Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

только закрутить выплеск, но и должным образом его сфокусировать. Энергия не ввинтилась в защитные конструкции противника сверлом и даже не шибанула в них тараном, а накатила волной. Разделяло нас не больше двух десятков метров, и полного рассеивания случиться не успело, но в любом случае выпад лишь толкнул прозевавшего внезапную атаку налётчика, даже не сбил его с ног.

Хотя… а прозевавшего ли?

Вполне могло статься, что противник просто не счёл нужным отвлечься на отражение столь неуклюжей атаки, понадеявшись на свои щиты.

Ну в самом деле — этим моим выплеском даже второкурсника не пронять!

Вроде бы — не пронять.

Я отнюдь неспроста дополнил своё воздействие энергетическими вибрациями! Те беспрепятственно прошли через все щиты и барьеры, а если даже и не прошли, то передали деструктивные колебания защитным структурам, завязанным напрямую на чужой потенциал. А попробуй отследи нечто подобное, когда в тебя ежесекундно вливаются невероятные объёмы энергии и для удержания под контролем сверхспособностей требуется сохранение предельной концентрации!

Миг или два ничего не происходило, затем от налётчика начали расходиться резкие колыхания энергетических помех, плазменный луч мигнул и погас, а сам оператор хоть и удержался в резонансе, но оказался вынужден направить весь входящий поток на стабилизацию потенциала.

Зря. Зря-зря.

Нет, попытка вытравить наведённые мной вибрации и вернуть в равновесное положение центральный узел имела все шансы увенчаться успехом, да только в бою каждая секунда на счету. Я совладал с дурнотой и уже приготовился нанести добивающий удар, но с этим меня опередил Вихрь — он контратаковал потерявшего инициативу противника, врезав по нему примитивной шаровой молнией. Примитивной, но крайне мощной! Рванула та при столкновении с защитной конструкцией налётчика так, что дорожная грязь вмиг покрылась запечённой коркой, а оператора откинуло на пару шагов назад.

Резонанс, ускоренный набор потенциала, не вытравленные до конца деструктивные вибрации, близкий взрыв и потеря контроля над входящим каналом…

Множество факторов сошлись воедино, и — жахнуло!

Налётчик расплескался кровью, ошмётками горелой плоти и брызгами огня, враз перестал существовать, оставив после себя оплавленную воронку. Миг спустя один из стрелков поймал грудью автоматную очередь и замертво повалился на землю, а другого шибанул и буквально размазал по стене склада незримый таран.

Прикончивший его силовым выпадом Вихрь уплотнил свой кинетический экран, отгородился им от поваленных взрывом ворот ремонтной мастерской и даже опустился на одно колено, дабы уменьшить площадь своего силуэта. Очередная отправленная в него винтовочная пуля уже не взорвалась, а бессильно шлёпнулась в грязь.

Я переборол дурноту и потянулся сдёрнуть с плеча автомат, но сразу сообразил, что тот остался в кабине фургона, и крикнул:

— Прикрывайте!

Иван и Глеб начали давить налётчиков в два ствола, а Унтер воспользовался моментом, стремительным рывком пересёк дорогу, прижался спиной к забору и закинул на территорию мастерской одну гранату за другой. Приглушёнными хлопками донеслась пара взрывов, и Евгений Вихрь под прикрытием шквального огня из автоматов сначала юркнул под прикрытие догоравшего вездехода, а после плюхнулся в канаву рядом со мной, зачерпнул жидкой грязи, размазал её по дымящемуся комбинезону и рявкнул:

— Сидим! Не лезем! Наше дело — фургон!

Ничего этого я не услышал, лишь прочитал по губам. Раньше о таких своих талантах и не подозревал даже, а тут чётко понял — наверное попросту за налётчиками гоняться не хотел. Там ведь не только снайпер, там ещё как минимум один оператор уцелел. А у меня контузия, голова кругом идёт и блевать тянет.

Зараза…

Глава 5

Откуда именно прилетела шаровая молния, я попросту не заметил. Оно и не удивительно, поскольку мне было откровенно не до того — изо всех сил пытался перебороть дурноту.

Но если я к резкому всплеску энергетических помех оказался не готов, то Евгений Вихрь был начеку. Он вскинул руку, и тут же что-то взвыло над нашими головами, а миг спустя оранжевый росчерк прошёл впритирку с фургоном, угодил в здание цеха и расплескался по стене брызгами безумно горячей плазмы. На нас даже повеяло тёплым воздухом.

— Прикрывайте! — крикнул Унтер и перебежал к обрушенной взрывом секции забора, но только попытался заглянуть во двор мастерской, и силовой выпад снёс на него остатки ограды.

На пластуна обрушились кирпичные обломки, и вновь — помехи! На сей раз энергетическим зарядом выстрелили с такой силой, что выставленный Вихрем полог прошило словно бумажный лист. Скорость оказалась слишком высока, и я вновь сплоховал, не сумел вовремя перехватить плазменный шар. Ладно хоть при столкновении с силовым экраном тот частично потерял стабильность и не пробил днище перевёрнутого фургона, а сдетонировал при ударе. По металлу побежало пламя, вспыхнуло натёкшее из перебитого топливопровода горючее, зачадили резиновые покрышки, и Вихрь гаркнул:

— Туши! — А сам изловчился и взорвал очередной плазменный заряд в десятке метров от нас.

Хлопнуло! Болезненно ударила по ушам ударная волна, и я матерно выругался, на судорожном вдохе втянул в себя с десяток килоджоулей и сразу же направил сверхсилу на нейтрализацию тепловой энергии.

Тушить и охлаждать — это просто! Лишь бы только не рванул бензобак…

Иван и Глеб принялись садить длинными очередями из автоматов — не иначе заметили, откуда шарашил по нам шаровыми молниями оператор. Быть может, даже прижали его, поскольку больше тот никак себя не проявил.

Отбились!

Как выяснилось немного позже, фугасный заряд не заложили загодя на обочине, а доставили в нужное место на телеге. При взрыве погибли шофёр вездехода и наводчик пулемётной установки, второго номера выкинуло из машины ударной волной, и он отделался переломами. Впрочем, «отделался» — это всё же не совсем то слово. Обширные повреждения внутренних органов запросто могли свести его в могилу задолго до приезда скорой, и хоть прежде мне работать со столь серьёзными случаями ещё не доводилось, я прыгнул выше головы и сумел худо-бедно стабилизировать состояние раненого.

Остальные пострадали не так сильно. Водитель инкассаторского фургона дышал через раз из-за сломанных рёбер, Алик отделался сотрясением, а Унтер в самый последний миг успел отскочить от рухнувшего забора — его лишь зацепило кирпичными обломками, но не завалило. Поднявшись на ноги, он покряхтел, распрямился и проворчал:

— Стар я для всего этого…

— То, что не убивает оператора сразу, не убивает его вовсе! — напомнил я, смахнув с лица пот.

Седоусый пластун потёр поясницу и покачал головой.

— Видал я несколько случаев, когда уж лучше сразу в гроб. — Он глянул на сослуживцев и возмутился: — А вы чего уши развесили?! Глеб, ты двери фургона вынес, пломбы сорвал, так руки