Лекарь слепого генерала - Елена Смертная

В какой-то момент ноги особенно сильно заныли. Я сняла ботинки и поняла, что натерла мозоли и одна из них успела лопнуть. Однако, когда я думала, что придется терпеть ещё и это… раны вдруг начали затягиваться с синеватым свечением под силой моего желания.

Я с удивлением смотрела, как мозоли исчезают.

Да, вполне логично. В той книге у героини была магия, с помощью которой она и лечила несносного генерала. А нить, которую я ещё ощущала на своей руке, хоть и не видела — это некая связь между лекарем и её пациентом, что образовалась между героями тогда. То есть между нами.

Маленькое чудо вселило надежду и силу. Я поднялась, обулась и пошла дальше, игнорируя усталость и жажду.

Это было очень и очень странно, но спустя ещё пару часов день вдруг сменился ночью. Солнце не уходило за горизонт, не снижалось. Оно просто погасло и всё, сразу наступила темнота.

Я испугалась, но мысленно попросила мою здешнюю силу дать мне свет, и ладони засияли белым, лунным отблеском, развеивая тьму. Жар исчез, но появилось нечто куда более пугающее…

— Мамочка! — раздался вдруг из темноты голос Престона, надломленный и испуганный.

Я вздрогнула. Оглянулась. Хотела было свернуть с пути и проверить, откуда доносится зов, но в голове вдруг прозвучал голос Маркиза:

— Тебе нельзя сворачивать с тропы, Виктория.

Я остановилась. Руки начали подрагивать, а сердце заколотилось быстрее.

— Мама, пожалуйста, возвращайся! — вновь прокричал Престон. — Почему ты тоже решила уйти?

Я вдохнула и выдохнула. Этого не существует. Это всё иллюзии, которые хотят не пустить меня к Леогарду.

С болью в груди, я ступила по тропе дальше, однако голос зазвучал с новой силой:

— Если ты не вернешься, я останусь сиротой! Лучше пусть у меня останется хоть один родитель, чем вы с папой оба умрёте!

Замерла.

Когда я пошла за Леогардом, я ни на секунду не допускала возможности, что мы не вернемся. Да, Маркиз говорил об этом. Но во мне горела вера и уверенность — мы заслужили счастья. Мы заслужили быть вместе.

Но вот Престон прямо говорит, что может остаться совсем один, в доме этих жутких людей, которые пошли на убийство его отца ради наживы, и внутри невольно рождаются сомнения.

Впереди возник силуэт. Прямо на дороге. Белоснежный, едва освещенный и одновременно почти прозрачный, как призрак. Это был Маркиз. Слава богам. Я бы не выдержала, если бы увидела заплаканное лицо испуганного сына.

Однако, увы, в этот раз спутник явился не для того, чтобы поддержать меня.

— Может, он прав? — спросил вдруг Маркиз, пронзительно глядя на меня. Его глаза светились в темноте, будто кошачьи.

— Это ведь не Престон, — я мотнула головой. — Он не здесь.

Окружение ответило мне плачем. Детским, тихим, пронзительным. Всхлипы эхом разносились вокруг, пробираясь в самое сердце, и оставляя на нём болезненные рубцы.

— Если ты не сможешь спасти Леогарда, ты сгинешь вместе с ним. Ещё одного шанса тебе не дадут. Однако ещё есть возможность повернуть назад, Вика. Ты можешь уйти, вернуться в тело Эванджелины и вырастить из Престона достойного человека, дать ему ту любовь, которой мальчику не хватало. На что ты его обрекаешь, если вы с Лео не вернетесь?

Каждое его слово вонзалось мне в грудь острой, длинной иглой. Я сжала кулаки, отчего света стало меньше. Но тьма уже не пугала так, как всё сказанное.

— Они имеют право на счастье. Мы заслужили возможность жить семьей. Без всех бед, ужаса и болезней.

— Лучше потерять мужа, но остаться при сыне, чем разрушить всё.

Я задумалась. Ругала себя за это, но всё же задумалась. Не из-за страха за себя. На меня — плевать. Но Престон… мой милый мальчик не заслужил остаться сиротой и расти с алчным дедом. Чему его смогут научить те люди? Он и так рос без родителей при живом отце и мачехе. И вот, наконец, приобрел их и может вновь потерять.

Во мне говорил эгоизм, когда я так рвалась спасти Леогарда?

Нет.

Я точно люблю Престона столь же сильно.

Это упрямство и надежда. Вера в себя и в нас. Мы столько пережили. И это тоже переживем.

— Я иду дальше. Я справлюсь. Мы справимся.

Я отчеканила последние слова жестко и уверенно, смотря Маркизу прямо в глаза.

Плач вдруг стих. Мой спутник медленно моргнул, а после столь же неспешно кивнул.

— Ну хорошо. Раз это твой выбор, иди…

Он исчез так же, как и в прошлый раз: подул ветер, и развеял его, будто облако. Однако, когда Маркиз исчез, сверху засияла луна, которая осветила всё вокруг.

Я оказалась перед домом. Небольшим, двухэтажным, добротным и знакомым мне домом. Меня хотели развернуть назад, когда я уже почти дошла до цели. Ведь я знала — Лео ждёт меня там.

Глава 73. Он правда достоин этого?

Я открыла калитку, прошла по садовой дорожке, вокруг которой всё увяло, и уже вскоре оказалась у двери. Та со скрипом отворилась, едва я протянула к ней руку. Внутри было темно. Но я несла свет с собой…

Небольшой коридор. Обычный, непримечательный и пыльный. Но даже эта простая комнатка показалась мне знакомой.

— Леогард? — спросила, проходя глубже.

Вдруг откуда-то за стеной послышался приглушенный стон. Я дернулась и тут же побежала вперед, в гостиную, но едва открыла дверь, как ужаснулась увиденному.

Лео неподвижно лежал на полу посреди комнаты прямо на ковре. Он выглядел чуть моложе, в необычной военной форме, с длинными волосами, завязанными в хвост, с чуть меньшим количеством шрамов. Но это точно был он.

Я хотела сразу кинуться к мужу, но вокруг него разрослось странное препятствие. Вся гостиная в центре была охвачена плотными, длинными, неестественно большими кустовыми цветами — чёрными розами. Они будто вредоносный плющ обвились вокруг Леогарда и тянулись дальше, впиваясь в кресла, диван, камин и пытаясь дотянуться до потолка.

Крупные бутоны были пропитаны едко-пахнущим красным соком, который капал с них, будто кровь. Я принюхалась и поняла, что запах смешан с чем-то алкогольным. Возможно, всё это — отражение яда, который сейчас убивал тело Леогарда.

Сквозь растения я смогла рассмотреть ещё кое-что: в камине едва-едва горел огонь, казалось, он готов был потухнуть. Но когда я вошла и нить, связывающая нас с генералом, натянулась и стала более осязаемой, пламя засияло мелкими, новыми искрами.

Я потянулась светящейся ладонью к ростку и попыталась оторвать его. Однако в кожу моментально впились острые шипы, которые не просто