"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

Цербер чуть склонил голову к плечу. Знакомый жест. Точь-в-точь как у Апогея. Кстати… Гонять сейчас подобные мысли смешно и крайне неуместно, но есть у этих двоих что-то общее. У предводителя Девятки и цербера. Они оба пристукнутые наглухо и оба меня бесят.

— Показывай, что умеешь. Какой Дар тебе достался, — спокойно пояснил Зубов. — Не хочу тратить время на разговоры. Все эти тупые объяснения, долгие рассказы совсем ни к чему. Перейдем сразу к той части, где ты наглядно демонстрируешь свои способности. Хочу понимать, что за карты мне выпали.

— А если ни хрена не умею? — усмехнулся я с вызовом.

— Значит, ты мне не нужен. Дальше буду двигаться без тебя, — невозмутимо ответил воспитатель.

Он опустил ствол ниже. Медленно, лениво. Дуло теперь смотрело в мокрую землю в двух шагах от моих кед.

А потом этот кретин взял и нажал на спуск. Серьезно. Выстрел из своего гребаного пистолета. Хлопок вышел глуше, чем можно было ожидать — короткий, плотный. Комок грязи взорвался в воздухе, брызги веером ударили мне по ногам. Несколько холодных капель попали на шею над воротником.

«Слышишь, советничек, — позвал я Мозгоеда. — А вот сейчас ты не хочешь принять участие? Меня так-то могут убить».

«Не могут, — ответил телепат. — Если бы он реально этого хотел, уже бы завалил тебя. Мне просто интересно, как далеко готов зайти наш крутыш».

«Ты нормальный? А если он реально прострелит мне ногу?»

«Ой, господи… велика беда. Ты чем слушаешь? Я же сказал, твое тело тоже меняется. Сколько дней уже прошло после бункера? Три? Четыре? Уверен, ты способен к регенерации. Новая конечность не отрастет, конечно, но раны заживут как на собаке. Заодно проверим, насколько далеко продвинулись твои изменения».

«Ну ты и сука…» — восхитился я логикой Мозгоеда.

— Следующая — в колено, — сказал Зубов спокойно. — Потом в другое. Потом в плечо. Всё сделаю аккуратно, чтобы не сдох и не истек кровью. Не заставляй меня быть очень плохим человеком. Договорились, Рубин? У меня патронов до хрена. Даю тебе пять минут на размышления.

Я снова посмотрел на ауру цербера. Она у него оставалась той же, чёрно-багровой, ровной, без единого всполоха. Ну ясно, он уже всё для себя решил.

Соврать не выйдет. Но просто так открывать все карты тоже не сильно хочется. К тому же я не цирковой пудель, чтобы по щелчку пальцев показывать фокусы.

«Да сделай ты уже что-нибудь. Он ведь не угомонится, — тихо сказал Мозгоед. — Сам говорил, Зубов в любом случае допетрит, кто ты есть. Огнём плеваться мы не умеем, менять суть вещей тоже. Вызывать дождь в пустыне, становиться невидимым, превращать воду в вино — все это не наши фишки. Прикрыть телепатию нечем. Пойдёте в бункер — там один чёрт всё вскроется».

«Правда? А если он не остановится на бункере? Слышал, что про пацана рассказывал? Этот придурок хочет найти доказательства экспериментов над детьми. Факты, что обычного человека можно сделать одаренным. А я, если ты вдруг забыл, то самое доказательство и есть».

«Ты не обычный человек. Я же говорил. Ты телепат».

«Латентный?»

«Латентными знаешь кто бывают? — хохотнул Мозгоед. — Не позорься. Не говори это тупое слово. Давай, покажи Зубову маленькое представление. Утомился уже наблюдать его мерзкую рожу».

«Ну ок. Потом не говори, что я не предупреждал».

Поднял взгляд на цербера. Посмотрел ему прямо в глаза. Значит, дядя хочет фокус? Хорошо.

Могу ударить его, как Штыка. Но тут ситуация сомнительная. Вдруг сделаю мужика овощем или вообще убью. И что дальше? Останусь в городе один? Гнуса и Сиротина можно в расчёт не брать. Каждый из них имеет свои цели, мне совершенно непонятные и неизвестные. Да и что толку от двух пацанов, которые вместе со мной сбежали из Инкубатора? Я для них полезнее, чем они для меня. А Зубов… Ну, он пока нужен. В бункер и правда надо вернуться, поискать информацию о синхронизации.

«Вот-вот…» — поддакнул телепат.

Внезапно мне в голову пришла мысль. Я вдруг понял, что надо сделать.

Не стану бить Зубова ментально, просто покажу ему что-нибудь интересное из его же собственной башки.

Дело за малым — надо как-то пробить ауру цербера, нырнуть хотя бы на первый слой, что совсем не просто. У него эта чёртова аура совсем не подарок. Она не такая податливая, как у Скотины или у Клопа. В сознание того же физрука я попал без малейших помех. С Зубовым надо действовать иначе.

У цербера дымка стоит плотной стеной. Чёрная, гладкая, без единой трещины.

Ну и хрен с ним.

Значит, будем выбивать эту грёбаную стену.

Я моргнул, втянул воздух ноздрями, а потом перестал сдерживать то, что копилось с самого утра — злость на Апогея, брезгливость ко всей Девятке в целом, ненависть к тому, как цербер орал в машине, раздражение из-за его дурацких приказов. Всё это скомкал в один плотный шар и швырнул им в стену чёрно-багровой дымки.

Пожалуй, по силе удара это было похоже на то, как специальные машины с тяжелыми чугунными шарами разбивают старые дома, сносят их.

Аура Зубова не проломилась, не треснула и не рассыпалась. Она вдруг растянулась, как плёнка, а потом резко, с неприятным чваком всосала меня внутрь.

Я провалился в какую-то вязкую хрень. Но не остановился. Меня затягивало все глубже и глубже.

Вокруг стало темно. Темнота была ночная, с рваной желтизной выстрелов и яркими вспышками взрывов. Где-то рядом стрекотал автомат, чуть правее бахали гранаты. Пахло жжёной пылью, гарью, ещё чем-то — резким, кислым, будто от разряженной батареи.

Уши моментально заложило из-за грохота. Короткие сухие хлопки очередями раздавались со всех сторон. Тут же доносился чей-то мат. Какого черта?