Трон Войны - Guiltythree

В этот момент Жнец Душ вздохнула.

«Вы действительно собираетесь просто обмениваться оскорблениями?»

Отражение Морган перевело взгляд на трёх правительственных Святых. Его улыбка внезапно стала ярче.

«Святая Джет, Святой Кай, Святая Афина… я рад снова видеть вас, мои старые товарищи. То же касается Наева, Кровавой Волны и Эфира. Воспоминания о покорении Кошмаров и сражениях со Штормовым Морем бок о бок со всеми вами также дороги мне».

Святой Наев холодно посмотрел на отражение, а затем произнёс сквозь стиснутые зубы:

«Ты, мерзкая тварь…»

Отражение молчало несколько мгновений, его улыбка медленно исчезала. В конце концов оно уставилось на них с жутким, нечеловеческим выражением.

Даже Морган стало не по себе, когда она смотрела на своё собственное лицо.

Отражение заговорило снова, на этот раз не утруждая себя надеванием человеческой маски:

«Я скажу это один раз. Вы шестеро… не имеете к этому никакого отношения. Это касается только меня и Великого Клана Валор — семейное дело, если хотите. Поэтому я даю вам шанс сбежать. Сдайте крепость и уходите. Тогда я пощажу ваши жизни».

Святой Наев мрачно посмотрел на отражение.

«Это действительно семейное дело. Нашей семьи, которую ты вырезал!»

Жнец Душ Джет тем временем лишь бесстрастно пожала плечами.

«Мне будет очень неудобно, если ты завоюешь Бастион. Так что… прости. Мы останемся».

Её ворона выбрала этот серьёзный момент, чтобы громко каркнуть:

«Прости! Прости!»

Морган взглянула на глупую птицу, покачала головой и снова посмотрела на своё отражение.

«Наверное, тебе стало тесно в своей голове, да? Ты действительно думал, что они примут твоё предложение?»

Несколько мгновений отражение оставалось неподвижным, а потом вдруг улыбнулось.

«Не совсем. Но я должен был спросить из вежливости. Не то чтобы это было вне ожиданий…»

Улыбка стала мрачной и жуткой.

«…Приготовьтесь к смерти, я полагаю. Я действительно ждал этого момента очень, очень долго».

Мгновение спустя стена под их ногами слегка задрожала.

И в то же время вода в реке далеко внизу забурлила, показав несколько гигантских фигур.

Морган посмотрела на закат и сделала долгий, глубокий вдох.

Вокруг её головы заплясали алые искры, складываясь в чёрный шлем.

«Приготовьтесь к битве».

И вот так началась битва за Ривергейт.

Глава 1913

Опустошение

Битва за Ривергейт началась на закате.

…К тому времени, когда солнце вновь поднялось из-за горизонта, древней крепости уже не было.

Возвышающиеся ворота великих шлюзов были погнуты, сломаны и сорваны с петель. Неприступные стены рухнули. Зачарованные осадные орудия превратились в пыль.

Река, которую тысячи лет сдерживала огромная плотина, вырвалась на свободу и устремилась к далёкому морю.

Разрушительное наводнение уничтожило тлеющие руины и смыло следы страшной битвы. Искусственное озеро, вокруг которого был построен город, высохло, обнажив илистые склоны. Бассейн реки под скалами, напротив, был затоплен.

Весь ландшафт региона был опустошён и изменён, став почти неузнаваемым. С высоких скал низвергался огромный водопад, а крепости клана Дагонет больше не было.

«…Какая жалость».

Морган с тоской смотрела на руины Ривергейта.

С потерей древней крепости Домен Мечей стал немного слабее, а Домен Сонг — немного сильнее. Но причина её сожаления заключалась не в этом.

Истинная причина заключалась в том, что Бастион потерял связь с морем. Даже если бы Божья Могила была завоёвана людьми, она никогда не стала бы безопасным местом — независимо от того, какая сторона в итоге выиграет войну, Штормовое Море станет связующим звеном между двумя частями великого человеческого королевства в Царстве Снов.

Без Ривергейта было бы гораздо сложнее наладить торговые пути в Бастион и обратно. А торговля была истинным двигателем цивилизации.

«…Почему я вообще думаю об этом?»

Морган устало отозвала шлем и выплюнула поток крови.

Шлем прогнулся от сокрушительного удара, как и правая сторона лица. Она чувствовала, как острые края раздробленных зубов врезаются в язык и внутреннюю сторону разорванной щеки… неприятное ощущение, несомненно, но далеко не самое худшее из того, что она сейчас испытывала.

Мордрет был подобен стихии, обрушившейся на них во всей своей холодной, нечеловеческой ярости. Им удалось дать ему хороший бой — даже очень хороший — но в конце концов всё оказалось напрасным. У них не было ни единого шанса против него.

Поэтому Морган приказала своим шестерым подчинённым отступить, а сама осталась, чтобы немного задержать врага.

Сейчас она уже начала жалеть об этом решении.

«Ты неважно выглядишь, моя дорогая сестра».

Коварный голос брата был не насмешливым и не полным мрачного ликования, а скорее холодным и безразличным. Странно, но от этого он звучал ещё пугающе.

Морган молча окинула себя взглядом.

«Это правда…»

Её броня была пробита и сломана. Её тело было ужасно изуродовано, а одна из рук практически оторвана… похвальное достижение, если учесть, насколько прочной и крепкой была её плоть. Кровь текла из бесчисленных ран, окрашивая раздробленные камни под ней в яркие алые оттенки — такого же цвета, как её странные глаза.

Её окровавленные губы искривились в ухмылке.

«Правда? А мне кажется, красный — мой цвет».

Мордрет просто смотрел на неё, пытаясь, вероятно, угадать, каким будет её следующий шаг.

На его теле было не так много ран, потому что он использовал Трансцендентные сосуды, чтобы защитить его. Похищенные тела Святых Дома Ночи выглядели хуже — особенно те, которые сражались с Воспитанной Волками, — но, к сожалению, ни одно из них не было уничтожено. Его душа тоже не пострадала, несмотря на то что ему пришлось столкнуться со Жнецом Душ.

Мордрет знал, насколько она опасна, и поэтому постарался подавить её во время битвы.

Все они отважно сражались, но никому не удалось остановить его ужасающее нападение.

Наев и Кровавая Волна сражались со своими бывшими соклановцами в глубине реки, двое против четверых, заставляя воду бурлить. Один только Найтингейл вступил в бой с четырьмя другими сосудами Принца Ничего, напавшими с верховьев реки.

Воспитанная Волками погрузилась в воду и почти разорвала на части самого мощного из левиафанов, ужасающего кракена, — и это после того, как ранила многих, обстреляв их с высоты гигантскими копьями. Эфир защищал стены, а Жнец Душ играла в смертельную игру в кошки-мышки с четырьмя сосудами Мордрета на юге.

Сама Морган вступила в бой с истинным телом зеркального призрака.

…Отсюда и её нынешний жалкий вид.

Она хрипло вздохнула.

«Я подарю тебе эти слова… брат. Ты действительно велик и ужасен. Подумать только, ты смог уничтожить целый Великий Клан… да что там, ты даже сам стал