаний и удовольствий, что не приносит ничего, кроме пустоты на душе. Наполняй сердце свое любовью, а не минутными удовольствиями, и это принесет тебе счастье.

Обо мне не беспокойся, я думаю, что выберусь. Пусть не сегодня, но как сила моя восстановится. Поэтому меня не ищи, я приду сам, как приходил всегда, но при этом оставался неузнанным. Я буду всегда с тобой, буду смотреть за твоими действиями, поддерживать в неудачах и радоваться успехам. И не горюй даже в том случае, если нам вдруг не удастся больше свидеться в этом мире.

А чтобы ты не думал, что остаешься совсем один… У меня есть друг, ему я доверяю даже больше, чем себе. Индолас, он владеет трактиром «Веселая индюшка» в Короедном графстве. Постарайся найти его, и он поможет тебе разобраться, кто друг, а кто враг. И если когда-нибудь тебе понадобится помощь, ты смело можешь на него положиться. Я люблю его всем сердцем и доверяю, как самому себе.

С этими словами Ирионус вручил Артуру половину монеты:

– Покажешь ему… Это символ. Ты ведь знаешь, что такое «символ»?

Артур покачал головой.

– Это то, что служит условным знаком какого-либо понятия. В старину близкие люди, прощаясь, разламывали монету, и каждый брал себе часть. Это делалось для того, чтобы спустя какое-то время их потомки могли приложить две части и, получив одно целое, понять, что они являются друзьями. У Индоласа должна быть другая часть монеты, он покажет ее тебе. В противном случае беги от него подальше, это самозванец.

– Отец, а Индолас не мог поменять имя? Как я смогу его найти?

– Даже если он его и поменял… Я думаю, он по-прежнему владеет трактиром, ты сможешь легко узнать все от людей. Это довольно известное заведение… Внешность у Индоласа тоже характерная. У него глаза разного цвета.

– Хорошо, я понял.

– Не торопись выдавать себя! Никто не должен знать, что с тобой здесь было. Сначала в школу… Потом… Посмотришь сам. Попробуй поискать свиток единорогов… Он должен быть уничтожен, слишком уж это соблазнительная вещица.

– Спасибо, отец, – тихо сказал Артур, чувствуя такую грусть, что невозможно передать словами. Он оставлял Ирионуса в этой пещере с ужасными существами и ничего не мог изменить. С другой стороны, мальчик точно знал, что вернется за ним сразу, как только сможет.

– Ну что же… Тебе пора, – неловко закончил профессор по перемещениям и ласково обнял сына.

Артур представил лица друзей – Тина, Триумфии… Представил лицо Дианы. В этот же момент будто какая-то сила подхватила его и закружила в неведомом вихре. Он возвращался домой.

Только краем уха ему удалось расслышать тихий голос их нового знакомого, Вингардио.

– Как жаль, что молодой человек лишится своей силы… Это перемещение заберет все способности, увы…

Глава 31. Или заключительная в первой книге

На пышном кусте, причудливо раскинувшем свои ветви, висела одна-единственная лиловая ягодка. Сейчас она ярко блестела от дождя, который не прекращался ни на секунду, и раскачивалась на веточке так сильно, что рисковала упасть вниз, не успев налиться сладостным вкусом и ароматом. Казалось, она сейчас лопнет от натуги – так не хотелось ей падать на еще холодную после смрадня землю. Несчастный куст всеми силами оборонялся от сильнейшего ветра, который злобно завывал в лощине, где