Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Александр же подошел к столу, за коим восседал уставший писарь, похожий на моржа: усатый, грузный и невероятно важный.

— Имя? — буркнул писарь, макая перо в чернильницу.

— Алекс Норт, — донёсся спокойный голос.

— Алекс Норт… — повторила шёпотом Изабелла, затем нахмурилась и взглянула на Агату. — Бабушка, у нас есть такой род? Норты?

— Граф Нортгемптон, ещё есть барон Нортклифф, — монотонно отозвалась старушка. — А просто «Норт». Хм. Это обычно бастарды с севера.

— Бастард значит, — кивнула Королева. — Так и знала. В нём нет ни капли благородства! Ты видела, как он ел сосиску? Как варвар!

Тем временем писарь у шатра продолжал допрос:

— Герб? Девиз? Поручитель?

— Герб — пустой кошелёк, девиз — «слабоумие и отвага», поручитель — вот этот лев, — юный Александр похлопал плюшевую игрушку по голове. — Пишите: вольный наёмник.

Писарь, явно привыкший к идиотам, тяжко вздохнул.

— Дисциплина?

Изабелла затаила дыхание. «Меч? Топор? Стенка на стенку? Ну же, скажи „рыцарский поединок“, чтобы я увидела, как тебя выбьют из седла на первой секунде!»

— Стрельба из лука.

Королева разочарованно выдохнула, закатив глаза, и фыркнула:

— Лук? Скука смертная! Я думала, он выберет мечи! Или топор! Чтобы я увидела, как его отлупят по-настоящему. А тут… пф-ф. Стоишь, щуришься, стреляешь. Тоже мне, герой.

Писарь скрипнул пером.

— Взнос — пять фунтов. Своё оружие есть?

— Найдется, — юноша выложил монеты, те звякнули о дерево.

Взамен получил номерок и уже собирался развернуться, дабы уйти, но вдруг притормозил, вспомнив незначительную деталь. Опёрся локтем о стол, нависая над писарем с наглой ухмылкой, за которую Изабелле хотелось его ударить и накормить одновременно.

— Кстати, уважаемый, — с ленцой протянул он. — А за что боремся-то? Я тут краем уха слышал про «вечную славу», но, сами понимаете, славой сыт не будешь, да и в стакан не нальешь. Какой главный приз?

Писарь впервые внимательно взглянул на него. Посмотрел на дешёвый с вида плащ, на плюшевого льва, на походную одежду. И расплылся в ехидной усмешке.

— Смотри-ка, деловой какой. Ну слушай, северянин. Главный приз в стрелковой дисциплине — пять тысяч золотых.

В укрытии за бочками Изабелла поперхнулась воздухом и просипела.

— Пять тысяч⁈ Кто утвердил такую сумму⁈ Мы же планировали две!

Юноша же одобрительно присвистнул.

— Пять тысяч? Недурно.

Писарь, довольный эффектом, откинулся на спинку кресла, предвкушая реакцию от своих следующих слов.

— И это не всё, парень. Победитель получит ещё и высшую честь, о которой мечтают все такие же безродные юнцы, как ты. Право подняться в Королевскую Ложу и… поцеловать руку Её Величества Королевы Изабеллы. — и широко-широко улыбнулся, ожидая, что малец сейчас покраснеет, начнёт заикаться или вообще упадет в обморок от восторга!

Изабелла в своем укрытии выпрямилась, расправила гордо плечи. «Вот так-то! Трепещи, хам!»

Александр помолчал секунду. Задумчиво почесал подбородок.

— Руку, значит… — протянул он без энтузиазма, будто ему только что предложили поцеловать не руку КОРОЛЕВЫ, а дверную ручку. — Что ж… Пять тысяч, конечно, весомый аргумент. А насчёт поцелуя… Ну, надеюсь, Её Величество не будет против. Кто я такой, чтобы отказывать даме в маленьком удовольствии поздравить победителя?

Писарь поперхнулся.

— Ты… Ты что несёшь, оборванец⁈ «Отказывать даме»⁈ Это Королева!

— Королевы тоже женщины, приятель, — юноша подмигнул ему. — Ладно, бывай.

После развернулся и, насвистывая приятный мотивчик, растворился в толпе.

У писаря отпала челюсть. Перо выпало из рук и оставило жирную кляксу на пергаменте.

Изабелла превратилась в безмолвную статую. Щёки медленно-медленно наливались краской, переходя от розового к пунцовому.

— О… Отказывать… даме⁈ — прошипела она. — В «маленьком удовольствии»⁈ Да я… Да я ему эту руку… Я ему голову откушу! Бабушка! Ты слышала⁈

Агата, сохраняя невозмутимость, сдерживала улыбку.

— Слышала, Ваше Величество. Наглец редкостный. Но формально, если он победит, что маловероятно с такими соперниками, то целовать он будет руку Элис. Так что ваша честь, технически, не пострадает.

Изабелла замерла.

И вдруг поняла, что эта мысль бесит её ещё больше! Какой-то бродяга будет целовать руку её двойника, думая, что это она? А она будет стоять в толпе и просто смотреть, не в силах высказать ему всё и даже отказать⁈

— Идем, Агата, — скомандовала она ледяным тоном. — Нам нужно занять лучшие места. Когда он промахнётся… я… я просто обязана увидеть его лицо. И как засмеюсь громче всех на этом стадионе!

— Как прикажете, Ваше Величество.

Изабелла свирепо поправила юбку и, не сводя глаз со спины своего нового личного врага номер один, направилась в самую гущу.

Глава 6

Турнирное поле гудело!

Хотя до главных событий — конных сшибок, и дуэлей на мечах, где сталь гнется о сталь, а практики ломают друг друга ради дамских платков было ещё далеко, амфитеатр уже был заполнен на две трети! Тысячи людей стеклись сюда, чтобы посмотреть на «разогрев». А на разогреве всегда была стрельба из луков. Да и считалась данная дисциплина самой народной. Здесь барон мог проиграть сыну мясника, а наёмник — перестрелять обученного гвардейца. И это чертовски щекотало нервы толпе, обожающей истории про выскочек!

— ГОРЯЧИЕ ПИРОГИ! ПИВО! ЖАРЕНЫЕ ОРЕХИ! — шныряли меж рядами торговцы, ловко перекидывая еду и монеты через головы зрителей.

— Ставлю два шиллинга на капитана из Гвардии! — орали на трибунах.

— Глупец! Ставь на Братство Охотников, они сам ветер нюхают и не промахиваются!

Над ареной, трепеща на ветру, возвышались штандарты всех графств. Но всё внимание было приковано к Королевской Ложе. Обитая пурпурным бархатом, украшенная золотыми кистями, она нависала над стадионом как отдельный островок величия.

Внезапно воздух разорвал пронзительный звук труб.

ТУ-РУ-РУ-У-УМ!

Десятки горнистов на стенах одновременно выдули торжественный сигнал. Гул толпы моментально стих, сменившись благоговейным шепотом, что тут же перерос в восторженный рев.

В ложу вошла «Королева».

Бедняжка Элис, хоть и была хорошо обучена, всё равно нервничала каждый «новый выход». Вот и сегодня двигалась скованно, боясь споткнуться в тяжелом платье, но издалека это выглядело как величественная поступь монархини. Она грациозно опустилась в кресло, и рядом с ней тут же застыли гвардейцы в высоких меховых шапках.

На специальный помост в центре арены взбежал шустрый Глашатай. Невысокий, но невероятно объемный в животе, ещё и в пестром камзоле.

— ПОДДАННЫЕ БРИТАНСКОЙ КОРОНЫ! ГОСТИ ЛОНДОНА! ЛЮБИТЕЛИ СЛАВЫ И ЗРЕЛИЩ! —